Мастер печали - Колл Джастин - Страница 91

Аннев вытащил спрятанный в перчатке набор отмычек, опустился на колени и осмотрел замочную скважину. К его удивлению, на такой внушительной двери стоял самый обычный замок, рассчитанный на один-единственный поворот ключа. Он принялся за работу.

Кентон вернулся первым. Он сходил за Фином, и, когда оба аватара подошли к двери, Аннев успел вскрыть замок и убедиться, что никаких ловушек нет. Он поднялся на ноги и приоткрыл дверь. Первым в кабинет проскользнул Фин. Аннев вошел за Кентоном и запер дверь.

Комната оказалась воистину огромной. Стены были почти полностью украшены изысканными деревянными панелями, пол покрывали мягкие толстые ковры. Высокий потолок поддерживали восемь пар идеально гладких колонн. На каждой из колонн Аннев заметил по три масляных бездымных лампы, но горели лишь те, что висели на самых дальних.

А по периметру кабинета, ровно посередине между колоннами и стенами располагалась весьма примечательная коллекция: элегантные статуи на пьедесталах, живописные полотна, укрепленные на специальных подставках; на крюках висели диковинные музыкальные инструменты и странные предметы, среди которых Анневу бросились в глаза гуиро, пара железных наручников, прикованных цепью к ошейнику, и крошечная серебряная арфа. Он вытянул руку и провел ладонью над струнами: от арфы исходило слабая магическая аура. Тогда он проверил и гуиро, ожидая ощутить ту же вибрацию, что и от фонаря с фениксом, но ничего не почувствовал.

«Никакой магии. Интересно…»

Между колоннами была расставлена всевозможная мебель, предназначенная для комфортного созерцания необычной коллекции: напротив полотна, изображавшего пожилую женщину с букетом цветов, стояли оттоманка и кушетка; статую девушки, восседающей верхом на драконе, окружали несколько кресел, а со скамеечки, искусно вырезанной из слоновой кости, можно было полюбоваться комплектом сияющих бронзовых доспехов. Одна из перчаток сжимала длинное толстое копье, а забрало остроконечного шлема было опущено.

В дальнем конце комнаты стоял великолепный, украшенный сложной резьбой стол, который сам по себе являлся настоящим произведением искусства, а за ним сидел человек в расшитом золотом сюртуке с высоким воротником. Сидел он спиной к двери; на его лысом черепе играли блики света от масляных ламп. Аватары увидели его одновременно и тут же разделились, двинувшись вперед так, чтобы взять незнакомца в кольцо. Аннев заметил, что у кресла, на котором сидит человек, вместо ножек – два больших металлических колеса. В ступице каждого поблескивал голубой камень с золотыми вкраплениями, в центре которого был вырезан какой-то знак. Подобравшись еще ближе, Аннев понял, что колеса – не что иное, как два армированных щита, встроенных в стул каким-то совершенно непостижимым образом.

Все трое выскользнули из тени на залитую светом половину комнаты. Аннев отстегнул от пояса топор и вынул из ножен меч. Он сосредоточился на клинке и вскоре ощутил в ладони знакомую пульсацию. Тут Кентон бросил на него пронзительный взгляд, и Аннев ослабил концентрацию, испугавшись, что чувствительный к магии аватар что-нибудь заподозрит.

Кентон отвернулся и пополз вдоль периметра, прячась в тени колонн, как и Фин, крадущийся вдоль противоположной стены. Кентон извлек свой длинный изогнутый тачи и держал его перед собой, словно готовясь к защите. Руки Фина, как ни странно, оставались пустыми, но каждый мускул в его теле был напряжен и готов к драке.

– По словам Оракула, вас должно быть четверо.

Аннев так и застыл на месте, между пятым и шестым рядами колонн; Кентон с Фином затаились в тени.

«Оракул? – пронеслось в голове у Аннева. – Неужто тот самый Оракул? Но Содар сказал, что он у Брона Глоира…»

Однако времени на размышления у него не было. Человек схватился за щиты и крутанул их так, что кресло покатилось вдоль края стола и развернулось. Теперь человек сидел к ним лицом, и Аннев смог его как следует рассмотреть. На вид ему было за пятьдесят; взгляд колкий и пронзительный, руки и грудь мускулистые. Если бы не тонкие парализованные ноги, скрытые под одеялом, Аннев решил бы, что перед ним мужчина, пышущий здоровьем и не обделенный силой. Тут он вдруг понял, что по-прежнему исступленно сжимает рукоять топора, и заставил себя ослабить хватку.

