Стихийница (СИ) - Боброва Екатерина Александровна - Страница 83

Ветер. Он пробирается сквозь щели, достигая самых закрытых уголков дома, принося с собой дразнящие воображение слова. А много ли надо той, кому едва исполнилось двадцать пять, чтобы зажечь это самое воображение?

И Юля поняла, что хочет увидеть девушку, что смогла сломить упрямство целого капитана. Такой характер надо поддержать за одну его стойкость.

— Я не могу доверить их никому, кроме вас, раз уж им в голову эта учеба ударила! — со злостью выдохнул Таврис и с мольбой посмотрел на Юлю. Ей показалось — еще немного и гордый капитан опустится на колени.

— Мы их возьмем, — приняла она непростое решение. — Но у нас свободная страна. Если девушки найдут себе здесь мужей, вы не станете препятствовать их выбору.

Кажется, ее сейчас придушат. Прямо на глазах у напрягшейся охраны.

Таврис молчал так долго, что Юле стало казаться — откажет. Придумает, как справиться с самовольной дочкой. Хотя, судя по его лицу он перепробовал все от запирания дома до лишения еды. Есть такие характеры, что лишь крепче становятся, если их бить.

— Хорошо, — процедил он, наконец. — Однако, прошу поставить меня в известность об их выборе, — с сарказмом добавил он.

И вот сегодня в первый день учебы она встречала новых студенток в их легко-пестрых, воздушных — совершенно не по зимней погоде — нарядах. Все четверо выделялись среди асмасок, как экзотические орхидеи среди полевых цветов. Яркие, смешливые, увешенные украшениями, которые звенели при каждом движении. У каждой длинные косы, змеями спускающиеся на грудь: две брюнетки, одна блондинка и одна веснушчато-рыжая. Полная палитра.

Стоящие рядом асмаски воспринимались уныло-серыми из-за похожего оттенка волос и скромно-сдержанных цветов в одеждах. Многие носили короткие стрижки. И на такиек они смотрели с пренебрежительным превосходством, мол, мы сюда учиться прибыли, а не мужчинам глаза слепить.

— Вот помяните мое слово, превратят они нам академию в дом утех, — мрачно пророчествовал ректор, стоя рядом с Юлей и с неприязнью разглядывая пополнение. — Они же мужчин, считай, не видели. Сорвутся, точно вам говорю.

— Если сорвутся — выдадим замуж, — пожала плечами Юля.

— А если они вам дитя без мужа подарят? — не удержался от сарказма ректор.

Юля промолчала, не желая убеждать начальство в том, что если женщина рвется из дома, то не для того, чтобы сразу вернуться туда с ребенком и мужем. Между этими двумя событиями должно произойти нечто знаменательное, чтобы оправдать усилия оказаться на свободе.

Фильярг оценил ее измученный вид и на лоб легло смоченное полотенце, а слуги уже готовили травяной отвар.

— Славу забрал, кажется, ветер, — ответил муж, усаживаясь рядом на пол. Снял с нее туфли, и Юля едва не застонала от наслаждения — сильные пальцы мужа мастерски принялись разминать усталые ступни.

— Честно сказать, не помню, кто у него сегодня по расписанию.

— Ветер, — подтвердила Юля, прекрасно помня расписание сына.

Если ветер, то теперь понятно, почему сына до сих пор нет дома. Воздушная стихия любила увлекаться…

С той самой знаменательной встречи жизнь Славы сильно изменилась. Герхан уговорил одного из своих бывших учеников давать мальчику уроки, и во дворце поселился настоящий фаттарец.

— Шпион, — переживал Третий.

— Непонятно чему он нашего сына научит, — цедил сквозь зубы Фильярг.

Но веселый улыбчивый парень понравился всем. Он был открытым и жадным до всего нового, а еще до безумия бесстрашным. Научился ездить на вальшгасах. Пытался добраться до Тихони. Был пойман тапунами и обмазан пометом за нарушение священного покоя вулкана. Упросил Юлю взять его в академию — безмолвные едва успели перехватить парня у источника огня.

— Ну точно шпион! — кипятился Харт. — Выслать — и все дела. А учителя другого найдем. Или пусть сам по учебникам учится. Это же просто математика!

