Академия Аркан (ЛП) - Кова Элис - Страница 52

Музыка и смех льются из распахнутых дверей, опоясывающих веранду. Картины стоят на мольбертах, опираются на стены и даже размещены на мебели. Среди них — скульптуры. По залам бродят барды, извиваются контурционисты, завораживая публику. Женщины и мужчины свисают с потолка, удерживаясь лишь на шёлковых лентах.

Мои пальцы случайно касаются руки Каэлиса, пока мы поднимаемся по ступеням. Это движение — пусть и непреднамеренное — притягивает его взгляд.

— Я рядом, — шепчет он, его пальцы переплетаются с моими. В его глазах что-то… что заставляет меня почувствовать себя в безопасности. — Просто следуй за мной, и я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось этой ночью.

— Я не подведу ни тебя, ни себя, — отвечаю, крепче сжимая его руку. Кажется, я слышу, как он выдыхает медленнее. Или это мне показалось. Мы не задерживаемся в этом моменте.

Праздник втягивает нас в своё течение. Каэлис ведёт меня из одной комнаты в другую. Его рука — всегда на мне. Горячая ладонь на бедре. Скользящая вверх по талии, опасно близко к рёбрам, пока он как бы между делом представляет меня тем, мимо кого мы проходим. Я не пропускаю мимолётные разговоры о побеге из Халазара, но кажется, знать уже не особенно заботит эта история. Прошло два месяца, зацепок нет, и таинственная интрига теряет остроту.

Я уже собираюсь сказать, что всё идёт неплохо… как вдруг появляется Равин.

— Клара, Каэлис! Как же я рад, что вы пришли, — его тёмные глаза в полумраке веранды кажутся почти чёрными.

— Мы не могли пропустить такое, — улыбаюсь я, чуть ближе придвигаясь к Каэлису. — Мы не могли.

— Именно, — подтверждает он, притягивая меня плотнее. — А где Лей?

Лей Стронгборн Орикалис. Погибель Ветра, как её зовут. Воительница, о которой ходят слухи, что она способна сражаться на равных даже с самыми сильными арканистами — несмотря на то, что в ней нет ни капли магии.

— Ну, ты же знаешь её, — Равин смеётся и пожимает плечами. — Такие сборища — точно не её стиль. Наверное, возится со своим жеребцом в конюшнях.

Он делает паузу и бросает взгляд на меня.

— Без скрытого смысла. Она просто любит свою лошадь больше, чем большинство людей.

— И сокола своего, наверное, вдвое сильнее лошади, — добавляет Каэлис. — Может, даже больше, чем тебя, братец.

Равин театрально прижимает руку к груди.

— Ты ранишь меня. Хотя, думаю, ты прав. Не всем же быть так безумно влюблёнными, как вы двое. И так хорошо подходить друг другу. Настоящая история любви, говорят. Редкий случай, когда знать куда охотнее сплетничает о вас, чем о беглеце из Халазара, — и его взгляд вновь пронзает меня, сверкая.

Я лишь вежливо улыбаюсь. Каэлис делает попытку повторить этот жест. Кажется. Больше похоже на оскал.

— О, Клара. У меня есть особый гость, с которым я хотел бы тебя познакомить, — произносит Равин с лёгкостью, но взгляд его заставляет меня внутренне сжаться. Он отступает назад и делает приглашающий жест, подзывая кого-то…

И тогда я его вижу.

Лиам.

Прошлое, которое я считала давно похороненным, и будущее, которое сама же уничтожила, вдруг встают передо мной во плоти. Его ярко-голубые глаза такие же сияющие, как я их помню — как в той версии, что я видела в Чаше. Эти глаза встречаются с моими, и моя рука соскальзывает с бедра Каэлиса. Она бы упала, если бы он не притянул меня ближе, возвращая в настоящий момент.

— Клара? — выдыхает Лиам. Как он произносит моё имя… В этом звуке — вся суть, вся боль, всё, что так и осталось, между нами, несказанным.

Рядом с ним стоит женщина с янтарными глазами, метающимися между её женихом и мной. Я её помню. Огненные локоны, закрученные в тугие кольца. Камешки, вплетённые в волосы, как звёзды — отсылка к её клану. Я помню всё. Даже кольцо на её пальце.

— Лиам? — мягко подсказывает она.