Мужчина, пристально глядя на аватаров, вытер мясистой ладонью куполообразную загорелую лысину, потом пригладил густые седые усы. Другая его рука покоилась на небольшой масляной лампе, которую он поместил между складок своего черного с золотом одеяла.

– Мне было сказано о четырех всадниках, каждый из которых принесет на плече птицу, – проговорил он густым и звучным голосом. Мужчина смерил каждого по очереди проницательным взглядом и принялся загибать пальцы: – Цаплю, сокола, грача и сороку.

Он посмотрел на Аннева.

– Ты что за птица?

Аннев поднял руку в красной перчатке и смело заявил:

– Я – феникс.

Человек издал низкий смешок:

– Надеюсь – для твоего же блага.

– А ты, должно быть, Янак.

Мужчина не ответил. Теперь его внимание было приковано к Кентону и Фину.

– Проклятый вождь, воин-отступник, тень от тени и обреченный калека. – Он нахмурился. – Тень, судя по всему, внизу?

Все трое озадаченно переглянулись.

Человек кивнул:

– Ну конечно, так и есть. На всякий случай, да? Вдруг я прячу его в подвале. – Он посмотрел на вооруженного с ног до головы Фина. – Тогда ты – воин, а ты, соответственно, калека, – заключил он, глядя на Кентона.

Кентон поспешил скрыть шрам под прядью волос.

Мужчина, однако, не отвел от него глаз и почему-то снова нахмурился.

– Оракул сказала, что ты похитишь ее своей единственной рукой. – Он наклонился вперед, присматриваясь к мечу, который аватар обеими руками держал перед собой.

Аннев отступил в сторону, спрятав левую руку за спину.

«Откуда он знает? Неужели тот Оракул и правда у него?»

При этой мысли его бросило в холодный пот. Если Янак владеет Оракулом – он может узнать о чем угодно.

Мужчина пожал массивными плечами:

– Ну да не важно. Она вечно говорит загадками, так что я мог что-то напутать. Но ты все равно не отберешь ее у меня. Нет-нет, и не мечтай. Она меня предупредила, что ты придешь за ней. – Он повернулся к Фину. – А тебе, воин, поручено меня убить.

Фин, не дрогнув, выдержал его тяжелый взгляд и вынул нож.

– Да. Если ты, конечно, Янак. Ты использовал жезл принуждения и должен за это заплатить.

Янак равнодушно хмыкнул:

– Грустно все это, знаете ли. Мы с Винзором заключили весьма разумное соглашение, но его преемник наотрез отказался со мной сотрудничать. Однако, думаю, я должен сказать ему спасибо, ведь, не брось он меня, я бы не стал искать помощи на стороне. Никогда бы не нашел Оракул… не узнал бы правду.

«Правда»? «Соглашение»?

Фин с Кентоном во все глаза глядели на торговца, совершенно сбитые с толку его монологом, и от Янака это не ускользнуло.

– Вижу, Тосан держит вас в неведении. – Он положил руку на подлокотник кресла. – Что ж, до того как вы со мной покончите, позвольте мне вас просветить. – Он широким взмахом руки обвел кабинет. – Я, скажем так, коллекционер. В лучшие свои годы я колесил по миру в поисках сокровищ, не раз подвергая себя смертельной опасности. То, что вы видите, – лишь крупица моей коллекции. Остальное либо выставлено на продажу в моих лавках, либо спрятано в хранилище.

Он подкатил кресло к доспехам и дотронулся до бронзовой рукавицы.

– Мое личное сокровище. Я носил эти доспехи много лет назад. Тогда я был скорее наемником, нежели купцом. – Он вздохнул и уронил руку на колени. – Потеряв ноги, я сосредоточился на коллекционировании магических артефактов. Как одержимый я искал средство, которое вернуло бы мне способность ходить. – Он расправил плечи. – А ваша Академия неустанно присылала ко мне одного аватара за другим. Сначала я даже не понимал, что происходит: стоило мне раздобыть артефакт, как через неделю он каким-то таинственным образом исчезал.