Основатель 7 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 25

— Тащите их! Быстро! — крикнул я.

Четверо матросов с баграми помогли затащить на палубу и Глыбу, и его добычу. Монстр оказался ещё омерзительнее, чем я думал. Это была помесь крокодила с какой-то доисторической гадиной: четыре метра в длину, челюсти, усаженные зубами-гвоздями, и длинные, острые как бритва когти. Морда вытягивалась в жуткое костяное шило, а вдоль спины шёл костяной гребень.

— Ёпрст, — выдохнул я, разглядывая тушу. — И долго он нас снизу долбил?

Глыба отёр кровь с разорванного плеча и сплюнул за борт.

— Пытался пробить днище, — коротко сказал он. — Почти получилось. Две доски треснули.

Матросы проверили трюм. Действительно, две доски внизу дали серьёзные трещины, и вода уже просачивалась внутрь тонкими струйками.

— Латать будем, — решил капитан. — А это… — он кивнул на тушу, — в дело пустим. Шкура на латы пойдёт, мясо — в котёл. Безотходное производство, всё как мы любим.

Команда с энтузиазмом принялась за работу. Во-первых, все были рады, что опасность миновала. Во-вторых, свежее мясо после недель солонины и сухарей — подарок судьбы. Пока одни затыкали пробоины и откачивали воду, другие разделывали тушу чудовища. Работали слаженно, без лишней болтовни.

И всё же на обратном пути нас не покидала тревога — мы ждали появления собратьев убитой твари.

Эта ситуация показала нам, что таинственный континент имел в запасе множество сюрпризов, в том числе и неприятных.

Я вернулся в доки Паннонии с чувством огромного облегчения — наконец-то знакомое и безопасное место. Веки налились свинцом, глаза слипались — на борту галеры о нормальном сне можно было только мечтать. Но, несмотря на дикую усталость, я знал, что отдыхать некогда: проект «Портал» сам себя не завершит. Спать я предпочитал дома, в своей кровати, а не тратить драгоценное время в Паннонии.

Моей первой остановкой были казармы стражи, где я должен был встретиться с драконорождёнными. Я добыл главный ингредиент для зелья, которое должно было погрузить Хемиша в глубокий сон. Но прежде чем вручить растение Дракии, мне нужно было снова удостовериться в необходимости этого обмана.

Я понимал, что эгоизм Хемиша мешает жить многим драконам, которые хотели вернуться домой, но моя совесть была бы спокойнее, если бы я точно знал, что этот упёртый ящер непробиваем для любых аргументов.

Я увидел дракона на его посту. Он охранял одну из казарм, застыв, как каменное изваяние. Хемиш явно не горел желанием меня видеть; его взгляд лишь мельком скользнул по мне и снова устремился вперёд. Я подошёл и махнул ему рукой, но он не ответил. Просто продолжал молчаливое бдение.

— Не сомневаюсь, ты не рад меня видеть, — сказал я, встав рядом. — И мне жаль, что наши цели сейчас так кардинально разошлись. Ты хочешь навсегда покинуть это место, а я хочу, чтобы ты вернулся к отцу.

Несколько секунд он молчал, словно взвешивая, стоит ли вообще со мной разговаривать. Потом всё же повернул голову.

— «Хочу»? — в его голосе звучала едва сдерживаемая ярость. — Ты думаешь, всё дело в том, чего я хочу? Что я просто капризничаю, как недовольный детёныш?

— Нет, — спокойно ответил я. — Я думаю, ты загнал себя в угол гордостью и теперь не знаешь, как из него выбраться, не потеряв лицо.

Глаза Хемиша опасно сузились.

— А ты, значит, знаешь? Человек, который провёл в нашем мире меньше времени, чем я стою на этом посту, будет учить дракона жизни?

— Я знаю, что значит быть руководителем, — ответил я без тени высокомерия. — И знаю, что хороший руководитель не цепляется за провальные проекты только потому, что когда-то дал громкие обещания.

— «Провальные проекты»? — Хемиш сделал шаг вперёд, и его голос стал угрожающе низким. — Ты сравниваешь клятву чести с… какими-то торговыми сделками?

— А разве не так? — парировал я. — У тебя есть обязательства перед командой. У команды есть потребности. Твоя задача как лидера — найти решение, которое учитывает и то, и другое. Вместо этого ты упёрся как осёл и тащишь всех в болото.

— Осёл? — Хемиш расправил плечи, и его рука инстинктивно легла на рукоять меча. — Ты назвал меня ослом?

