Азимут между пламенем и порчей - Корнев Павел Николаевич - Страница 7

– Занятно, – пробормотал я и о том, что поднялся на очередную ступень возвышения, говорить не стал. И хвастаться не хотелось, и решил насчёт своих способностей лишний раз не распространяться.

Книжник же подошёл к окну, высунулся в него чуть ли не по пояс и во всю глотку гаркнул:

– Обедать идите! – А выпрямившись, пояснил: – Сегодня моя очередь кашеварить.

– Отлично получилось, – похвалил я стряпню товарища, а когда в дом заявились бывшие соученики, вышел во двор и уселся за стол.

Проверил брошенный под лавку вещмешок, затем сотворил магическую руку. Немного повертел перед собой тёмно-пурпурную конечность, и втолкнул в неё малую печать воздаяния. Думал, та проявится пылающим ореолом или потечёт по жилам жидким огнём, только ничего подобного – кровавая ладонь просто лопнула и ощерилась пастью с бессчётным множеством острейших зубов.

Да чтоб тебя! Так и заикой остаться недолго!

Я развеял магическую руку и с шумом перевёл дух.

Но неплохо, неплохо. Цапнуть бы кого-нибудь на пробу, да только и некого, и некогда. Неровен час отец Шалый заявится, а у меня в ядре небесной силы на донышке.

Непорядок.

15-5

Но нет, заявился Шалый лишь на закате – я к этому времени успел уже и ядро до предела наполнить, и с парнями всё на свете обсудить. Явился священник в мирском платье и один, переливать из пустого в порожнее не посчитал нужным и сразу вывалил на моих бывших соучеников новость о том, что сегодняшней ночью нам предстоит извести под корень не кого-нибудь, а дом Синей птицы.

У вчерашних босяков и деревенских увальней челюсти так и отвисли. Огнича, хоть фургонщики и отличались изрядным вольнодумством, проняло ничуть не меньше.

Впрочем, само по себе поручение расправиться с семейством дворян ни у кого отторжения не вызвало, всех обеспокоили исключительно наши шансы выйти из грядущей схватки победителями.

– Там же тайнознатцев должно быть до хрена и больше! – выдал Кочан.

– И убийц потом из-под земли сыщут! – вторил ему Вьюн.

Дарьян так и вовсе скорчил рожу – кислее не бывает.

– Нам бы приказ в письменном виде получить!

– Вот лучше не надо! – возразил книжнику Огнич. – Мы им разве что подтереться сможем, а мало ли где он потом всплывёт?

Отец Шалый наставил на фургонщика указательный палец.

– Именно! – Затем оглядел парней и со всей возможной уверенностью заявил: – Искать убийц никто не станет! Не говоря уже о том, что все вы завтра уплывёте в Черноводск!

– Конечно не станут искать, – пробурчал насупившийся Ёрш. – Асессор от нас и мокрого места не оставит! Даже хоронить нечего будет…

– Не каркай! – рыкнул на него Кабан. – Сидели там в своём порту, пороху не нюхали!

Шалый хлопнул в ладоши.

– Ну-ка цыц! – После заложил руки за спину и начал прохаживаться меж деревьев. – Асессор стар, он целиком и полностью полагается на семейные атрибут и аргументы, а они достаточно ограничены и крайне прожорливы. При том, что ядро у него в один талант, скорость его наполнения на уровне слабенького аспиранта, а водоворот – не освоен.

– Не бывает так! – немедленно возразил Дарьян. – Ускоренное поглощение небесной силы осваивается на финальной ступени аспиранта! Без водоворота и ядра в два таланта истинный облик не принять!

– Ну а он – принял! – отрезал священник. – За ритуал целое состояние отвалил, но в асессоры прорвался. Поэтому на двадцать пятой ступени возвышения и застрял.

– Ну… – протянул книжник. – Талант энергии – это тоже немало!

– Минимум половину он придержит для перехода в потустороннюю форму. Его аватар – ледяное отродье. Просто прикрывайтесь огненными щитами и не лезьте в ближний бой. Забьёте все скопом-то. Огонь для этого наилучшим образом годится.

Пусть ситуация к тому нисколько не располагала, но босяки гордо подбоченились.

– Это можно! – заулыбался Ёрш.

– Ага! – поддержал приятеля Вьюн.

Огнича же заявление священника ничуть не успокоило.

