"Фантастика 2025-147". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шахрай Юлия - Страница 323

— Мазай, пора! — тогда крикнул десятник, при этом попутно орудуя своим мечом. — Жопа пришла!

Это я итак уже понял, глядя как прорвавшиеся баронские воины буквально за пару секунд завалили еще двух наемников из нашего и смежного десятка. Я успел активировать «прилив» и ударил тараном в упор подскочившего ко мне дружинника. Того оглушило и отбросило на пару метров, выведя из строя на какое-то время. Впрочем, никто этого времени ему не дал. Горунар, наконец-то справившийся со своим оппонентом и подобравший где-то на поле боя топор, раскроил ему голову одним верным отточенным годами ударом.

Еще одного солдата я дезориентировал дающимся все быстрее заклинанием «вверх дном», после чего его движения стали неуклюжими и неточными. Но надо отдать ему должное, несмотря на то, что его мир сейчас буквально перевернулся, он успешно продолжал отмахиваться от насевшего на него Горунара. Но все же пропустил выпад копьем от зашедшего за спину Бертрана. Без того с трудом сохраняющий равновесие воин от тычка копьем повалился на землю, чего ему не простил бывший лесоруб, опустив свой топор под основание черепа.

— Ряды! Сомкнуть ряды! — орали десятники, так как спустя каких-то пару минут, на поле боя уже творилась анархия. — Держать строй!

Сражение перетекало в повсеместные индивидуальные стычки, что было на руку опытным и хорошо вооруженным баронским солдатам. Нашему десятку удалось восстановить построение, хоть нас и осталось мало. Несколько человек из десятка Капила, которые не успели убежать далеко, видя, что мы еще держимся, вернулись и дополнили наш строй. Я еще раз разрядил «таран» в одного особенно стойкого верзилу, орудовавшего двуручным молотом, которого никак не мог подловить даже Творген. К тому моменту он уже смял голову одному нашему и опрокинул еще одного ударом плечом. Добить мы его не успели, так как отлетев от удара сырой силой, он на удивление быстро сориентировался и откатился подальше. После чего поднялся и захромал назад, оставив при этом на поле боя свое оружие.

— Плотнее строй! — продолжали раздаваться команды. — Держать щиты!

И мы старались сжать нашу шеренгу, смещаясь к центру, чтобы залатать образованные тут и там дыры в нашем построении. Мы помогли удержаться соседнему десятку, на который насели оставшиеся в живых двое бойцов, сокрушивших и обративших десяток Капила в бегство. Благо там были опытные наемники, и они смогли дать отпор несмотря на этот форс-мажор.

— Держаться, сукины дети! Победа близка! — донесся голос сотника, а по совместительству командующего нашей небольшой армией.

И действительно, несмотря на несколько локальных прорывов, лобовая атака дружины захлебнулась. Существенные потери были у обеих сторон, но критического слома не случилось. Оставался риск, что бароны кинут на стол свой последний козырь в виде небольшого отряда легкой кавалерии, что могла стать той соломинкой, что переломит хребет верблюду. Но те видимо посчитали, что еще не время рисковать своими собственными головами в бою ради гипотетической победы в отдельно взятом сражении, и вместо этого отдали приказ к отступлению.

Баронские войска отходили организованно, сгруппировавшись и сформировав построение. Мы же приказ их преследовать не получили, оставшись на месте и сомкнув еще плотнее ряды. В итоге обе армии вернулись на первоначальные позиции. Настало время зализывать раны и считать потери.

*****************

— Памяти Капила, — сотник Брок бросил горсть земли на свежую могилу павших наемников. — Памяти Грегара, памяти Дуборома. Памяти всех, кто останется здесь, чтобы мы двигались дальше.

Творген и остальные десятники последовали примеру, бросая землю и прижимая кулак к сердцу. А за ними подходили и остальные. Не все, но многие. Ведь они знали павших лично, делили с ними походную жизнь и гонорар. Я тоже не остался в стороне. В нашем десятке погибли двое, и хоть это были люди Ярого, с которым у меня сложились не лучшие отношения, все же мы сражались рядом. Они не струсили, не побежали. А потому достойны, чтобы с ними попрощались и вспоминали.

