Мастер печали - Колл Джастин - Страница 74

Аннев сидел как громом пораженный.

– Так, значит… ты никогда и не хотел, чтобы я стал аватаром.

Содар открыл было рот, но Аннев не дал ему сказать.

– Не имело никакого значения, пройду я Испытание или нет, – ты бы все равно забрал меня с собой, да?

– Аннев, прошу тебя.

– Признайся, что так и есть, – потребовал Аннев. Его голос уже не дрожал. – Скажи мне правду.

– Правда в том, – жестко ответил Содар, – что значение имеет абсолютно все. Твои тренировки в Академии были нужны не для того, чтобы ты стал аватаром – но чтобы ты приобрел важнейшие навыки. Я посылал тебя рубить дрова не для того, чтобы нам было чем растопить печь – но чтобы ты учился. Стал сильным и выносливым. А истории, которые ты от меня слышал? Думаешь, я хотел, чтобы тебе было о чем проповедовать, стоя у алтаря? Нет. Я рассказывал их затем, чтобы ты в итоге понял, кто ты и откуда, почему мир устроен так, а не иначе, – и почему нам столь важно покинуть деревню.

– И куда мы пойдем? – перебил его Аннев. – Где может быть лучше, чем в Шаенбалу? Что нас ждет за стенами деревни?

– Огромный неизведанный мир.

Аннев осекся. Он и правда хотел повидать мир – потому ему и не терпелось поскорее стать аватаром, – но он всегда думал, что каждый раз будет возвращаться в Шаенбалу. В свой дом, где его будут ждать Маюн и друзья. Но то, о чем говорил сейчас Содар, и близко не напоминало его представление о будущем. Да с таким же успехом он мог бы отправиться колесить по миру с Крэгом.

– Ты знаешь, что я хочу путешествовать, – медленно произнес он, стараясь разобраться в мешанине нахлынувших чувств. – Но только не ценой своей жизни в Шаенбалу. Когда я отнесу мешок с деревяшками и смолой в Академию, Тосан сделает меня аватаром. Я буду носить коричневую форму и ухаживать за Маюн. – Он умолк, пытаясь угадать мысли Содара: неужели старик не понимает, как все это для него важно? – Зачем нам уходить? Ты сам говорил, что деревня под защитой.

– Магия, защищающая Шаенбалу, по-прежнему сильна, – подтвердил Содар. – Охранный круг никогда еще не был прерван.

Аннев кивнул. Возможно, он еще может убедить священника остаться.

– Вот именно. Кельга сказала, что те, кто охотятся за мной, не смогли его разрушить. А если мы уйдем – что нас от них защитит?

– Верно, – к удивлению Аннева, снова согласился Содар, – но ведь ты хочешь стать аватаром, чтобы гоняться за проклятыми Одаром артефактами. Однако едва переступишь границу деревни – тебе придется иметь дело с бесчисленными опасностями, о которых сейчас ты не имеешь ни малейшего понятия.

– Так помоги мне понять! Ты столько лет твердишь о том, что к чему-то меня готовишь, а к чему – не говоришь. Если ты что-то знаешь – расскажи мне!

– Я… я просто не хотел торопиться. Пытался уберечь тебя от всего этого, – признался Содар. – Ребенку не пристало взваливать на себя заботы взрослых.

– Я уже не ребенок. – Аннев схватил сверток со своим трофеем и кинул его Содару.

Сверток с глухим стуком упал на стол перед стариком.

– Вы с мастерами хорошо меня обучили. Я смогу себя защитить. – Он поднял руку, прерывая Содара, который попытался что-то возразить. – И я точно знаю: если по миру бродят такие чудовища – мы должны остаться здесь.

Содар вздохнул:

– К сожалению, Аннев, все не так просто. С тобой до сих пор ничего не случилось, поскольку ты был надежно укрыт за стенами деревни. Охранные заклинания, наложенные на них, держатся лишь потому, что никому не приходило в голову их снять. Но при должном усилии и толике терпения защита Шаенбалу падет.

– Вовсе нет! – воскликнул Аннев, оказываясь верить в услышанное. – Арнор сказал, кто-то убивает священников из твоего ордена. Если мы уйдем из деревни, этот кто-то, возможно, доберется и до нас. Но здесь он точно нас не найдет!

– Вероятность этого ничтожно мала, – возразил Содар. – И с каждым днем она становится все меньше.

