Основатель 7 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 27

— Вот тебе подарок, — сказал я, протягивая ему одну золотую монету. — А теперь за работу. Я хочу знать, есть ли что-то, чего нам следует ожидать.

К моему удивлению, Фома, кажется, был в восторге от монеты. Он жадно выхватил её и сунул в карман. Неужели этот прохвост так дёшев?

— Есть, сэр! — гаркнул он и, не раздумывая, шагнул в портал.

Я только вздохнул и шагнул следом.

Сначала была тьма. Не просто темнота — абсолютная пустота, в которой исчезли все ощущения. Ни звука, ни запаха, ни даже чувства собственного тела. Словно на мгновение я перестал существовать, растворившись в зеленоватом тумане портала.

Потом мир вернулся с оглушительным хлопком. Не звуковым — физическим. Будто вселенная внезапно вспомнила, что я должен где-то находиться, и швырнула меня в реальность с безжалостной точностью. Ноги подкосились, и я едва не рухнул на колени, инстинктивно схватившись за что-то твёрдое. Оказалось — за плечо Фомы.

— Первый раз всегда тошнотворный, — невозмутимо заметил маг, даже не обернувшись. — Мозги пытаются понять, где ты был эти несколько секунд. А ты был нигде.

Секунду назад я стоял в тёмной, тихой комнате, пропахшей пылью и магическими реагентами. В следующую — уже посреди чистого поля, и ветер трепал мне волосы. Солнце било в глаза, заставляя щуриться. Где-то вдалеке мычали коровы, а под ногами шуршала высохшая трава.

— Чёрт возьми, — выдохнул я, проверяя, все ли конечности на месте. Пальцы рук и ног шевелились нормально. Голова кружилась, но уже проходило. — Охрененные ощущения.

— Подождите меня! — послышался хриплый голос. Из портала, пошатываясь, выбралась Кара. Девчонка была бледна как смерть, но держалась на ногах. — Простите, мастер Фома, я… Магия ещё не совсем восстановилась после создания врат.

— Ничего страшного, — махнул рукой Фома. — Главное, что портал работает стабильно. Чувствуешь колебания в магическом поле?

Кара прикрыла глаза, концентрируясь.

— Нет, мастер. Всё ровно. Связь крепкая.

Я с удивлением обнаружил, что внезапная смена обстановки была не просто сюрреалистичной — она была почти естественной. Словно мозг быстро адаптировался к новой реальности. Может, дело в моём двойном возрасте? Семьдесят пять лет опыта помогали справляться с неожиданностями?

— А теперь, господа, — сказал я, стряхивая остатки дезориентации, — приступим к самому интересному.

Я сосредоточился на торговом разделе Стратегической карты. Данные загружались волнами — спрос, предложение, ценовые колебания, логистические маршруты. В голове тут же начали складываться схемы.

Заказов накопилось море, и теперь, когда порталы заработали, нельзя было терять ни минуты. В долгой паузе был и положительный момент: спрос на пшеницу в Паннонии взлетел до небес. Обычно она продавалась по три золотых за единицу, но сейчас цена подскочила до шести.

«Классическая ситуация дефицита при нехватке предложения», — подумал я, вспоминая похожие случаи из земного опыта. В девяностых такие окна возможностей открывались постоянно. Развал логистики, неэффективные посредники, искусственно завышенные цены — всё это создавало идеальные условия для быстрого заработка.

Я понимал, что долго так не продлится, но, если подсуетиться, можно быстро пополнить казну. Главное — правильно рассчитать объёмы и не обвалить рынок одним ударом.

Быстро прикинул: у меня было около пятнадцати тысяч единиц пшеницы в закромах. Если выкинуть всё разом, цена рухнет мгновенно — базовые законы спроса и предложения никто не отменял. Но если порционно, по тысяче единиц в день…

«То отдача будет охренительная», — усмехнулся я, формулируя план.

Четыре тысячи единиц по текущей цене — это двадцать четыре тысячи золотых. Потом можно будет снизить объёмы, но поддерживать стабильные поставки. Через месяц рынок стабилизируется на уровне четырёх-четырёх с половиной золотых за единицу. Это всё равно на полтора золотых выше обычной цены в Истоке.

