Министерство будущего - Робинсон Ким Стэнли - Страница 21

– Во время великой жары.

Вот оно что.

Взгляд мужчины застрял на чашке с чаем. Мэри поднесла ее к губам и отхлебнула. Глаза незнакомца так и не оторвались от точки на столе, где до этого стояла чашка. Его лицо покраснело, на глазах у Мэри кожа на щеках и лбу похитителя превратилась из бледно-белой в ярко-алую. На лбу и тыльной стороне напряженных рук выступили капельки пота. Мэри при виде этой метаморфозы почувствовала, как к горлу подкатывает новый ком.

– Извиняюсь, – сказала она. – Видимо, вам сильно досталось.

Мужчина кивнул. Вскочил на ноги, начал расхаживать по маленькой кухне, не поворачиваясь к хозяйке лицом. Ночь за окном была черна, огни на склоне Цюрихберга расплывались в темном тумане. Мужчина тяжело дышал, словно после быстрой пробежки или попытки подавить рыдания.

Мэри прислушалась к частому глубокому дыханию. А что, если он заряжается энергией, чтобы что-нибудь с ней сделать?

Через несколько минут он вновь уселся напротив.

– Да, досталось. Все умерли. Я тоже умер. Но меня вернули к жизни.

– Вы выздоровели?

– Нет! – гневно воскликнул он. – Какой там выздоровел!

– Я имела в виду в физическом плане.

– Нет! И физически тоже! Ни в каком плане! – Он затряс головой, словно пытаясь выбросить из нее мешающие мысли.

– Извиняюсь, – повторила Мэри. Отпила еще чаю. – Итак, вы хотели поговорить со мной. Об этом самом, я полагаю?

Мужчина покачал головой.

– Нет, не об этом. Это лишь начало. Возможно, оно вызвало желание поговорить с вами, но то, что я хотел сказать, совсем о другом. А сказать я вам хотел вот что. – Он заглянул Мэри в глаза. – Жара еще вернется.

Мэри чуть не поперхнулась.

– Почему вы так думаете?

– Потому что ничего не изменилось!

Незнакомец в возбуждении вскочил. Алое лицо приобрело багровый оттенок. Брови насуплены. Он наклонился над Мэри и низким, сдавленным голосом произнес:

– Зачем вы делаете вид, будто не понимаете?

– Я не делаю вид. Я действительно не понимаю.

Мужчина покачал головой, сверля ее взглядом.

– Именно поэтому я и пришел. Вы все прекрасно понимаете. А делаете вид, что это не так. Вы все притворяетесь. Вы стоите во главе Министерства будущего Объединенных Наций, а делаете вид, будто вам неизвестно, что нас ожидает.

– Этого никто не знает. – Мэри выдержала взгляд незнакомца. – И должна вас поправить: министерство было создано под эгидой Парижского соглашения. ООН напрямую не участвовала.

– Но Министерство будущего – это вы.

– Да, я его возглавляю.

Мужчина смерил ее долгим взглядом, сел на стул по другую сторону стола. Подался вперед.

– Тогда что вы и ваше министерство знаете о будущем?

– Мы способны лишь моделировать различные сценарии. Отслеживаем происходящее, составляем графики развития поддающихся измерению событий, из чего делаем выводы, останутся ли события прежними, будут нарастать или пойдут на убыль.

– Такие вещи, как температура или рождаемость?

– Да.

– То есть вы все знаете! Допускаете ли вы вообще такой сценарий, при котором новый период жары не убьет еще несколько миллионов человек?

– Да.

Вопрос смутил Мэри. Вероятность того, о чем говорил незнакомец, не давала ей спать по ночам. Благоприятные сценарии будущего без новых инцидентов с массовой гибелью людей были исключительной редкостью. Они требовали от народов действий, на которые те не хотели идти. Слова мужчины до боли напоминали ее собственные страхи – словно она нечаянно забрела наяву в один из ночных кошмаров и теперь не могла из него выбраться.

– Ха! – воскликнул похититель, прочитав мысли на ее лице.

Стараясь скрыть их, Мэри скорчила гримасу.

– Вы все понимаете. Будущее для вас не тайна. – Казалось, что его голос вот-вот надломится, он с трудом удерживался, чтобы не сорваться на крик. Мужчина закашлялся, затряс головой. – Но ничего не предпринимаете. Даже у себя на работе.

