Инженерный Парадокс 9 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 14

На этом запись завершилась, а Васисуалий направился отдыхать. Он, конечно, прекрасно понимал, что его обращение имеет массу «тонких мест». Например, говорить о «бандитах» в Нижнем, как о чём-то плохом…

Ну не слишком корректно. Банды здесь — не одно десятилетие основа социального устройства, так что «бандит» в сознании местных имеет скорее положительный окрас. Однако, обращение было больше эмоциональное, да и найдутся и в Нижнем люди, которые не любят банды.

И не так мало, на самом деле. Ну и не стоит забывать про то, что сейчас многие посмотрят на запись, хмыкнут — мол, «бандиты», конечно, значит свои. Но запомнят, а это отличная основа для дальнейшей обработки.

Так что Висасуалий был доволен. Конечно, если бы Гаража уже не было, а Хрупкое Счастье составляла базы «мяса» для своих нужд — было бы ГОРАЗДО лучше. Но в текущих реалиях своими действиями и прогнозируемыми последствиями, ну и само собой, самим собой, Висасуалий был более, чем удовлетворён.

— Федь, помнишь, я говорил, что они охренели? — хмыкнул я, смотря на терминал.

— Помню, ты часто это говоришь.

— И что, не охренели⁈ — возмутился я.

— В общем — да. Хотя про бандитов это этот клоун смешно пошутил, — хмыкнул друг.

— Да, тут, конечно, скорее реклама, а не антиреклама. Но всё равно — охренели. Поливают нас, распространяют какую-ту фигню… Кстати, Икси.

— Да, Марк?

— Направь десяток-другой крабиков повороватее: пусть принесут образцы «лекарства от всех болезней, кроме глупости» от этого Хрупкого Счастья.

— Сделаю, Марк. Вороватость всех представителей кластера «крабики» находится на заслуживающим уважения уровне, — сообщила Икси, под хихиканье Феди.

— Знаю, — усмехнулся и я. — А вообще, Федь, это «Счастье» начинает становится проблемой.

— Они были такими с появления, Марк, — ответил он. — Хотя я, кажется, тебя понимаю: не оголтелые корпораты, рвущие напролом. Думаешь, они будут прямо работать против нас?

— Ну сейчас они уже это делают. Я вообще-то их ни в чём не обвинял, просто рекомендовал подождать-разобраться. И тут же вот такое. Надо думать, как показать этой корпорации…

— Компании.

— Монопенисуально, — отмахнулся я. — Они, судя по производственным мощностям, поведению и прочему — даже большая корпорация, чем наши привычные гости. Так вот, надо им показать, что Нижний — не лучшее место для хрупких вещей, вне зависимости от того, насколько они счастливые.

Глава 5

Крабики с образцами распространяемых Хрупким Счастьем снадобий вернулись к вечеру. Ну и, естественно, на эти образцы накинулся я, Икси, даже подключили матерящегося и отбившегося Эскулапа.

И… странно. Точнее так: первое, наиболее массово распространяемое «лекарство» оказалось простым кальцием с пищевыми красителями. И ладно бы металлическим, как ожидаешь от всяких уродов: химические ожоги и прелести гиперкальциемии обеспечены.

Но нет. нормальное соединение, правда, как понятно, ни от чего кроме, дефицита кальция, не помогающее.

— Плацебо, — в обрамлении десятка матерных слов заявил Эскулап. — Девяносто процентов «лекарств» от корпораций — такие. В общем-то, ещё довольно неплохо — навредить может в крайне малом количестве случаев.

И это — ладно. Но вот второй, появившийся буквально сегодня препарат вводил в ступор меня, Икси и Эскулапа. Возникало ощущение, что это какой-то полуфабрикат производства, причём судя по слабому эфирному фону, ещё и алхимического.

Вот только несмотря на сложную структуру и биологически-активные компоненты, он… ни хрена не делал. Вообще. Попадал в организм, проходил ЖКТ, выводился печенью и… всё.

И вроде тоже — плацебо. Но никто из нас троих в это не очень верил. Как минимум потому, что производство меловых таблеток обходилось Хрупкому Счастью МАКСИМУМ в пару десятков рублей за центнер, с учётом всех возможных трат.