— Он не шпион, — мрачно не соглашался Фильярг, вспоминая ужины, наполненные восторженными рассказами попахивающего птичьим пометом парня о занятных обычаях аборигенов. — Хуже. Он ученый. Исследователь. Естествоиспытатель, пожри его огонь! У меня безмолвные уже получили приказ усыплять, так уходит из-под надзора, жыргхва его забери! Хорошо, что Гора с собой не таскает. Пока. Но ты бы слышал их разговоры!

И Харт понимающе кивал, с сочувствием глядя на младшего брата.

— Ты держись, — проговорил он после паузы. — Если что понадобится — целителей там, охрану усилить, успокоительного — только скажи. Поможем. Могу пару бутылок огневухи свежей прислать. Отличная партия вышла. Лишнее из мозгов выжигает напрочь.

— Справимся, — отмахнулся Четвертый. — Главное, чтоб этот… учитель нигде себе шею не свернул… Я уже своим запретил на его вопросы отвечать. А в библиотеки лишь детские книги оставил. Тапуны его знаешь, как прозвали? Маленький человек ищущий много. Мудрые люди, н-да.

Но гораздо интереснее занятий с фаттарцем для Славы были встречи со стихиями. Раз в неделю он проводил целый день с одной из них, то наблюдая за вулканами и лавой, то любуясь пылевой бурей в пустыни, то купаясь в водопадах в горах.

— Я ему завидую, — честно призналась мужу Юля после очередного рассказа сын о диких лесах на юге материка, где он с земной стихией наблюдал за зверьми и ел сладких ягод. — У меня уроки проходили скучно за партой.

— А у меня в спаррингах и медитациях, — со вздохом согласился с ней Фильярг. — Но меня несколько беспокоит внимание стихий к младшему.

— Их можно понять, — пожала плечами Юля, — они встревожены его силой и пытаются вырастить Славу в любви и уважение к себе. И я согласна с тем, что это лучший вариант для всех. И для стихий — они обретают помощника, и для Славы. Уверена, он уже сейчас знает больше любого природника с Фаттары.

— А эти их планы о возрождении Карси-Тана? — с возмущением спросил муж. — Разве под силу такое ребенку?

— Дети растут быстро, — с милой улыбкой ответила Юля, с ностальгией вспоминая то сладкое время, когда малыши не могли обходиться без ее заботы. Сейчас все было иначе. У детей уже были свои увлечения и даже секреты. Хорошо, что они продолжали делиться с ней мыслями и переживаниями, все еще нуждаясь в ее советах.

Зато и проблемы вырастали вмести с детьми. Она до сих пор с содроганием вспоминала тот жуткий год без Оли. Потому и задержка с раскрытием дара Славы показалась не такой уж страшной. Главное — сын рядом, все остальное можно пережить.

— Если стихии хотят восстанавливать Карси-Тан, им придется постараться, — продолжила она задумчиво. — Но в любом варианте Слава должен сначала отучиться на Фаттаре, а потом можно будет уже говорить об его участии в этом. Не переживай, — она ласково погладила мужа по плечу, — он весь в тебя. Справится.

— Впервые такое говорю, но не только огонь делает асмасцев сильными, — ответил Фильярг, не скрывая отцовской гордости.

— Сильным нас делают семья и любовь, — с улыбкой подтвердила Юля.

Конец.

18/06/2025

Дорогие мои, вот и подошла к концу седьмая книга серии. Я искренне благодарна всем за активную поддержку. Без вашего участия было бы сложно завершить книгу, тем более таким прекрасным финалом.

Касательно продолжения про Славу. Да, у меня начался вырисовываться сюжет, ибо есть один персонаж — чудесный во всех отношениях, который мы незаслуженно забыли. Пару месяцев я точно возьму перерыв, чтобы соскучиться по Асмасу и начать писать с новыми силами.

А пока приглашаю вас в китайскую сказку. «Лунный свет среди деревьев»

У нас вторая книжка:

Таинственная принцесса Ли Линь Юэ возвращается во дворец после долгих лет изгнания. Ее поведение вызывает подозрение: она сильна, образована, умеет постоять за себя — и, кажется, готовит побег.

Кто она на самом деле: наследница, заговорщица или просто девушка, мечтающая о свободе? В мире интриг, дворцовых запретов и магических существ ей предстоит отстоять право на свою судьбу.