— Я назвал твоё поведение ослиным, — уточнил я, не отступая. — Разница есть. Ты умный, Хемиш. Слишком умный, чтобы не понимать: твоя команда хочет домой. Слишком умный, чтобы не видеть: у вас нет ресурсов для выполнения изначальной миссии. И слишком гордый, чтобы признать очевидное.

— Что ты вообще можешь знать о наших обычаях? — проворчал наконец Хемиш, отпустив меч, но голос его дрожал от гнева. — Учить дракона, что значит быть хорошим лидером… Наглости тебе не занимать.

— Я мало что знаю о ваших обычаях, — кивнул я, принимая его слова. — Но я знаю, что значит быть лидером. Они смотрят на тебя в надежде на спасение из этого добровольного изгнания. Я понимаю, ты можешь расценивать возвращение домой как провал, но настоящий провал — это держать в западне людей, за которых ты в ответе, когда они могли бы вернуться.

Хемиш отвернулся, глядя в сторону порта.

— Легко говорить, когда тебе не придётся всю оставшуюся жизнь слышать шёпот за спиной: «Вот идёт Хемиш Неудачник. Хемиш, который не смог сдержать обещание». В драконьем обществе память долгая, Алексей. Очень долгая. Мы живём тысячи лет.

— И что? — пожал я плечами. — В человеческом тоже. Думаешь, я не знаю, каково это, когда за спиной судачат? В девяностые такое было обычным делом. Не вывез контракт — слабак. Не удержал позиции — неудачник. Знаешь, что я понял за все эти годы?

— Что? — нехотя спросил Хемиш.

— Что мнение дураков стоит ровно ноль. А мнение умных людей основано на фактах, а не на сплетнях. Факт в том, что ты вывез свою команду живой и здоровой из ситуации, которая могла закончиться катастрофой. Это не провал. Это менеджмент рисков.

— «Менеджмент рисков»? — Хемиш впервые за разговор усмехнулся, хотя и безрадостно. — Странные слова.

— Но точные, — настоял я. — Ты был молод, дал обещания, которые, как выяснилось, выполнить не удалось. Ты спас людей, закрепился в Паннонии, все были сыты и в безопасности. Теперь появилась возможность всех вернуть домой. Ты можешь либо упорствовать в ошибке и похоронить под её обломками всю свою команду, либо признать изменившиеся обстоятельства и скорректировать план. Я могу предоставить корабль. Твой отец хочет всех вас видеть. Просто вернитесь. Хотя бы на время, чтобы твои драконорождённые смогли вернуться к прежней жизни.

— Никогда, — отрезал Хемиш, качая головой, но в голосе уже не было прежней уверенности. — Ты говоришь, не понимая сути. Я никогда не вернусь домой и не поведу этих людей назад. Я бесконечно повторял это Ираиде. И не желаю больше говорить с тобой на эту тему.

— Тогда не говори, — сказал я, отступая на пару шагов на случай неадекватной реакции. — Но я думаю, ты просто трус.

— Вот как? — процедил Хемиш, и его глаза вспыхнули.

Я кивнул.

— Именно. Ты отказываешься встретиться с отцом, отказываешься объяснить мне, почему так ненавидишь свой дом, и вместо этого предпочитаешь меня игнорировать и затыкать уши, не слушая свой же народ.

— Трус? — Хемиш шагнул ко мне, и на мгновение мне показалось, что он действительно бросится в драку. — Хочешь знать, почему я ушёл? Потому что был глупцом, который жаждал богатства и славы, потому что хотел вернуться домой триумфатором, совершив великий подвиг. Мои юношеские глупости обрекли меня расплачиваться за них сегодня. Я не могу вернуться, пока не выполню то, что поклялся сделать.

В его голосе прорвалось что-то сырое, болезненное. Впервые за весь разговор я увидел не гордого дракона, а усталое, затравленное существо.

— И ты действительно обязан держать эти клятвы? — спросил я мягче.

Хемиш кивнул и тяжело вздохнул.

— То, что отец обратился к тебе, — знак, что он в меня не верит. Когда я вернусь с пустыми руками, не совершив ничего значимого, он будет недоволен.

— При всём уважении, — сказал я, — он, скорее всего, разуверился в тебе, как только узнал, что ты даже из Паннонии свалить не смог. Жизнь полна побед и поражений, надо быть готовым с честью принять и то и другое. Зацикливаясь на поражениях, ты не сможешь приступить к следующему жизненному этапу. В признании провалов нет ничего постыдного. В бизнесе это называется «работа над ошибками» и «корректировка стратегии».