Транспортные расходы теперь практически нулевые — только содержание караванов и охрана, но это копейки по сравнению с обычной логистикой. Раньше доставка товара увеличивала себестоимость на сорок-пятьдесят процентов. Теперь — максимум на пять.

Я тут же разместил ордер, продав по тысяче единиц пшеницы четырём разным торговцам по одной и той же цене. Принцип диверсификации — не класть все яйца в одну корзину. Если один из торговцев окажется недобросовестным или у него возникнут проблемы с ликвидностью, остальные три сделки всё равно пройдут.

Четыре тысячи единиц по шесть золотых за штуку — это же двадцать четыре тысячи золотых за один день! Конечно, после такой интервенции цена рухнет, но я, по крайней мере, отбил расходы на строительство Врат.

Нужно было размещать и другие заказы — жители Паннонии хотели много чего из того, что у нас было: металлические изделия, ткани, кожаные товары. А теперь, когда я мог отправлять караваны прямо с заднего двора Града Весёлого, у меня появилось конкурентное преимущество, которого не было ни у одного торговца в регионе.

Какое-то время я буду торговать с чистой прибылью. Я знал, что это означает резкое падение цен на рынке Паннонии и последующее снижение отдачи от сделок, но был готов с этим смириться.

Золотая лихорадка не длится вечно, как и завышенные цены на неосвоенных рынках.

В голове уже формировался долгосрочный план. Сначала — агрессивный демпинг, чтобы выбить конкурентов и захватить максимальную долю рынка. Потом — постепенная стабилизация цен на уровне, обеспечивающем стабильную прибыль, но не настолько высоком, чтобы привлечь других игроков. Классическая стратегия рыночного захвата.

«Эти ребята даже не поймут, что их накрыло, пока не станет слишком поздно», — подумал я с циничным удовлетворением.

Такая близость и скорость торговли позволят им получить всё, что они хотят, в кратчайшие сроки. После этого рынок стабилизируется, и спрос станет гораздо более разумным. Но к тому моменту я уже заработаю сотни тысяч, если не миллионы золотых. Оставалось лишь надеяться, что пользоваться этими порталами будет безопасно достаточно долго.

Я проработал в своём кабинете несколько часов, прежде чем наконец вырубился. Размещённых заказов хватило, чтобы вернуть мои финансы к былой славе. Когда я проснулся утром, на моём счету красовалась круглая сумма в сто тысяч золотых. Мне было трудно осознать, сколько я сумел вернуть всего за восемь часов, но, глядя на десятки выполняемых заказов, я не мог не чувствовать удовлетворения. В эту операцию было вложено много труда, и теперь он окупался с лихвой. Первоначальный коммерческий рывок вселил в меня уверенность, что скоро я смогу взяться и за Торговцев.

Едва я вернулся к работе после позднего завтрака, как в мой кабинет ворвался Фома, сжимая в руке книгу.

— Я нашёл! — выпалил он, тяжело дыша, словно пробежал всю дорогу. Физическая форма у него была, прямо скажем, ни к чёрту. Несмотря на усталость, он сумел открыть книгу на странице с диаграммами и заметками на моём родном языке. — Вот! Причина, по которой врата телепортации не используются.

У меня по спине пробежал холодок при мысли, что у врат есть какой-то ужасный побочный эффект, проявляющийся после длительного использования. Я наклонился вперёд, чтобы рассмотреть книгу, которую Фома поднёс поближе.

«Нить Портуса связывает всё время и пространство воедино. Одна Нить Портуса соединена со всеми остальными Нитями», — гласила заметка, в которую мне ткнул пальцем Фома. Рядом была диаграмма портала и рисунок армии, выходящей из него. «Независимые врата создать невозможно. Если где-то существуют врата, другой практик Искусства Перемещений может к ним подключиться. Многие короли обнаружили это на собственном горьком опыте».

Я снова взглянул на картинку с армией и поморщился.

— Выходит, это риски военного плана?

— Ну, я не специалист по войне, — пожал плечами Фома. — Но разве тебя не защищают от вторжения большие расстояния, высокие стены, леса, поля и всяческие реки?