Придворный Медик. Том 2 (СИ) - Аржанов Алексей - Страница 45

Теперь понятно, почему Мот рыбу жрёт вёдрами. Я бы такие объёмы даже на спор проглотить не смог.

— Она разговорилась уже ближе к вечеру. Начала умолять о помощи, — Мот подошёл к двери, просунул нос в щёлку и принюхался. — Сначала думал, что она врёт, но потом почувствовал, что маны в ней остаётся критически мало. Этой ночью она умрёт, если мы ничего не предпримем.

Я активировал «анализ» и направил свою магию через дверь.

Да… Мот прав. Птица не притворяется. Сердце еле бьётся, остальные органы работают на износ. Причём судя по тому, откуда исходит жизненная энергия, она сейчас лежит на полу.

Что ж, иного выхода у меня нет. Морить её голодом нет смысла.

Я открыл дверь, на всякий случай приготовился ловить пленницу, но та не пыталась от нас сбежать. Она даже двинуться толком не могла. Мы с Мотом присели рядом с ней.

— Вариантов у тебя остаётся немного, — произнёс я. — Имя своё назовёшь или так и будем играть в молчанку?

— Грима… — прохрипела птица.

— Судя по тому, что мы видим, Грима, жить тебе осталось недолго. Но, не буду врать, смерти я тебе не желаю. Переходи на нашу сторону. Назови имя своего хозяина, который послал тебя сюда, и мы тебя накормим. Умереть не дадим — даю слово.

— Ты обманешь… Хозяин тоже всех обманывает. Все вы, люди, такие, — заявила она.

— Полностью согласен, — подтвердил Мот. — Все, кроме моего хозяина. Он на еду очень щедр. Так что колись, пернатая! Кто тебя прислал?

Фамильяр был при смерти, ей не было смысла лгать. Но я всё равно анализировал её состояние, чтобы определить уровень стресса.

Видимо, включился инстинкт самосохранения, и ворона поняла, что иного выхода у неё нет.

И тогда после недолгих раздумий Грима всё-таки назвала имя своего хозяина. Мои предположения оказались неверны.

Этим человеком был не Шолохов, не Громов и даже не Биркин.

Но я его знал.

Глава 19

— Владыкин, — назвала фамилию своего хозяина Грима.

И я уже однажды сталкивался с человеком, носящим эту фамилию. Психолекарь из императорской клиники.

Очень интересно выходит.

— Владыкин? Борис Геннадьевич? — уточнил я.

— Он самый, — простонала ворона. — А теперь вы сдержите своё слово? Вы же не дадите мне умереть?

— Хе-хе, глупая птица, — фыркнул Мот и выпустил когти.

— Эй-эй! — я схватил его за шкирку и оттащил в сторону. — Ты чего творишь? Мы же пообещали. Она сдержала своё слово. Значит, и мы своё сдержим.

— Да? — он освободился из моей руки, отряхнулся и почесал задней лапой за своим ухом. — А я думал, что ты блефуешь.

Кот явно расстроился. Но это уже его проблемы.

— Нет, не блефую, Мот. На будущее — не торопи события, — попросил я. — Ты же так можешь любого нашего потенциального союзника прикончить!

Или вернее — сожрать. Аппетит у кота такой, что и всех моих врагов не хватит ему на пропитание.

— Ладно, я всё понял. И необязательно было руки распускать! — фыркнул кот-оборотень. — Эх, а я думал, что она на второй ужин пойдёт…

— Грима, чем ты обычно питаешься? — я снова присел рядом с вороной.

— Чем попадётся, — вяло протянула она. — Я всеядная.

Ну раз всеядная, значит, будет есть жареную картошку. Кажется, больше ничего у меня в холодильнике нет. Мот уже давно взялся уменьшать даже мои собственные запасы. Скоро только из-за него одного придётся просить увеличение заработной платы.

Я поднял ворону и перенёс на кухню. Затем налил ей воды и наложил в одну из свободных кошачьих мисок немного картофеля с мясом. Ох и опасное же это дело… С одной стороны, это магическое животное до сих пор представляет для меня опасность. Вполне может оказаться, что, отъевшись, она сразу же решит сбежать от нас.

Но как ни крути, я не чувствовал исходящей от неё опасности. Лекарская магия уже давно бы указала на то, что животное лжёт. Уж опознавать ложь я давно наловчился. Ещё до устройства в императорскую клинику. Помогла моя работа в предыдущей жизни.

