Инженерный Парадокс 9 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 22

— Вкусно, — признал я, попробовав плод, одновременно похожий на мандарин и виноград по вкусу. — Но не слишком ли?

— Рационально, господин Мехов. За счёт притока энергии у нас в экосистеме выходит переизбыток углерода. Диоксида, в основном, но в условиях избытка энергии…

И нудел полчаса. Вообще — правильные вещи, как инженер, могу оценить. Мне даже понравилось. Но следующий, который обзовет меня «занудой», будет принудительно направлен к Владиславу на консультацию. Пусть познает, что такое настоящее занудство!

Но в целом выходило, что Владислав — отличный работник. Много знающий, неглупый и очень дотошный, из чего и проистекает занудство. А учитывая его сферу деятельности, эти качества — однозначный плюс. Как минимум, я был спокоен, что меня не разбудит какой-нибудь «случайно так вышло!» злостный плотоядный мутант, с намерением разделить со мной завтрак… Или меня на завтрак.

В общем, парень был на своём месте, неспешно ковырял геном и жонглировал нуклеотидными цепочками, работая над заданиями. Плодоносящий фикус его авторства, например, оказался весьма и весьма полезен и даже популярен в плане сорвать плод-другой среди гаражных.

И именно такой человек в фармакологии очень не помешает — всё, что нужно, проверит так, что никаких нездоровых побочек не вылезет.

Далее, Эскулап как консультант — ну тут понятно. В штат его чёрта с два введёшь, но как консультант однозначно Нужен. И…

— Икси, а Рукожоп-то каким боком?

— Программное обеспечение, оптимизация. Присмотр за его девушкой. Ему будет спокойнее, что положительно скажется на его трудоспособности. А Лете подобное внимание льстит, что тоже благоприятно сказывается.

— Мда?

— Именно.

— Ну, ПО, в принципе не помешает, это да. Но нравится слежка… Может, мне за Глорией следить?

— Не стоит, Марк.

— Не польстит?

— Скорее возмутит.

— Женщины, — махнул я рукой.

В результате новый отдел успешно организовался, а мне пришлось бороться. С Федей, который с нездоровым энтузиазмом пытался втюхать на новый отдел избыточное финансирование.

И со своим смехом, которое это упорное желание вызывало. Причины-то понятны, но всё равно смешно.

А после я решил взяться за последний заказ от Косого. С ним я толком не знакомился, но перекошенную физиономию Медного запомнил. Но уточнять, что там за фигня, просто не было времени.

И, ознакомившись с заказом, я вынужденно признал: Косой у нас в этой Африке находится в перманентном солнечном ударе. Но, при этом, приносит Гаражу более чем приличную прибыль.

Хотя, возможно, солнечный удар, не менее перманентный, у всех обитателей Африканского континента.

Дело в том, что помимо несколько специфического вооружения (штыки на автоматических винтовках, превращающие их в недокопья — не сказал бы, что оптимальное решение), Мбонга заказа себе «представительскую машину».

Представительность этого средства передвижения заключалось в бронировании и величине. А вот дальше начиналось… Нет, даже смешно в чём-то. Особенно с учётом того, что мне на этой жути не ездить.

Короче, машина была выполнена в стиле… слона. Самого натурального слона. Уши прерывали выносные башенки пулемётчиков, загнутый хобот-таран, характерная фактура кузова…

Впрочем, деньги платят. А заказ, как минимум, нетривиальный. И требующий моего внимания, на тему, как из этого ночного кошмара технолога сделать функциональный и надёжный транспорт.

И часа за два справился. Правда, в результате эта «представительская машина», которую представляешь скорее в шапито, с её стилизацией под животное, золотыми нашлёпками и леопардовым салоном, стала «трансформером».

Ну никак невозможно обеспечить вменяемый уровень безопасности с этими бивнями-ушами и прочей фигнёй. Так что придётся Мбонге «распускать хвост», когда нужно. А когда нужно — поджимать.

Составил техзадание, отправил в производство и просто отдохнул, да и с Глорией, помимо тренировки, хорошо провёл время.