А вот двух убежавших из десятка Капила, которые так и не вернулись в строй и драпали теперь куда глаза глядят, вряд ли ждет долгая жизнь. Хуже дезертирства может быть только дезертирство прямо с поля боя, а значит рано или поздно их найдут по меткам, чтобы воздать должное. Хотя что это на меня нашло, сам же вроде недавно думал, как слинять из этого похода, а сейчас рассуждаю, словно член какого-то братства? Видимо «акклиматизация»…

Бой не продлился и 10 минут, а свое последнее пристанище на берегу этой реки обрели 56 человек из нашего отряда, включая трех десятников. Еще 30, включая Раста, были серьезно ранены. Наибольшие потери были среди новичков, и десяток Капила тому яркий пример. Что примечательно, одним из двух выживших солдат в этом десятке оказался Ступка, который нашел в себе смелость вернуться и продолжить бой. Стучать на него никто не стал, но в наказание снова назначили бессменным поваром нашего десятка.

Берт с Колтуном отделались сильными ушибами, последний уже мог двигать рукой, перелома или трещин скорее всего нет, а значит они останутся в строю. Расту досталось, конечно сильнее, но выжить вроде должен. Его с остальными тяжело ранеными после первичного лечения должны отправить либо в замок Зеленого барона, либо же в баронство Клен. А как сможет ходить, рассчитают и отправят куда подальше своим ходом.

Сколько потерял противник, сказать было сложно. Павших на поле боя баронских солдат насчитали три десятка. Но наверняка есть и тяжело раненые, да хоть тот же солдат, что уковылял прочь после того, как достал брошенное мной копье из своего бедра. Вряд ли после такого он быстро встанет в строй. В общем человек 40–50 баронских мы выбили из обоймы. Еще 6 человек потеряли вражеские наемники, которые вели сражение на правом фланге. Как ни странно, несмотря на примерный паритет сил, там события развивались наименее драматично. Все-таки наемники — не баронские солдаты, и мотивация и боевой дух их куда слабее. Поэтому, когда с обеих сторон сошлись люди, работающие по контракту, никто геройствовать не полез.

Общий же количественный расклад был, конечно, не в нашу пользу, но иллюзий по поводу соотношений сил наемников и регулярной баронской армией никто и до этого не испытывал. А потому результат был скорее закономерным. К тому же основную задачу мы выполнили, удержав мост.

Когда выживших перестало трясти от пережитого стресса, на место страхов и печали пришли не менее сильные чувства алчности, жадности и зависти. Хорошая проверка наших взаимоотношений на прочность.

— Ты себе что заберешь? — спросил Берт Горунара, имея ввиду положенные тому трофеи.

— Топор, — коротко ответил он.

— А еще что? — не унимался Берт.

Так уж вышло, что Горунар у нас отправил на тот свет аж трех баронских солдат и теперь мог претендовать на целую гору трофеев. Еще один был на счету Ярого, который все-таки смог заколоть своего противника ножом, и еще одного в самом начале сражения убил Творген. И хоть я активно поучаствовал в победе почти над каждым из них, и еще двоих серьезно ранил, заставив покинуть поле боя, формально ни одного трофея не мог записать на свой счет. И это было, мягко говоря, обидно, ведь стоимость снаряжения, которое полагалось тому же Горунару, была сопоставима со всем его жалованьем по контракту.

— Не знаю, — бывший лесоруб задумчиво почесал щеку. — Надо смотреть. Да и нечестно это как-то. Я же только одного сам и проткнул. Остальным считай по подставленным макушкам бил, как на заклании. Мазаю, думаю больше моего положено. Да и ты помог с последним.

— Да уж, помог… только из-за чужих спин и могу копьем своим тыкать. Как на первую линию встал, так меня тут же в грязь втоптали…

— Втоптали, но ты встал и продолжил сражаться, — поддержал я его, тем более, что действительно верил в это сам. — Это куда важнее.

— Трофеи поделим, — кивнув сам себе, сказал наш великан. — Это поможет быть нам сильнее.