Придворный Медик (СИ) - Аржанов Алексей - Страница 60

— А я хочу, чтобы вы показали мне свой шрам, — пожал плечами дознаватель. — Кажется, нашим с вами мечтам не суждено сбыться. Или суждено? — с надеждой добавил он. — Мы ведь всё можем решить здесь и сейчас. Вы покажете свой рубец, я осмотрю его и после этого больше никогда вас не побеспокою. И мы оба будем довольны.

С одной стороны, его предложение звучит логично, но согласиться на него я не могу. Не для того я столько времени скрывал этот рубец, чтобы затем показать его одному из самых опасных людей императорского двора. Он может использовать полученные знания против меня.

Более того, его изувеченная лекарская магия тоже несёт опасность. Откуда мне знать, как отразится на мне такой осмотр?

Догадываясь о диагнозе Биркина, я подозреваю, что одним осмотром это не ограничится. Он не успокоится. Захочет повторить такой разрез — скорее всего, на мне самом…

Да и вообще — я не позволю ему себя шантажировать. Преступник здесь он, а не я. Он лезет в моё личное пространство, когда я желаю лишь одного — чтобы этот псих ненормальный оставил меня в покое!

— Нет, господин Биркин. Так дело не пойдёт. Не вам диктовать мне условия. Тем более вы только что признались в своих преступлениях. И, думаю, вы понимаете, что я могу использовать это против вас, — заявил я.

— И как же вы это сделаете, господин Булгаков? — улыбнулся он. — Доказательств у вас нет. То, что меня кто-то где-то видел — это не аргумент. А моё признание так и останется между нами. Записывать мой голос вы не можете. Связь в этом здании глушится. Здесь работает только мой телефон и стационарный. Любая записывающая техника выходит из строя. У нас хорошо продумана система безопасности.

Об этом я догадывался, поэтому даже не пытался записывать наш разговор.

— Всё верно, — кивнул я. — У меня ничего на вас нет, Аристарх Иванович. Однако теперь я знаю, откуда ждать нападения. Вам будет гораздо сложнее ко мне подобраться. Можете даже не сомневаться — я всегда буду готов. Рано или поздно ваши попытки добраться до меня закончатся сокрушительным провалом. И вы оставите улики. И тогда-то я окончательно от вас избавлюсь.

— Посмотрим, Павел Андреевич, — произнёс он. — Посмотрим.

— Раз наша беседа себя исчерпала, я вынужден вас покинуть, — заключил я и вышел из-за стола.

— До скорых встреч, господин Булгаков! — бросил мне вслед Биркин. — Э… Павел Андреевич, прошу прощения, а можно последний вопрос?

— Слушаю, — остановившись у выхода из кабинета, ответил я.

— Как вам удалось выжить?

Видимо, он хочет узнать, как я смог восстановить перерезанную шею. Но даже если бы я и хотел ответить на этот вопрос, я пока что сам не знаю, почему моё перемещение в этот мир воскресило умирающее тело Павла Булгакова.

— Скажем так, меня в принципе не просто убить, господин Биркин.

Ответом мне стал задумчивый взгляд. Словно Биркин уже решил, что стоит попробовать!

Покинув корпус дознавателей, я вышел на небольшую площадку с фонтаном и остановился около высокого дуба, чтобы привести мысли в порядок.

На улице уже стемнело. Начало холодать. Хотя, вероятно, я просто промёрз, пока сидел в кабинете Биркина. В его здании стоит могильный холод.

Итак, что мы имеем? Я убедился, что Аристарх открыл на меня охоту. Теперь я знаю, что он хочет. И что не остановится на достигнутом. А он знает, что я это знаю.

И что это меняет?

Чёрт возьми, это меняет всё!

Если до этого я полагался на интуицию, то теперь у меня есть голые факты. Ставки возросли. С этого момента Биркину будет гораздо сложнее следовать своему плану. Это значит, что его методы станут ещё более изощренными.

Из этого следует, что у меня будет куда больше возможностей поймать его за руку и доказать, что в императорском дворе завёлся сумасшедший.

— Павел Андреевич! Добрый вечер. Можно вас на пару слов? — вырвал меня из размышлений мужской голос.

Кто-то стоял за моей спиной. Но, к счастью, это был не Аристарх Биркин.

