Мастер печали - Колл Джастин - Страница 53

– Благодарю вас, служитель Айнневог.

Тосан обратился к Титусу с Терином:

– Согласны ли вы с тем, что сказал сейчас ваш друг?

Мальчишки быстро переглянулись, потом посмотрели на Аннева, и оба почти синхронно кивнули – разве что Титус опередил Терина на долю секунды.

– Благодарю, служитель Титус, – сказал Тосан. – Согласно правилам, победить в Испытании суда может лишь один служитель. Поспешив согласиться со служителем Айнневогом, вы тем самым выразили пренебрежение правилами Академии и, так же как и он, исключили себя из списка претендентов. А потому я вынужден присудить титул аватара служителю Терину.

Древний щелкнул пальцами, и вперед выступил Брайан, держа в руках коричневую тунику с поясом.

– Ты пришел к нам служителем веры, – провозгласил Тосан, когда Терин, потерявший дар речи, принял форму. – Сегодня же ты становишься аватаром суда.

Терин уставился на тунику, потом перевел взгляд на друзей, и на его лице появилось выражение ужаса.

– Я… я не… – промямлил он, ошарашенный неожиданным поворотом событий.

Что до Титуса, то удивление и негодование на его лице сменились покорным принятием – и даже облегчением. И Аннев знал почему: обязанности стюарда всегда привлекали этого малыша больше, чем служба аватара. Так что испугался Терин не за него, а за Аннева.

Аннев же попросту отказывался принять произошедшее.

«Он нарочно это делает, чтобы преподать мне урок. Думает, я предан Содару, а не Академии. – Аннев глядел в пол, на глаза предательски наворачивались слезы. – Он мог бы нам троим дать титул – всем троим, – но нет: ему хочется наказать меня за то, что я не желаю поступаться собственными принципами – и принципами Содара».

Он чувствовал, как закипает от злости, однако совсем скоро душу его обдало ледяным отчаянием: ему никогда не быть с Маюн. Теперь ему даже смотреть на нее нельзя.

«Он и не хотел, чтобы мы были вместе, – понял вдруг Аннев. – Он с самого начала преследовал лишь свои собственные интересы».

Ему хотелось бросить Тосану вызов. Он изнывал от желания накинуться на древнего – пусть на собственной шкуре узнает, достоин Аннев титула аватара или нет! – но, провалив Испытание суда, он уже и служителем-то не был. Он стал стюардом. А Фин победил. И Кентон тоже. И теперь всю оставшуюся жизнь они будут над ним измываться, тыча носом в его провал. Этих двоих наградили – за их бесчестную, подлую игру. А его наказали. И теперь Маюн выйдет за другого, и каждый раз, сталкиваясь с ней в Академии, он будет вспоминать сегодняшний день и сгорать со стыда.

Аннев лишился всего.

Тосан пожимал руки Эдре и Мурлаху, поздравляя их и сидевшего на помосте древнего Денитала – гениального престарелого химика Академии – с прекрасно проделанной работой.

Мальчишки поднялись с колен. Аннев чувствовал на себе взгляды друзей, но смотреть на Терина и Титуса было выше его сил. Только не сейчас. А может статься, он вообще больше никогда не сможет смотреть им в глаза.

– Аватар Терин, – позвал Тосан, – отправляйтесь за мастерами. Мастер смены облика проследит, чтобы вам выдали туники по размеру, а у мастера неслышной поступи вы получите новую обувь. Если вам понадобится что-то еще, обратитесь к управляющему.

Терин неслышно прошептал: «Извини» – и, окруженный мастерами, вышел из комнаты.

Аннев молча смотрел ему вслед. Он не хотел винить друга за то, что тот так быстро сдался, что не стал перечить Тосану и требовать титула для всех троих… И все же винил. Сначала Терин предал его, украв те медальоны, а теперь… То, что произошло теперь, много, много хуже. Ему было горько и обидно, он злился, и с каждой секундой гнев его распалялся все больше.

– Жаль, что ты больше не будешь посещать уроки, Титус. – Древний Бенифью обнял своей волосатой рукой круглые плечики Титуса. – Однако сдается мне, твоя новая служба понравится тебе куда как больше. – Он посмотрел на Аннева, но, очевидно, решил воздержаться от каких-либо предположений в его адрес. – Пойдем, мой мальчик. Через несколько часов остальные приведут себя в порядок и примутся за свои новые обязанности, а пока время у нас есть. Проводи меня до кухни, и там перекусим, а я тем временем расскажу тебе историю о том, как Брон Глоир в одиночку одолел пять тысяч врагов в степях Спеур Дун.