Мужчина снова вскочил, взял из сушилки для посуды стакан, налил воды из крана, выпил. Снова сел за стол, прихватив стакан с собой.

– Мы делаем все, что в наших силах, – возразила Мэри.

– Нет, не делаете. Вы не делаете всего, что в ваших силах, а того, что делаете, мало. – Он наклонился вперед, поймал ее взгляд. Голубые глаза с застывшим в них выражением му́ки чуть не выскакивали из потного, алеющего лица. – Признайтесь!

Мэри вздохнула. Попыталась подобрать слова для ответа. Взгляд незнакомца ее напугал. Уж не собирается ли он убить ее, чтобы место министра занял кто-нибудь порасторопнее? Такой ход мыслей не исключен. И обстановка подходящая. Похитил и привел в ее же квартиру. Когда такое случалось с другими женщинами, они нередко погибали.

Наконец с бьющимся сердцем Мэри пожала плечами.

– Мы пытаемся.

Они долго сидели и молча смотрели друг на друга. У Мэри возникло впечатление, что незнакомец дает ей время обдумать то, что она сказала, повариться в соку ощущения безнадежности.

Наконец он произнес:

– Ваши попытки не работают. Этого мало. Вы терпите неудачу. Вы и ваша организация не справляетесь со своей миссией, обрекая на смерть миллионы людей. Вы постоянно, каждый день их подводите. Обрекаете их на смерть.

– Мы делаем все возможное, исходя из наличных ресурсов, – вздохнула Мэри.

– Неправда.

Лицо незнакомца снова покраснело, он вскочил с места. Тяжело дыша, забегал по кухне, как пойманное животное. «Сейчас все и произойдет», – подумала Мэри. Ее сердце тоже неистово колотилось.

Мужчина остановился перед ней. Опять навис сверху. Заговорил низким сдавленным голосом, как будто другие интонации были ему неподвластны:

– Поэтому я и пришел. Вам пора перестать думать, будто вы делаете все возможное. Потому что это неправда. Вы могли бы делать намного больше.

– Например?

Мужчина пронзил ее взглядом, сел напротив, закрыл лицо руками. Наконец, отняв руки, откинулся на спинку стула. Посмотрел Мэри прямо в глаза. Только сейчас она разглядела в нем реальную личность. Попавшего в тяжелое положение молодого человека. Нездорового и напуганного.

– Я вернулся в Индию. Попытался примкнуть к группе, о которой мне говорили, – «Дети Кали». Вы о ней слышали?

– Да, но это группа террористов.

Мужчина покачал головой, не отрывая от Мэри взгляда.

– Нет. Кончайте мыслить вашими устаревшими буржуазными категориями. Ставки слишком высоки, чтобы прятаться за прежними ценностями. Идет уничтожение планеты – людей, животных, всего на свете. Мы живем в период массового вымирания, и есть люди, которые пытаются что-то с этим делать. Вы называете их террористами, а на самом деле террористы – это те, на кого вы работаете. Неужели не понимаете?

– Я стараюсь избегать насилия. Такова моя работа.

– Не вы ли говорили, что ваша работа – предотвращать массовую гибель?!

– Когда я так говорила?

– Ну, не знаю. А что тогда вы говорили? И что говорите сейчас? Не надо до меня докапываться, я нашел вас не для того, чтобы отвечать на придирки! Вы убиваете планету и еще хотите, чтобы я запоминал слова, которыми вы прикрываете свою задницу? Говорите напрямую! В чем задача Министерства гребаного будущего?

Мэри нервно сглотнула слюну. Отхлебнула чаю. Чай остыл. Она попыталась сосредоточиться на ответе. Имеет ли смысл вступать в дебаты со взбалмошным молодым человеком, который все больше и больше распаляется? А разве у нее есть выбор?

– Министерство было создано после парижской встречи 2024 года. Участники сочли целесообразным создание агентства, которое представляло бы интересы будущих поколений. А также представляло бы интересы тех субъектов, которые не могут постоять сами за себя, вроде животного мира или речных бассейнов.

Молодой человек пренебрежительно махнул рукой. Это шаблонное определение он уже слышал.

– И что? Как вы защитите их интересы?

– У нас есть отделы, которые занимаются различными аспектами проблемы – правовыми, финансовыми, физическими и так далее. Мы устанавливаем приоритеты, согласно которым распределяем выделенный нам бюджет, и делаем то, что в наших силах.