А вот другой препарат выходил МИНИМУМ в десять рублей грамм, скорее — дороже, алхимический компонент толком выявить не получалось, потому что он ни черта не делал.

И вроде как тоже плацебо, но бред же! На кой чёрт делать дорогущий полуфабрикат, ни хрена не делающий, когда можно поменять краситель в меле или, если уж совсем эстетствовать, заключить в капсулы растительную клетчатку?

— Ни черта не понимаю, — уже за полночь заключил я, разглядывая вывернутые молекулярные формулы многокомпонентного снадобья. — Ну хрен с ним — плацебо. Оно даже какому-то помочь может, не особо, но всё же…

— Может, — авторитетно подтвердил Эскулап. — Болванов хватает. Точнее, их большинство.

— Пытаюсь рекомбинировать с пищей, питьём, известными снадобьями, Марк. Но пока не могу понять, что за действие у данного препарата, — сообщила Икси.

— А с твоими мощностями это десятки тысяч смоделированных реакций.

— Миллионы, Марк.

— Тогда заканчиваем. Хрень всё это…

— Первые разумные слова, что я сегодня слышу! — буркнул Эскулап.

— Рекомендую почаще прислушиваться к происходящему вокруг — ты будешь приятно удивлён…

— Иди в жопу, умник херов! А я выпью — и спать! — отрезал Эскулап, уходя.

— Так, предложение нашего медицинского работника имеет смысл, Икси. Примерно наполовину.

— Не понимаю, Марк. Ассоциации выдают довольно интересную порнографию…

— Я имел в виду, надо дать задание Рукожопу, — с каменной физиономией, стараясь не улыбаться, отрезал я.

В общем-то, Икси уже покопалась в сетке этих счастливчиков. Но — ничего не нашла. Благотворительная организация, отчёты и прочее… Вот только, например, куча «арендной техники» в цифровом виде… не оставила никаких следов. Никаких производств, ничего подобного.

Если исходить из вскрытых баз данных, Хрупкое Счастье — просто три сотни сотрудников, в чистом поле занятые благотворительностью. Материализующие гуманитарную помощь и живущие не иначе, как милостью ушедших богов, потому что ни черта у них нет, даже зарплаты. Понятно, что: либо вся реальная бухгалтерия на бумаге, что крайне маловероятно.

Либо есть всякие «дочерние-отцовские» организации, которые прямым сетевым взломом практически невозможно выявить. И тут крылась особенность Рукожопа, осознав которую, я смеялся до боли в боках.

Вот, казалось бы, есть у нас Икси — запредельно прокаченный искин, больше личность, использующая базы внеземной цивилизации. Не самая мощная на Земле: количественно тот же кластер искинов спецслужбистов её превосходит на порядок.

Но, скорее всего, самая «качественная». Вот только если посадить её и Рукожопа, независимо друг от друга, и поставить задачу… деструктивного толка, то Рукожоп Икси сделает. Талант, Дар, оборотная сторона его проклятья-благословения от некоей трансцендентной сущности — чёрт знает.

Но факт остаётся фактом: профессиональный и очень неплохой программист Артемий становился безоговорочным гением, если нужно что-то сломать, взломать, что-то такое. И поиск неявных и скрываемых следов в сети — к этому тоже относилось.

Собственно, как призналась Икси, именно его советы помогли ей «нагнуть» кластер. Она сама может, догадалась бы, может — нет. А Артемий, не имея возможность что-то сделать сам, чисто умозрительно нашёл «тонкие места», точки приложения усилий и прочее.

Так что Артемия ждала весёлая побудка (раз уж получает повышенную ставку за ненормированный график — пусть напрягается), а меня кровать.

Утро началось с испорченного настроения: счастливчики опять разразились очередным видосиком, сволочи такие! А сонно бормочущий Рукожоп пробулькал из кружки кофе, что «Достоверных данных нет, ыэ-э-эх, Марк. Надо проверить, буль…»

При этом уже моя интуиция если не ревела, то тихо, но многозначно вращала пальцем у виска: мол, Марк, это всё пахнет настолько хреново, что что-то надо делать уже сейчас! Прикинув перспективу побегать кругами с криками «что же делать⁉», я нашёл её не слишком конструктивной.