Мертвые канарейки не поют - Леонтьев Антон Валерьевич - Страница 56

Он произнес что-то по-китайски, и Рита заинтересованно посмотрела на Еросяна:

– Вы говорите по-китайски?

– Не без этого, – ответил тот, отодвигая один из стульев за столиком. – Ведь повар по-русски не говорит. Прошу!

Еросян ел палочками, она сама – традиционно: при помощи ножа и вилки. До этого Рита еще не ела ничего азиатского, и то, что ей довелось попробовать в тот вечер, было экзотично.

И необычайно вкусно.

Еросян наполнил бокалы из высокой бутылки и пояснил, поймав недоуменный взгляд девушки:

– Всего лишь минеральная вода. Я ведь, знаете ли, не пью, врачи после инфаркта запретили…

Лев Георгиевич ей тоже предлагал тогда воды… Рита отогнала эту мысль. Нет, Еросян явно не Барковский.

Или же…

В конце концов, они были не одни, а с китайским поваром, пусть и не говорившим по-русски.

Рита с трудом сдержалась, чтобы не спросить, когда у Еросяна был инфаркт, ведь выглядел он вполне подтянуто, спортивно и моложаво.

– За вас! – произнес Еросян, поднимая бокал. – За мою лучшую инвестицию!

Девушка отпила глоток – в самом деле вода. Она посмотрела на панораму ночной столицы, открывающуюся перед ней. Интересно, для чего Еросян пригласил ее к себе на столь необычный ужин?

Тот же сказал:

– Знаете, я ведь переживал за вас. В особенности когда у меня появился Олег с материалом об отравлении писателя. Однако я решил не вмешиваться…

Рита, снова отпив воды из бокала, сказала:

– Вы мне это тогда дали понять более чем ясно.

И, заметив смущение на лице обычно невозмутимого Еросяна, добавила:

– За что вам отдельное спасибо. Потому что только так я вышла на истинную убийцу.

Еросян усмехнулся и сказал:

– Да, ваше первое расследование сенсационно. А вот второе, то самое, материал по которому вы мне послали…

Он посмотрел на нее, и у Риты сжалось сердце. Выходит, она просчиталась, выходит, она ошиблась, выходит, она попала впросак…

– Это еще круче, чем первое! – заявил он с улыбкой. – И как только вы вышли на эту тему? Ведь вроде бы валялась под ногами, а вы смогли представить известные факты в совершенно ином свете!

Рита пожала плечами:

– Мне там бросилось в глаза, что депутат, ведя речь о своей якобы покончившей самоубийством жене, выдал вдруг то, чего он вообще-то знать не может. Та же ошибка, которую допустила и дочь писателя. Вот, смотрите…

Следующие минут сорок они вели речь о новом деле, и, когда Рита завершила повествование, Еросян, откинувшись на спинку стула, заявил:

– Получается, что тип, на которого вы вышли, убил не меньше четырех женщин?

– Думаю, гораздо больше. Надо пробить подобные смерти в то время, когда он жил у себя в Сибири, а потом учился в Карелии. Уверена, что шлейф смертей тянется за ним и там.

Еросян, сверкнув глазами, вдруг сказал:

– Знаете, я решил реформировать отдел расследований. Предлагаю вам возглавить его!

Рита осторожно поставила пустой бокал на столик, взглянула в простиравшуюся за панорамным окном ночь, освещенную мириадами огней, и заметила:

– Думаю, нынешнее руководство вполне на своем месте…

Еросян нахмурился.

– А я вот другого мнения. Я не сомневаюсь, что сделал правильный выбор, поставив на вас. Поэтому с нового года именно вы займете это кресло.

Рита закрыла глаза и, через мгновение распахнув их, поднялась.

Она примет предложение, а потом последует новое – посетить его загородный дом.

– Весьма польщена, однако вы делаете ошибку, меняя руководство отдела и предлагая место начальника мне. У меня нет ни опыта, ни квалификации!

– У вас есть нюх! И это главное! – заявил Еросян. – И куда это вы?

Рита, приветливо кивнув китайскому повару и поблагодарив его, ответила:

– Вот поэтому я и предпочту оставаться на том месте, которое занимаю сейчас. Иначе я потеряю возможность вести расследования, а мне это нравится!