Титус отдал свой жезл Эдре и направился вместе с Бенифью к выходу. Проходя мимо Аннева, малыш робко улыбнулся.

– Зато нам не придется расставаться, правда же?

У Аннева перехватило горло. Он уставился в пол, понятия не имея, что ему с собой делать, а когда снова поднял голову, увидел, что Кьяра и Тосан о чем-то горячо спорят. Тонья, Фэйт и Маюн уже куда-то исчезли – и слава богам. После всего, что случилось, он бы скорее сквозь землю провалился, чем взглянул на Маюн. Более того – в глубине души он даже надеялся, что вообще никогда ее не увидит. Одним унижением меньше.

– Так и быть, – донеслось до него рычание Тосана, после чего госпожа Кьяра направилась к двери вместе с мастерами.

Как только женщина ушла, Тосан принялся вполголоса беседовать с древними.

Анневу же оставалось лишь неуклюже переминаться с ноги на ногу. Он чувствовал себя брошенным и никому не нужным, но идти было некуда. Он был вымотан усталостью, обидой и злостью. Растерянно глядя по сторонам, он начал бочком продвигаться к двери. Что теперь делать? Вернуться в часовню, стать священником и так и умереть, не покидая ее стен? Или теперь он должен веки вечные дневать и ночевать в Академии, жить, есть и спать только в компании стюардов? Это уже не имело значения. Вот бы просто забыть этот день, забыть все свои надежды и мечты – и исчезнуть из памяти людей, навсегда…

– Служитель Айнневог.

Аннев, ссутулившись, застыл на пороге. Древние Майкен, Денитал и Пеодар друг за другом вышли из комнаты, даже не удостоив мальчика взглядом. Древние Джерик и Дорстал, напротив, посмотрели на него слишком выразительно – и лучше бы они этого не делали. Аннев почувствовал себя полным ничтожеством.

Когда наконец они остались вдвоем, Тосан снова заговорил:

– Служитель Айнневог, жду вас в своем кабинете через тридцать минут.

«Это еще зачем? У меня ведь и отобрать-то больше нечего», – горько усмехнулся про себя Аннев.

– Да, старейший Тосан.

Древний окинул Аннева с ног до головы внимательным взглядом, потом закрыл глаза и потер виски.

– Но сначала идите к мастеру Сейджу, пусть даст вам что-нибудь поесть, а после попросите у управляющего Брайана сухую пару сапог.

Тосан вздохнул, как будто на плечах у него лежало какое-то тяжелое, невидимое глазу бремя.

– Раньше приходить не нужно, – добавил он. – Но и опоздания я не прощу.

И вышел из комнаты.

Глава 32

Аннев в одиночестве брел по длинным каменным коридорам. На кухне, по счастью, он уже не застал ни древнего Бенифью, ни Титуса. Управившись с порцией хлеба и супа, которую выделил ему упитанный стюард здорового питания, Аннев поспешил к мастеру Брайану.

Пока он ел и переобувался, в голове его крутилась одна и та же мысль: он вот-вот станет стюардом, и какую бы еще кару Тосан для него ни придумал, она будет совершенно ничтожна по сравнению с победным гоготом Фина и потерей Маюн… так с какой стати древний его вызвал? Ради подробного рассказа о его новых обязанностях? К этому Аннев был совершенно не готов. Ему требовалось время на то, чтобы предаться своей скорби, вспомнить каждый шаг и понять, где он совершил ошибку. Его переполняли злость и горечь разочарования, на душе было мерзко.

Ну почему, почему Тосан так цепляется за правила Академии? Он ведь запросто мог дать титул всем троим! Аннев был взбешен. Пусть только древний его заденет – уж он-то все ему выскажет!

Вот только… Тосан ведь его об этом предупреждал. Он весьма недвусмысленно приказал двигаться вперед и не отвлекаться на помощь другим. Но Аннев ослушался – и теперь приходилось признать, что злится он не только на Тосана, но и на себя самого: каким же надо быть глупцом, чтобы поверить, будто сможешь изменить решение старейшего из древних!