Придворный Медик (СИ) - Аржанов Алексей - Страница 16

Однако он был прав. На данный момент мой «анализ» выше органного ещё не поднялся. Другими словами, я могу видеть только общую картину. Ткани, клетки, молекулы — всё это мне недоступно.

— У меня «клеточный анализ», Павел Андреевич, — произнёс Дубков. — И я могу быстро обучить вас. Не пройдёт и года, а вы уже окажетесь на моём уровне. В вашем возрасте я был готов отдать многое за такое предложение.

А этот Дубков очень хитёр. Будто мысли мои читает. Я ведь ещё вчера думал о том, что мне нужен учитель. Человек, который сможет ускорить моё развитие. Коллега будто решил надавить на моё слабое место.

Только зря он надеется, что это принесёт ему хоть какие-то плоды. Да я скорее скальпель проглочу, чем стану с ним сотрудничать. Не нужен мне такой учитель. Плевать на его уровень «анализа». Какие знания я от него получу? Как отжимать от других коллег пациентов? Как игнорировать больных, нуждающихся в экстренной помощи?

Нет уж.

— Спасибо за предложение, Эдуард Дмитриевич, — сказал я. — Но у меня уже есть наставник.

— Кто? Гаврилов, что ли⁈ — вспыхнул Дубков. — Да чему вы у него можете научиться⁈ Он за двадцать лет работы в клинике не отошёл от вашего уровня ни на шаг.

— Это не имеет значения. Я своё мнение уже высказал, — закончил разговор я. — А теперь позвольте мне начать приём. Я и так уже на пять минут задержал очередь.

Дубков смерил меня уничижительным взглядом. Уж не знаю, что взбрело в его голову в этот момент, но он злостно улыбнулся.

— В таком случае хорошего вам рабочего дня, Павел Андреевич, — произнёс он и направился к выходу в коридор.

— Взаимно, — ответил я. — Ах да, Эдуард Дмитриевич, ключи, пожалуйста, верните от кабинета.

Дубков замер около двери. Он уже успел схватиться за ручку, но я не дал ему красиво уйти. Готов поклясться, что он был готов взорваться из-за одной лишь мой безобидной просьбы.

Коллега резко развернулся, прошёл мимо меня к столу и с грохотом положил ключи.

— Благодарю! — я лучезарно улыбнулся ему вслед.

БАХ.

Ещё и дверью шарахнул. Горилла чёртова! Сейчас петли погнёт, а мне потом Гаврилов все мозги за это съест.

Ну да ладно, чёрт бы с ним. Ушёл — и слава богу. Пора уже запускать пациентов.

Я переоделся и приступил к приёму. До прибытия Гаврилова чуть меньше двух часов. В итоге мы вчера договорились поделить приёмные часы в соотношении «один к двум».

Но это вовсе не означает, что я не могу принять больше пациентов, чем должен! Что ж поделать? Ломка у меня без клинических случаев!

Эдуард Дубков шагал в свой кабинет и залечивал больную руку. Умудрился прищемить её дверью, когда покидал кабинет Булгакова.

Вот ведь глупый юнец! Отказался от такого предложения!

Дубков хотел использовать нового лекаря в своих целях. Он действительно планировал обучить его и протолкнуть на более высокую должность. За год ему удалось бы дотянуть Булгакова до работы с дворянами.

Виктор Шолохов доплачивает Дубкову, чтобы тот делился с ним информацией о других семьях. Эдуард рассказывал своему другу всё об их болезнях и слабых местах. Но даже Дубков не мог дотянуться до всех дворян, обитающих во императорском дворце.

Поэтому ему и нужен был ещё один верный лекарь. Было бы очень удобно воспользоваться Булгаковым, чтобы расширить свою сферу влияния. А если он зазнается и станет занозой — есть множество способов турнуть его из клиники. Достаточно спихнуть на своего помощника вину за шпионаж и разглашение врачебной тайны.

Дубков уже так делал. И не один раз. Пока что его методика не давала осечек. Но Булгаков стал первым, кто отказался от его предложения.

А потому…

— Долго он здесь не продержится, — прошептал себе под нос Дубков.

Повлиять на начальство и убедить уволить Булгакова он пока что не мог. Но усложнить жизнь — запросто!

