Придворный Медик (СИ) - Аржанов Алексей - Страница 11

Чего он так боится? Вон какая фамилия доброжелательная. Миротворцев!

— Булгаков, давайте так… — вздохнул он. — Если вы хоть одно лишнее слово в этом кабинете скажете — я за себя не отвечаю!

— Евгений Кириллович, успокойтесь, — посерьёзнел я. — У вас уже давление выше ста пятидесяти подскочило. Вы, даже стоя на месте, повышаете себе риск инфаркта и инсульта.

— Я вам не разрешал использовать на мне «анализ»! — возмутился он.

— Я тут ни при чём, — пожал плечами я. — Она автоматически активируется из-за того, что вам с каждой минутой становится всё хуже и хуже.

Гаврилов взглянул на меня так, будто я только что заявил невесть что о себе.

— Ну-ну, так я вам и поверил, — хмыкнул он.

— Подскажите, что вас смутило? — искренне недоумевал я.

— Не притворяйтесь. Вы прекрасно знаете, что автоматическая активация «анализа» имеется только у по-настоящему одарённых лекарей. А вы к их списку явно не относитесь, — поморщился он.

Ого! А ведь я и вправду об этом не знал. Гаврилов, сам того не желая, сделал мне комплимент.

Правда, в чём моя одарённость, я не знаю. Лекарская магия и «анализ», в сравнении с другими моими коллегами, развиты у меня очень слабо.

Но я давно заметил, что мои силы включаются автоматически, как только рядом оказывается пациент, нуждающийся в срочной помощи.

Если я сейчас попытаюсь снизить давление своему наставнику, он точно бросится на меня с кулаками. Единственное, чем я могу помочь, избавить нас от этого мучительного ожидания.

Я сделал шаг вперёд и постучался в дверь заведующего.

— Булгаков, ну что же вы… — стиснул зубы Гаврилов.

— Да-да! Войдите! — послышался голос из кабинета.

— После вас, — приоткрыв дверь, произнёс я.

Гаврилов поправил воротник рубашки, одарил меня гневным взглядом, после чего прошёл в кабинет заведующего. Я закрыл за нами дверь, а затем поравнялся с наставником, который уже встал по стойке «смирно» перед столом Миротворцева.

Ещё до того, как я увидел самого заведующего, мне в глаза бросились десятки магических плакатов, которыми были увешаны все стены его кабинета.

Справа билось объёмное сердце. Выполнено оно было с анатомической точность. Автор изображения даже мельчайшие бороздки не пропустил.

Слева около стены левитировала полноразмерная сосудистая система человека. Артерии, вены, лимфатические сосуды.

Шикарный кабинет! Сразу видно, что здесь работает человек, искренне любящий своё дело.

Миротворцев оказался мужчиной лет сорока пяти. Сразу видно — педант до мозга костей. Рубашка и халат идеально выглажены. Тёмные волосы аккуратно зачёсаны назад, даже седина на висках симметричная. На столе идеальный порядок, придраться попросту не к чему.

Увидев нас, Владимир Борисович выпучил глаза и тут же выпустил лекарский разряд в моего наставника.

— Евгений Кириллович, бога ради, не заявляйтесь в мой кабинет с таким высоким давлением! — воскликнул Миротворцев. — Я вас уже сто раз просил следить за собой. Таблетки назначал для постоянного приёма. Почему вы вечно не прислушиваетесь к моим советам?

Миротворцев снизил давление Гаврилову, но после этого выдал гневную тираду, из-за которой оно снова начало повышаться.

Из-за этих господ у меня «анализ» работает как новогодняя гирлянда. То включается, то выключается.

— Я… Я… Я вас понял, Владимир…

— Не мямлите! — хлопнул по столу рукой заведующий. — Возьмите себя в руки.

— Есть, господин Миротворцев! — воскликнул мой наставник.

— Так то лучше, — успокоился заведующий. — Присаживайтесь. И вы тоже, Павел Андреевич, не стойте столбом. Наконец-то я и с вами смогу пообщаться.

Мы с Гавриловым расположились напротив заведующего. Евгений Кириллович случайно задел локтём стопку документов, из-за чего та сдвинулась на пару сантиметров от края стола. У Миротворцева аж глаз задёргался, но на этот раз он смог сдержать себя в руках.

— Итак, коллеги, собственно, для чего я вас сюда позвал… — начал Владимир Борисович, извлекая из ящика стола какой-то документ. — Сегодня утром прошла внеплановая проверка. Меня никто не предупредил. И главный лекарь тоже не в курсе, с какого перепугу орден решил экстренно проверить документацию наших специалистов.