– Ну хорошо. – Аннев решил сменить тактику. – Предположим, я с тобой согласен. Но зачем уходить прямо сейчас? Разве это не может подождать? Я получу титул, продолжу тренироваться. Академия отправляет за артефактами только тех аватаров, которых собирается повысить до мастеров, то есть пройдут годы, прежде чем мне поручат первое задание. А мы с тобой за это время как следует подготовимся. Ты запудришь мозги Тосану, убедишь его, что снаряжать экспедицию слишком рано, а потом, когда представится момент, мы с тобой улизнем, как ты и задумал.

– Интересно, – пробормотал Содар.

– А еще… – с робкой надеждой в голосе продолжил Аннев, – если получится, мы сможем взять с собой Маюн.

Содар печально улыбнулся:

– Маюн – замечательная девушка… но она дочь Тосана. Если мы исчезнем – древние вздохнут свободно, избавившись от меня, а тебя поищут да перестанут. Но Тосан не успокоится, пока не вернет дочь. Он бросит на ее поиски все силы Академии, и нам нигде не будет покоя, ни в Одарнее, ни в Южном крае. В конце концов, Тосан загонит нас в угол. – Он покачал головой. – Мне очень жаль, Аннев. Даже если Маюн согласится – это слишком опасно, а у нас и без того хватает поводов для беспокойства.

Аннев насупился. Такой исход его совершенно не устраивал. Он должен стать аватаром и быть с Маюн, и другая жизнь ему не нужна. Он снова прокрутил в голове слова Содара.

– Почему ты упомянул Южный край, если Оракул где-то в Одарнее?

– Оракул не в Одарнее – он у Брона Глоира, а где сейчас Брон – и в чьем теле, – об этом одни боги ведают. – Старик издал коротенький смешок. – Нет, в Одарнее резиденция дионахов Тобар; впрочем, я не уверен, что нам стоит отправиться именно туда. Ты правильно понял: кто-то охотится на братьев моего ордена, и, пока я не выясню подробности, лучше туда не соваться. Потому я сказал о Южном крае, хотя и там никаких гарантий не будет. Можно сбежать хоть на сгинувшие острова Илюмеи, но и там не найти спасения.

– Тогда вообще какой смысл бежать? – спросил Аннев, хватаясь за соломинку. – Слуги Кеоса гоняются за мной, потому что боятся, как бы я не убил их мертвого бога? Что за чепуха! – Он закатил глаза.

– Кеос явит себя, когда будет готов, – сказал Содар, не обращая внимания на дурашливый тон ученика. – Но его слуги – это другое. Одни терпеливы и коварны, другие непредсказуемы и внезапны в своих действиях. Но все они придут за тобой, жив ли Кеос, мертв ли – не важно. Ведьма, с которой ты повстречался в лесу, похоже, лишь крошечное звено гигантской хитроумной цепи.

Аннев вздрогнул, чувствуя, как по коже побежали мурашки. И вдруг кое-что вспомнил.

– А при чем здесь новые боги? Ведьма что-то говорила о них… вроде бы они тоже меня ищут.

Лицо Содара стало суровым. Он задумчиво пригладил бороду.

– Боюсь, этого я не знаю. После Возгарской битвы новые боги сошли с арены мира. Они научились выживать, не принимая ничьей стороны, а значит, в их интересах не может содержаться зла и корысти. Но если ведьма не солгала и они действительно охотятся за тобой… Что именно она сказала?

– Я помню только имена: Дорхнок, Тахаран и Круитхар. И еще – что они никак не могут меня найти. Наверное, она имела в виду охранную магию Шаенбалу.

– Час от часу не легче, – пробормотал Содар. – Хорошо, мой мальчик. Мы останемся, пока я не пойму, что все это значит. Но особо не расслабляйся. И никаких отлучек из деревни – ни за дровами, ни по поручению Тосана. За пограничные столбы ни ногой. Все понял?

Аннев с облегчением кивнул. У него словно гора свалилась с плеч, хотя к облегчению примешивалась тревога: ведь Содар может в любой момент выдернуть его из новой восхитительной жизни. Теперь Аннев понимал, почему Содар до последнего таил от него свой план. Когда у тебя одним махом отнимают все мечты – почти невозможно найти в себе силы жить дальше.

Но неужели без этого не обойтись? Аннев вспомнил, что говорил ему Крэг: иногда все проще, чем кажется, и шагать по дороге, выбранной за тебя кем-то другим, вовсе не обязательно.

«Содар думает, что я непременно отправлюсь с ним. Но ведь я могу остаться здесь. С Тосаном».