И уже в дверях сказала:

– Предложите это место Олегу, он так его жаждет. Ну, или Марине. Она тоже уверена, что рождена для того, чтобы возглавить отдел… Извините, но мне пора. Да и у вас наверняка полно других дел…

Еросян вышел вслед за ней в коридор и заявил:

– Не нужны мне Олег и Марина. Если бы я видел в них потенциал, давно бы предложил им это место. Но его у них нет. Он есть только у вас!

Рита, уже находящаяся в лифте, вежливо ответила:

– Как и тогда, мое решение окончательное и обсуждению не подлежит. И, в отличие от прошлого раза, я его уже не поменяю. Спасибо вам за чудесный ужин. Мне пора домой. Вам, думаю, тоже…

И девушка покосилась на руку Еросяну, которой тот удерживал дверцы лифта.

– А теперь будьте любезны отпустить дверцы, чтобы они смогли закрыться.

Еросян, вместо того, чтобы отойти, вдруг зашел в кабину. Дверцы за его спиной сомкнулись. Рита быстро нажала кнопку нижнего этажа. Всего несколько секунд, и она окажется на свободе…

Она что, боится его?

– Скажите, так почему вы упорно не хотите принимать мое предложение? – спросил ее Еросян. – Вы же знаете, как и я, что если кто и сможет возглавить отдел, так это вы…

– У меня нет ни опыта, ни образования, ни апломба… – начала девушка, и Еросян рассмеялся:

– Появятся! Опыт придет сам собой, образование всегда можно получить заочно, а апломб… У вас есть нюх, и это гораздо важнее!

Двери лифта распахнулись, однако Рита отчего-то медлила выходить.

– Значит, у вас имеется иная причина… – произнес Еросян. – Интересно, какая же?

Рита, посмотрев на него, сказала:

– Не хочу, чтобы все шептались о том, что это место я получила…

Она запнулась и сказала то, что давно занимало ее:

– …будучи вашей любовницей!

Еросян воззрился на нее и ответил:

– Но ведь вы не моя любовница!

Рита сказала:

– Но другие-то этого не знают. А оправдываться мне противно, да и все равно никто не верит…

Она вышла наконец из лифта, и внезапно Еросян дотронулся до ее локтя. Странно, но его прикосновения она не испугалось – наоборот, ей было приятно.

– Какая вам разница, что говорят другие? Мы-то знаем, что это не так!

Повернувшись, Рита ответила:

– Но работе это все равно мешать будет. Мне пора. Еще раз спасибо. Кстати, не могли бы вы убрать руку…

Она покосилась на ладонь Еросяна, которой тот все еще удерживал ее локоть.

Сверкнув темными глазами, шеф убрал ее. Рита развернулась, направилась к двери через большой пустынный холл, и Еросян сказал ей в спину:

– Понимаю ваши аргументы. И принимаю их. Ну хорошо, моей любовницей вы быть не желаете. А как вы отнесетесь к тому, чтобы стать моей женой?

Рита, думая, что ослышалась, медленно повернулась и уставилась на Еросяна, стоящего в закрывающихся дверях лифта.

– Что?!

Еросян вышел вслед за ней в холл, и двери лифта наконец сомкнулись.

– То, что вы мне нужны, я понял сразу. Но не только как инвестиция, не только как работник моего отдела расследований. А как…

Он смутился и вдруг залился краской -Рита даже не подозревала, что этот человек может краснеть!

Оказалось, может.

– Я в вас влюбился с первого взгляда! Еще тогда, помните, во время собрания в конференц-зале этой провинциальной газетки. Откуда вы убежали…

Рита снова бросилась бежать. Покинув высотку, она устремилась к метро. Прочь отсюда, как можно быстрее прочь. Она не намерена, она не хочет, она не может…

Слезы катились по ее лицу, и Рита вдруг подумала: а что, если она скрывает от себя, что тоже испытывает чувства по отношению… По отношению к шефу?

– Рита! – Услышав крик, девушка бросилась через дорогу, невзирая на красный. Раздался отчаянный визг тормозов, кто-то вскрикнул.

Рита, обернувшись, увидела лежащего на асфальте Еросяна. Она сломя голову бросилась обратно.