Обернувшись, я обнаружил, что меня нагнал Роман Викторович Севастьянов. Победитель турнира и пациент, которого я наблюдал в течение прошлой недели.

— Добрый, Роман Викторович, — пожал руку стражнику я. — Вы что-то хотели?

— Ещё бы! — стараясь сдержать эмоции, произнёс он. — Я хочу вас отблагодарить, Павел Андреевич. Сегодня я встречался с императором. Видел его собственными глазами. Он был буквально в пяти метрах от меня. Государь подписал моё прошение о вступлении в его личную гвардию. У меня получилось. Я вернул этот чин в свою семью. Теперь самое главное — удержать его.

— Я искренне рад за вас, Роман Викторович, — улыбнулся я. — Думаю, вы и сами уже поняли, что против вас боролись нечестно. Как минимум два оппонента жульничали. Но вам всё же удалось справиться. Поэтому ваша победа ещё более ценна.

— Возьмите это, Павел Андреевич, — Севастьянов с благодарностью опустил голову и протянул мне небольшую коробку.

— Что это? — спросил я.

— Подарок, — коротко ответил он.

— Роман Викторович, напомню, что я помогал вам не из корыстных побуждений. Взятку я не приму. Ваш друг, который прислал мне письмо, намекал, что отблагодарит меня. Но я всего лишь выполнял свою работу.

— Это не от моего друга, — помотал головой Севастьянов. — Это — лично от меня. Не взятка. Обычный подарок.

Думаю, от Севастьянова принять подарок можно. Можно, конечно, включить параноика и решить, что это очередной хитрый способ убить меня, а в коробке на самом деле лежит бомба, но это — совершенно беспочвенные домыслы. Я уже убедился, что Роман — один из немногих на турнире, кто действовал в соответствии с кодексом чести. Этот человек не станет причинять мне вред.

— Благодарю, Роман Викторович, — принял коробку я.

— Внутри лежат часы. Механические. Они мне от двоюродного деда достались. Подарок недорогой, но в него встроен магический кристалл. Точно такой же есть и в моих часах. С помощью него вы можете послать мне сигнал, если вам потребуется помощь. В качестве гвардейца я всегда смогу оказать вам поддержку, — объяснил он.

Что ж, а это и вправду хороший подарок. Связь с гвардией мне точно не помешает. Я не собираюсь как-либо злоупотреблять таким знакомством, но если мои враги нашлют не одного убийцу, а нескольких, то мне явно понадобится подкрепление, чтобы отбиться.

— И ещё кое-что, Павел Андреевич, — Севастьянов осмотрелся по сторонам, убедился, что рядом с нами никого нет, а затем прошептал: — Небольшое сообщение от «друга». Он тоже хотел поблагодарить вас за помощь на турнире. И попросил с этого момента действовать аккуратнее. Вы привлекли к себе пристальное внимание дворян, когда выбежали на арену, чтобы спасти Григорьева. Многие вами очень заинтересовались. Только этот интерес может оказаться недобрым.

— Буду держать ухо востро, — кивнул я. — Передайте другу моё «спасибо» за предупреждение.

Мы вновь обменялись рукопожатиями и разошлись. Вот так потихоньку я и начал обрастать связями! Это хорошо. Я уже понял, что в одиночку при дворе не выжить. Тут даже лекари ведут себя как хищники. Чего уж говорить о дворянах и других обитателях двора?

Между тем, беседа с Биркиным меня даже взбодрила. Сонливость после дежурства как рукой сняло. Домой я вернулся уже бодрым. А когда я оказался около своей квартиры, у меня и вовсе пропало желание спать, поскольку я окончательно убедился, что на этом этаже я больше не один.

Дверь в соседнюю квартиру, откуда прошлыми ночами доносился шум, была приоткрыта.

А из темноты на меня глядели два больших жёлтых глаза.

Глава 24

Моя магия отозвалась на присутствие таинственного зверя волной мурашек, пробежавших по моей спине.

Если она включилась автоматически, это может означать лишь один вариант из двух. Либо кому-то срочно требуется лекарская помощь, либо скоро она может потребоваться мне. Как показала практика, часто моя сила так реагирует на приближение опасности.

Не стало бы лекарскую магию будоражить присутствие обычного кота. С ним определённо что-то не так. Пока что агрессии зверь не проявляет, но выломанная дверная ручка как бы намекает, что сил у него не меньше, чем у взрослого человека.