– Старик – ладно. С аколитом тоже справимся как-нибудь. А вот что нам с аспирантом делать?

Шалый покачал головой.

– Аколит поопасней аспиранта будет. Старший из братьев – запойный пьяница. Заливаться вином он начинает уже в обед, а когда и с самого утра пьёт. Но лучше бы расправиться со всеми поодиночке. Постарайтесь незаметно пробраться в дом и прикончить их во сне.

Тут вновь подал голос Дарьян:

– А зачем? – спросил он и тут же пояснил свой вопрос: – Нет, что сразу с тремя тайнознатцами нам не совладать – это ясно и понятно. Но натворили-то они что?

Сам того не зная, своим любопытством книжник сыграл на руку священнику: когда Шалый завёл речь о житье-бытье сирот в сельской общине, даже у меня от иных деталей волосы на затылке шевелиться начали, остальных так и вовсе проняло не на шутку. Домашнему мальчику Дарьяну чуть дурно не стало.

Не позволил заморочить себе голову лишь Огнич. Ну или он просто самым толстокожим из нас оказался.

– С этим разобрались, – хрустнул костяшками пальцев и набычился, но всё же продолжил: – А как насчёт оплаты? Нам денежное дельце обещали, а теперь что же – придётся забесплатно работать?

– Считайте это проверкой, – недобро улыбнулся Шалый. – Если вы и здесь дров наломать умудритесь, то денежное дельце и подавно завалите. – И он поднял руку, призывая к молчанию уже открывшего рот фургонщика. – Аколиты получат на руки по триста целковых. Адепты – рекомендательные письма от епископа Южноморья в школу Огненного репья. И уж поверьте на слово, эти письма позволят вам сэкономить на возвышении несравненно больше!

– А… – заикнулся было Кабан.

– А без прорыва в аколиты денежное дельце вы не потянете! – заявил отец Шалый и веско добавил: – И останетесь в моих должниках. Оно вам надо?

Все промолчали, и я уточнил:

– По триста монет обломится всем-всем аколитам?

– Ты ведь выбрал рекомендательное письмо? – уставился на меня священник. – Уже передумал?

– Нет, – решил я после недолгой заминки. – Не передумал.

Ёрш удивлённо присвистнул.

– Боярин, ты с нами в школу Огненного репья возвращаешься?

– Ему в другую школу, – заявил Шалый и похлопал в ладоши. – Шутки в сторону! Слушайте и запоминайте, от этого будет зависеть ваша жизнь!

Но для начала мы вернулись в дом, и уже там при свете керосиновой лампы священник разложил на обеденном столе план усадьбы дома Синей птицы, начал показывать, как незаметно пробраться внутрь.

– Непосредственно к усадьбе не подъезжайте, там кругом живут арендаторы – быть может, в драку они и не полезут, а вот шум поднимут непременно. И опасайтесь собак, не нашумите раньше времени!

Вьюн покривился.

– Легко сказать!

Шалый его возглас пропустил мимо ушей и указал сначала на квадратик, обозначавший сторожку на въезде, а затем прямоугольник, нарисованный чуть наособицу от основного здания.

– Не забудьте об охране. Территорию они не патрулируют, но непременно ударят в спину, как только начнётся заварушка.

Дарьяну такой вариант по душе не пришёлся.

– Непричастные же люди! – пробурчал он.

– Нет там непричастных! – отрезал священник. – Это не слуги, а наёмники, и симпатичных сироток они пользовали не меньше своих хозяев. – Он прищурился. – Хочешь, заранее грехи отпущу?

– Не хочу, – буркнул книжник.

А вот Кабан с довольным видом хохотнул.

– А я бы не отказался!

Кочан пихнул его в бок и спросил:

– Охраны сколько?

– Дюжина человек, – подсказал священник, но сразу поправился: – Нет, уже девять. Самое большее полный десяток, если кого-то нового нанять успели.

– Да без разницы! – самоуверенно отмахнулся Огнич. – Разберёмся!

– Не говори гоп! – буркнул я. – У них амулеты – от обычных огненных репьёв толку не будет. – И обратился к священнику: – Отчим, есть возможность карабины и ручные бомбы раздобыть?

– Обеспечу, – кивнул Шалый.

– И ещё лечебная алхимия понадобится, – сказал Огнич. – Целителей-то среди нас ни одного, полноценных чтобы!