А вот на следующий день скорбный Федя с печальной Ринатой стали портить мне настроение.

— Марк, у нас проблемы.

— Угу.

— Серьёзные, — уточнила Рината.

— Мне вот интересно, какой реакции вы от меня ждёте? — заинтересовался я. — Паники? Криков? Бурных оваций и просьбы повторить на бис?

— Мы… Марк, с нами разрывают контракты.

— Не понял, по какому направлению? — нахмурился я.

— Металлоконструкции. Кроме этого, у нас потеря пятнадцати процентов оборотов.

— А теперь с подробностями и по делу.

А с подробностями выходила задница, хотя и не полная, но довольно неприятная в текущем положении корпорации. Во-первых, совершенно очевидно, что несколько производственных компаний Новгорода наглым образом демпингуют, отбивая нашу клиентуру.

Подключённый Артемий через четверть часа выявил, что неустойка, выплаченная Гаражу одним из покупателей, была оплачена кем-то со стороны. Кем — понятно, тем, кто продаёт им металл и металлоконструкции за гроши.

Вдобавок, наш значимый партнёр — как раз пятнадцать процентов оборота, не смертельно, но неприятно — «Стальная Вязь», фактически прекратил своё существование.

Старший Вятский в имперском госпитале, и хрен знает, выживет или нет. Младший — жив, но чёрт знает, где. Всё имущество Вязи в Новгороде разрушено или разграблено, причём сделано это в одну ночь.

— И никаких следов того, кто это совершил. Направили соболезнования Вятскому-младшему, заодно уточнили — он не в курсе. Войны им никто не объявлял.

— Угу, — хмыкнул я. — «Бандитское нападение». Очень своевременное, прямо в одном временном окне. И потеря клиентов, блин…

— Думаешь? — недоверчиво поднял бровь Федя.

— Иногда, — законно погордился я. — Икси?

— Занимаюсь, Марк. Есть: часть оборудования задекларировано корпорацией «Эбонит».

— Как раз той, что отбивает у нас клиентов. И, кстати, спешу напомнить, Вятские — не только наши партнёры. Они возили металл в Новгород.

— Но конкурентами нашими не были — дефицит на рынке.

— Ну да. С Хрупким Счастьем связь выявить удалось?

— Не напрямую. Фонд, аффилированный с одной из тайных «дочек» Счастья, перевёл Эбониту около полумиллиона. И… не гарантированно точно, но, похоже, подобные транши проведены всем членам стальной семёрки Новгорода, кроме нас.

— Короче: похоже, что эти счастливчики, не рискуя входить в прямое противостояние, решили лишить нас средств. Ну и прекратить существование корпорации Гараж, — подытожил я. — Ну а Вятские — просто побочная жертва.

— И устранение конкурента «стальной семёркой».

— А седьмая компания это кто? — заинтересовался я.

— Гараж, конечно. Уже полгода как во всех ресурсах входит в семёрку крупнейших поставщиков металла Новгорода.

— Ну и хорошо. Так, сейчас, — задумался я.

— Со своей стороны хочу отметить, что данный инцидент — не является обоснованной причиной для атаки Хрупкого Счастья. К сожалению, — признала Рината.

— У нас и сил для атаки их халупы не слишком хватает. Разве что уничтожить к чертям, но тут совсем другие последствия будут. Ладно, — врубил я планшет. — Кирпич, поднимай бойцов.

— Как не хер делать. Сколько?

— Всех.

— Ты, всё-таки, решил их атаковать?

— Не-а. Я решил показать, что у «стальной шестёрки» нет монополии на подобный метод ведения бизнеса. Напали на Вятских, науськаные счастливчиками — ну так и последствия соответствующими будут. Для нас весьма положительные.

— Догадаться что это мы сможет… а впрочем похер, — хмыкнул Федя, махнув рукой.

Именно «впрочем похер» нам в текущей ситуации и было. Пускай сами жалуются в Канцелярии и доказывают, что мы…

А вот что «мы» — было делом ближайшего времени. Тайные операции, атаки на склады и производства «шестёрки». Конечно, ОЧЕНЬ хотелось решить проблему Счастья, но пока — не реально.