— Как наешься — продолжим разговор, — строго предупредил её я. — Мы ещё недостаточно узнали о твоём хозяине. И что самое главное, до сих пор не определили — останешься ты на нашей стороне или нет.

Грима лишь кивнула в ответ. Сил у неё почти не осталось, но она активно их восстанавливала. Пока она клевала то, что я отложил себе на ужин, я строил предположения о том, что вообще происходит в императорском дворе и каким образом многие люди из моего окружения связаны с погибшими Булгаковыми.

Я могу понять, что Ярослав Андреевич Громов хранит одну из тех тайн, из-за которых погибли наши с Кириллом родители. Поэтому, скорее всего, он и хочет сотрудничать со мной. Чтобы обезопасить свою шкуру. Возможно, действительно желает сдать меня и Кирилла убийцам, лишь бы сохранить жизнь своей семье. От него я такое могу ожидать.

Но наш психолекарь? Я пересекался с ним всего один раз. Но очень хорошо запомнил до ужаса неприятную ауру в его кабинете. Находясь рядом с ним, я несколько раз почувствовал, что моё сознание постепенно теряет контроль над телом.

Будто Владыкин вводил меня в гипноз. Тогда я предположил, что это побочный эффект его магии, но теперь начинаю в этом сомневаться. Если это он следил за мной через Гриму, значит, он уже давно ведёт свою игру против меня.

Только очень хорошо скрывается. Пока что психолекарь кажется самым неприметным человеком в императорской больнице. Запись к нему есть, кабинет и целая прихожая перед ним у специалиста имеется.

Но самого Владыкина будто бы не существует. Никто о нём никогда не упоминает. Когда я советую Евгению Кирилловичу обратиться с лечением фобии, он каждый раз забывает о том, что я уже это говорил.

Странная личность — этот Борис Геннадьевич.

А ведь он ещё плюс ко всему упоминал, что я должен вскоре встретиться с человеком, который должен повлиять на мою судьбу. Я ещё воспринял его заявление как трёп обычной уличной гадалки.

Надо бы ещё раз с ним встретиться. Либо дождаться, когда он сам себя выдаст. Всё-таки потерять настоящую магическую ворону — дело, как минимум, затратное. По убыткам — это как потерять квартиру в столице. Да ещё при этом опасаться, что кто-нибудь в этой квартире найдёт все твои тайны, секретные документы и переписки с другими людьми.

А Грима явно обладала большим объёмом информации на тему личности Владыкина.

Или нет?

— Наелась? — я растормошил ворону, аккуратно потрепав её по хрупкой спинке. — Теперь давай беседовать. Для начала расскажи мне, зачем тебя Владыкин приказал за мной следить?

— Так он ничего не приказывал, — гаркнула она. Интонация Гримы всегда звучала так, будто она обращается с вызовом. Но это скорее особенность голосового аппарата магической вороны. По-другому она разговаривать не умеет.

— Ничего не понимаю, ты ведь сказала, что он твой хозяин. Тогда кто тебе приказывал, если не он? — поинтересовался я.

— Господин Владыкин отдал меня другому человеку. Своему хозяину я служила совсем недолго. Я сама не знаю, почему он решил отдать меня этому жуткому мужчине! — возмутилась Грима. — Но этому человеку было совершенно на меня наплевать. Он относится к фамильярам как к каким-нибудь блохам на дворняге! Именно из-за него я попала в эту передрягу.

— А вот это уже вдвойне интересно, — нахмурился я. — Расскажи-ка, а как выглядит второй мужчина? Тот, которому ты служила до попадания ко мне в квартиру.

— Я не видела его лица, — ворона отхлебнула воды из миски, взмахнула крыльями, а затем начала наносить жир на своё тело. Видимо, все перья высохли, пока она лежала в моём туалете. — Он носит чёрные одежды. Кожаные. Тоже летает над императорским двором, как и я. Только крыльев у него нет. Он взмывает в воздух за счёт силы ног.

— Опа! — воскликнул Мот, запрыгнул на стол и уселся рядом с Гримой. Ворона тут же попятилась в сторону. — А я знаю, о ком говорит пернатая. По описанию очень похоже на того человека, который пытался пролезть в квартиру полтора часа назад.