Хороший сын, или Происхождение видов - Ючжон Чон - Страница 54

Ааа… Когда я кивнул головой, Хэчжин задал вопрос, на который я так не хотел отвечать.

— Есть новости от мамы?

— Нет, еще нет.

Хэчжин удивленно повел головой.

— До сих пор? Вдруг с ней что-то случилось? Может, авария…

— Если бы случилась авария, с нами наверняка бы уже связались. Она и машину оставила на парковке.

— Оставила?.. — Хэчжин взглядом следовал за мной.

— Никогда такого не было, чтобы она так долго не давала о себе знать.

— Ну, может быть, сегодня свяжется или вернется.

Как только я вышел из кухни, голос Хэчжина ударил мне по затылку.

— Даже тете не звонила?

— Не знаю. Я ее не спрашивал.

Хэчжин продолжал задерживать меня.

— А когда ушла тетя?

Перед лестницей я остановился и повернулся к нему. Хэчжин продолжил:

— Я просто… Тетя тоже не отвечает на мои звонки. Сегодня весь день ее телефон выключен. Она и к домашнему не подходит.

С каких пор они стали друг другу звонить? Обычно, когда у меня портилось настроение, я невольно начинал говорить резко:

— А почему это ты ищешь тетю? Чтобы забрать свои ключи от дома?

— О чем ты?

Хэчжин вышел из кухни и встал передо мной.

— Ты же позавчера днем ездил к тете в клинику, чтобы передать ей ключи.

— Я? С чего это ты взял? — удивленно переспросил Хэчжин. — Так тетя сказала?

Я не ответил. Удивленное выражение на лице Хэчжина переменилось на «я все понял».

— Не надо гадать. Вечно ты так: ничего не знаешь, а говоришь так уверенно, словно все видел своими глазами. Мы с ней в самом деле разговаривали по телефону, но в клинику я к ней не ездил. Она меня долго расспрашивала. Видел ли я, когда мама уходила из дома? Был ли я вчера дома? А потом я рассказал ей, что ты сдал экзамен, на что тетя сказала, что хочет сделать тебе сюрприз, и попросила сказать код от входной двери. Она уговорила меня не рассказывать тебе, что мы с ней разговаривали. Я ей пообещал.

Но я все равно не мог понять, как она смогла войти в подъезд. Да и с входной дверью все было не так уж просто. Если Хэчжин говорит правду, то тетя, как она мне и сказала, действительно набрала код и вошла в квартиру. Но почему я не услышал звукового сигнала? Не услышал бы, если б спал. Но я же не спал. Может быть, я так увлекся чтением записей, что ничего не слышал.

— То есть ты выманил меня на улицу, потому что тетя хотела устроить мне сюрприз?

— Ты не знал? Она тебе ничего не сказала?

Хэчжин был в замешательстве. Я не ответил.

— Я не хотел тебя обманывать… Просто тетя сказала, что ты смотришь телевизор в гостиной, поэтому она ничего не может сделать, вот я и предложил ей вытащить тебя ненадолго из дома. Я подумал, что тетя хочет устроить тебе удивительный сюрприз. Тем более, мне самому было стыдно, ведь я толком тебя не поздравил. Подумал, раз мамы нет дома, тетя решила взять инициативу на себя. Мне тоже показалось, что она немного перегибает палку.

Да уж. Она перестаралась. Но не самую малость, а сполна, будто с катушек слетела. Целых шестнадцать лет она держала нас с мамой в руках и вертела, как ей вздумается. Мне надо узнать, почему. Может быть, ты отпустишь меня?

— Когда я вернулся, увидел в холодильнике нетронутый торт, ни намека на то, что его открывали. Поскольку я знаю, что тебе она не нравится… Я немного переживал. Даже подумал, может, вы поссорились. Ты спал, поэтому я позвонил тете, но она не ответила, вот я и забеспокоился. И мама не звонит, и тетя пропала.

В моей голове возникло семейное кладбище на крыше. Я сбился и сказал ерунду:

— Не знаю, но, может, маме тоже иногда хочется уехать куда-нибудь без нас.

— А тетя? Ей тоже случайно захотелось куда-то исчезнуть одновременно с мамой?

— Откуда я знаю? — Я был так раздражен, что невольно закричал. — Чего ты от меня хочешь?

Хэчжин открыл рот и растерянно посмотрел на меня. Было видно, что он никак не поймет, почему я сержусь.

— Я ничего от тебя не требую. Просто предлагаю подумать, потому что уже начинаю переживать.

— Ладно, прямо сейчас и начну думать.

Я повернулся и начал подниматься по лестнице. Мое лицо стало холодным и сердитым. Хэчжин больше ничего не сказал. Мне показалось, что он все старался придумать слова, которыми можно было меня удержать. Он смотрел мне вслед до тех пор, пока я не повернул на лестничную площадку второго этажа. Я громко захлопнул за собой дверь, давая понять — теперь я буду усердно думать, так что не беспокой меня.

Я сел за стол. Времени было немного. Я чувствовал, что все уже идет к концу. Положение дел не изменится к лучшему, и неумолимо бегущее время не остановить. Я ясно понимал, что сегодняшняя ночь станет последней точкой. До этого я должен сделать все, что смогу. Сперва до конца все про себя понять и, исходя из этого, решить, что делать дальше. А потом сразу реализовать.

Я чувствовал себя так, словно уселся на горку, откуда прямиком можно скатиться в ад. Из ящика я достал тетрадь и нашел место, на котором остановился вчера.

Я пристально смотрел на последнее предложение. Страшно было не только маме. Я боялся перевернуть страницу. Мне тоже было страшно, хотя я не понимал, чего боюсь, и вместе с тем удивительно, что я еще до сих пор чего-то боюсь, хотя уже со всем смирился. Несмотря на страх, я не мог не читать дальше. Все равно что плыть на корабле посреди Тихого океана, испытывая морскую болезнь, и не иметь возможности сойти на берег.