— Да, — Лиам откашливается и наконец отводит взгляд от меня, поворачиваясь к ней. — Элара, любовь моя, это Клара Ш—

— Редуин, — резко перебиваю. Прошлое, наконец, отпустило моё горло настолько, чтобы я могла говорить. Лиам хмурит брови, но почти незаметно — я сразу перехватываю внимание на себя. — Теперь я Редуин, после того как выяснилось моё происхождение — благодаря принцу. Клара Редуин.

— Леди Клара Редуин, — твёрдо добавляет Каэлис.

— Мы были знакомы, — продолжаю я, стараясь говорить ровно. — Лиам знал меня до того, как стало известно, к какому роду я принадлежу. — Я изо всех сил стараюсь оттолкнуть от разговора свою настоящую фамилию. Совсем забыла, что когда-то открылась Лиаму как Шевалье. Доверила ему то, чего не следовало бы. Глупость семнадцатилетней девчонки, поверившей, что встретила любовь всей своей жизни.

— Да, я знал её ещё с тех времён, когда жил на Серебряной улице, — говорит Лиам спокойно, и я выдыхаю с облегчением. Его голос не выдаёт ни капли нашей общей истории. Я безмолвно надеюсь: если хоть какая-то тёплая память обо мне в нём осталась, он поймёт, как важно сейчас не распространяться. Знал ли он, что я была в Халазаре? Неважно. Я должна исходить из худшего — что он знает больше, чем достаточно, чтобы погубить меня.

— Ах да, — Элара дарит мне натренированную улыбку и протягивает руку. — Лиам о вас рассказывал.

Что это значит?

— Правда? — Равин звучит неприлично довольным, пока я пожимаю Эларе руку. — Клару невозможно забыть. Иначе как бы она смогла околдовать моего брата? Хотя, думаю, её насыщенная история только подливает масла в огонь её привлекательности.

— «Околдовать»… — шепчет Лиам. — Женщина, обручённая с принцем… это ты?

Я киваю. Горло будто склеилось.

— Прошу, примите мои самые тёплые поздравления, — Элара лучезарно улыбается. Поняла ли она что-то — неясно.

— Благодарю, — говорю я.

— Да, поздравляю, — явно через силу добавляет Лиам.

Это ты бросил меня, — хочется заорать. Но я лишь улыбаюсь, в этой лживой игре, где нет места для правды.

Каэлис молчит. Но его рука на моём бедре будто прожигает кожу насквозь. Он весь напрягся, едва увидел Лиама.

— Простите, мне нужно освежиться, — вырываюсь я, отступая не только от Каэлиса, но и от всей этой сцены.

Одна комната. Другая. Ещё одна. Лестница на второй этаж, мимо музыкантов и пары, укрывшейся в полураскрытом шкафе для пальто.

Я не могу дышать. Каждый ремешок на теле словно душит. Всё это время я думала о тебе. Хотела тебя. Только тебя. Я слышу голос Лиама из Чаши, как будто он всё ещё во мне. Всё ещё часть того, что могло бы быть…

Раздаётся звук шагов. Я медленно разжимаю руки, которые обвила вокруг себя, будто в отчаянной попытке удержать разум на месте. Я оборачиваюсь — часть меня всё ещё надеется, что это Лиам.

Но по ритму и походке я уже знаю — это не он. Как я вообще успела выучить, как звучат шаги принца?

— Не думаю, что напитки подают в этом зале, — произносит Каэлис, его голос медленный, как и движения. Он указывает на холл, увешанный полотнами. Свет прожекторов бросает на его лицо игру теней, превращая его в живую скульптуру.

— Я заблудилась.

— Ты убежала.

Стыд и злость сжимаются в груди.

— Это была стратегически отступательный маневр. Я не хотела, чтобы он сказал что-то лишнее.

Расстояние между нами сокращается почти до нуля. Каэлис смотрит на меня сверху вниз, и свет, и тени подчеркивают каждую линию его лица, как будто сам мрамор поддался резцу мастера.

— Он знает слишком много, — его голос как удар.

— Он ничего не скажет, — уверяю я его.

— Даже если Лиам промолчит… — голос Каэлиса становится почти шепотом при его имени, — Равин воспримет всё это как победу. Он подозревает тебя — и не без оснований. Если он получит хоть какие-то доказательства, что ты вовсе не та дворянка, за кого мы тебя выдаём…

— Лиам ничего не скажет, — повторяю с нажимом. — И я не дам ему повода.

Но в тоне Каэлиса слышится обвинение.

— А твои действия говорят об обратном. — В его тёмных глазах вспыхивает гнев. — Ты всё ещё любишь этого человека, да?