Миротворцев выдержал паузу. Тишину нарушил Гаврилов, когда громко сглотнул застрявший в горле ком.

— Орден выбрал тех, кто проштрафился в прошлый раз, господа, — продолжил Миротворцев. — Пятерых человек. В том числе и вас, Евгений Кириллович.

— Клянусь вам, Владимир Борисович, я пытался исправиться. Просто… — начал оправдываться Гаврилов.

— И сделали это успешно! — неожиданно улыбнулся заведующий. — Вы — единственный, чьи осмотры не подверглись критике со стороны ордена. Полгода назад я пообещал комиссии, что прослежу за вами. Потом только понял, какую допустил ошибку, ведь изучать ваши записи у меня совсем нет времени. Но вы справились сами. Все протоколы безупречны. Председатель комиссии позвонил мне лично и похвалил за проделанную работу.

У Гаврилова аж челюсть отпала. Он посмотрел на меня, а затем тут же отвёл взгляд.

Зря он так беспокоится. Я не собираюсь рассказывать заведующему, что протоколами на самом деле занимался я.

Да, получается так, что Гаврилов получает незаслуженную похвалу, но встревать в разговор и что-то доказывать было бы подло с моей стороны. Наставник и сам всё прекрасно понимает.

— Рад, что проверка прошла успешно, — выдохнул Евгений Кириллович. — Но на самом деле… Эм… Владимир Борисович, я заполнял протоколы не один. Мне здорово помог Павел Андреевич.

Вот этого я точно никак не мог предсказать! Чтобы Гаврилов, который только что собирался меня уволить, просто взял и разделил со мной мои же заслуги? Что ж, это очень благородно с его стороны.

Хотя он мог сказать это, поскольку опасался, что я расскажу Миротворцеву правду, поэтому и сделал этот ход первым.

— Да ну? — вскинул брови заведующий. — Господин Булгаков? Ваш помощник? — Миротворцев окинул меня оценивающим взглядом. — Он ведь у нас даже второй день не доработал. Когда бы он успел вам помочь?

— На самом деле господин Булгаков — очень способный помощник, — заявил Гаврилов. — Верно ведь, Павел Андреевич?

Да что тут вообще творится?

— Я лишь взглянул на протоколы Евгения Кирилловича свежим взглядом. На все пятьдесят штук, — ответил я.

— Что ж, господин Гаврилов, — изумился Миротворцев. — Вам действительно очень повезло с помощником. Если вы оба и дальше продолжите в том же духе, то у нас повысится процент излеченных пациентов! И на проверках мне больше не придётся так за вас краснеть.

— Мы будем стараться, Владимир Борисович, — кивнул Гаврилов.

— Буду на это рассчитывать, — ответил заведующий и тут же уставился в документы, разложенные на столе. Повисла тяжёлая пауза. И лишь через минуту Миротворцев вспомнил о том, что мы сидим с ним в одном кабинете. — Вы всё ещё здесь? Свободны, господа! Работаем!

Мы с Гавриловым тут же покинули обитель Миротворцева и направились к своим кабинетам. За весь путь Евгений Кириллович не проронил ни слова.

Лишь когда я собрался зайти в свою каморку, он бросил мне:

— Булгаков. В мой кабинет.

Когда мы оказались внутри, Евгений Кириллович тут же подошёл к аптечке скорой помощи, достал оттуда какую-то таблетку и закинул её к себе под язык.

Учитывая, что его давление уже упало, думаю, он только что принял успокоительное.

— Вы без спроса изменили мои протоколы, — разжёвывая таблетку, произнёс наставник.

— Не за что, — ответил я.

— Избавьте меня от своей дерзости! — выдохнул он и устало рухнул на свой стул. — Вы опять меня не послушались. Но на этот раз это принесло пользу. И я понимаю, что вынужден попросить у вас прощения. Похоже, я и вправду был слишком несправедлив к вам.

— Так вы всё-таки передумали меня увольнять? — спросил я.

— Передумал. Да и настоящего повода для этого не было, если уж на то пошло. Мне не следовало бросаться такими угрозами. Просто, если честно, я с самого начала не хотел брать себе помощника. У меня нет желания рисковать и доверять больных новичку, поэтому я и решил оградить вас от пациентов. Однако, пока вы вели беседу с командиром охраны, ко мне заходил наш нейролекарь — Алексей Георгиевич. Он на удивление очень хорошо о вас отзывался. И я не сказал бы, что он склонен разбрасываться хвалебными отзывами.