Пациенты щёлкались, как семечки. За полтора часа через меня прошло десять человек, и я был уверен, что каждый из них ушёл с правильным лечением. Представляю, как удивится Гаврилов, когда увидит, что в коридоре перед его кабинетом нет ни одного пациента!

Я ни в коем случае не питаю к наставнику какой-либо неприязни. Между нами много разногласий, но рано или поздно они сойдут на «нет». Как раз наоборот, я как лучше пытаюсь сделать! Тренирую свою магию, лечу людей и Евгения Кирилловича разгружаю.

— Простите, Павел Андреевич, к вам можно? — в мой кабинет заглянул следующий пациент.

Он едва успел закончить фразу и тут же закашлялся.

Ой, беда-беда. Судя по влажному кашлю, с лёгкими у него всё совсем несладко.

— Заходите, не стесняйтесь! — позвал больного я. — Назовите, пожалуйста, свою фамилию.

— Я искренне прошу прощения, господин Булгаков, но я к вам не записан, — произнёс мужчина.

Странно… Какой-то голос у него знакомый. Будто мы с ним уже встречались.

— В коридоре кто-нибудь остался из записанных пациентов? — уточнил я.

— Нет, там сейчас пусто, — ответил мужчина.

— Тогда присаживайтесь на кушетку. Только назовите своё имя полностью. Мне придётся добавить вас к себе на приём вручную, — сказал я.

Никогда не видел в этом ничего криминального. Свободное время у меня есть. Так почему бы не помочь ещё одному человеку?

Главное, чтобы это не оказался очередной пациент Дубкова.

— Биркин Аристарх Иванович, — представился мужчина.

Я внёс данные в компьютер, добавил пациента в систему и тут же увидел его должность.

«Главный дознаватель».

Вот так совпадение. И совпадение ли это? Но теперь мне понятно, почему его голос мне так знаком. Я ведь, усилив слух, подслушивал разговор Коршунова с дознавателем.

Не знаю пока что, в чём подвох, но этот человек и вправду тяжело болен. Чтобы это понять, даже медицинское образование иметь не нужно.

— Что вас беспокоит, Аристарх Иванович? — спросил я.

— Кашель и страшная одышка, Павел Андреевич. Порой даже в глазах мутнеет! — заявил он.

Я пересел на кушетку и надел фонендоскоп.

— Поднимите рубашку, я послушаю ваши лёгкие, — попросил я.

Но в этот момент Биркин замер. Его лицо покраснело. Он схватился за шею и начал задыхаться.

— Не могу… Не могу дышать, Павел Андреевич! — кряхтел он. — Помогите!

Он начал падать прямо на меня. В попытке удержать равновесие ухватился за мой воротник…

И отогнул его, обнажив шрам.

Глава 6

Аристарх Биркин согнулся пополам из-за приступа одышки, но при этом мой «анализ» не показал никаких изменений в его лёгких. Да, бронхи заполнены слизью, а бактерии, судя по воспалительному процессу, живут там, как у себя дома, причём не один год.

Но признаков бронхоспазма или острой сердечной недостаточности нет. Давление тоже в порядке. Никаких причин для столь острой одышки у него нет. Создаётся впечатление, что этот человек притворяется. И, кажется, я уже понял, зачем он это делает.

Дознаватель вцепился в мой воротник и сжал пальцы с такой силой, что теперь убрать его руку получится только с помощью магии. Он весь трясся, но при этом старался медленно поднять голову, чтобы взглянуть на мою шею. Биркин делал это аккуратно, едва заметно. Но я понял, что было на уме у этого человека.

Не знаю зачем, но он определённо намеревался рассмотреть мой шрам. Однако скрыть от меня свои намерения у него не вышло.

Я понял, что действовать нужно быстро. Если разожму его руку, это будет выглядеть подозрительно. На хитрость нужно отвечать хитростью. Он решил притвориться экстренным пациентом, чтобы увидеть объект своего интереса.

А я его разочарую.

Исцелить свой шрам я не мог, хотя много раз пытался. Каждый раз, когда я пользовался лекарской магией и старательно убирал рубцовую ткань, она появлялась снова. Так ещё и сопровождался этот процесс таким болевым синдромом, что я принял решение не рисковать. Понял, что взаимодействие со шрамом только усугубляет состояние. Ещё не хватало собственноручно повредить себе гортань, пищевод или артерии!