Мертвые канарейки не поют - Леонтьев Антон Валерьевич - Страница 45

– Санатория? – переспросил профессор, и Рита пояснила:

– Ну да, такого, знаете, специализированного. Для людей, страдающих психическими расстройствами или даже…

Она замолчала, а профессор, склонив голову и поглаживая бороду, выжидающе смотрел на нее.

– Или даже не страдающими, но от которых хотят избавиться богатые родственники. Такие санатории ведь существуют?

Профессор, усмехнувшись, ответил:

– Теперь, в эпоху частной медицины, увы, да. Неофициально, конечно, но за деньги некоторые из моих коллег продаются с потрохами.

Рита подумала, что, если бы с мамой не произошло несчастье, если бы она не оказалась в этом реабилитационном центре, то не смогла бы переговорить, по крайней мере, так откровенно, с экспертом, который, как ей внезапно стало ясно, сделался ее информатором.

Не исключено, сам об этом не подозревая.

– И какие санатории имеются? – спросила Рита, и профессор уставился на нее.

– Разные. Есть вроде приличные, но с отделением именно для таких пациентов. Есть и работающие только в этой области. А вы кого-то ищете?

Рита поняла, что без его помощи ей не обойтись.

– А не могли бы вы узнать, где именно находится одна пациентка? – спросила она.

Профессор, нахмурившись, сказал:

– А кого вы ищете?

– Человека, которому нужна помощь! – ответила Рита, ничуть не сомневаясь, что ее тезке в самом деле необходимо помочь.

– А имя у этого человека есть? – усмехнулся медик, и Рита ответила:

– Маргарита Анатольевна Булатная, двадцать или двадцать один год.

Профессор, записав данные, сказал, что перезвонит ей, когда что-то узнает.

На следующий день Рита занималась сбором информации, а также ее систематизацией. Коллеги, казалось, потеряли к ней всяческий интерес, впрочем, она к ним тоже.

Что же, ей требовались данные, а их она могла получить только из первых рук. Поэтому во второй половине она отправилась в шикарную новую элитную башню на проспекте Вернадского, где в огромной двухуровневой квартире проживала вдова писателя Анатолия Булатного.

Рита изменила внешность, оделась несколько вызывающе, нанесла на лицо побольше косметики. И представилась на пункте охраны личной ассистенткой ведущего «Народного ток-шоу», показав наспех сделанную и распечатанную на рабочем принтере визитку.

Как она и ожидала, после согласования с вдовицей ее пропустили, и Рита на лифте взмыла вверх.

В огромном холле ее встретила насупленная горничная, а по витой лестнице, шелестя траурными черными шелками, спустилась вдова писателя, такая хрупкая, такая невинная – и такая двуличная.

– Ах, вы от Димочки?

– Да, он сказал, что рейтинги вашего интервью небывалые, было бы хорошо сделать новый формат, и послал меня к вам, чтобы уточнить детали… – уверенно заявила Рита.

– И не позвонил и даже СМС не прислал? – надула губы вдовица, и Рита быстро вставила:

– Он хотел к вам сегодня вечером или завтра утром заехать. Понимаете, у него сегодня эфир с этой старой ведьмой, она его до белого каления доводит, так что даже с вами сам связаться не смог…

Она назвала имя известной еще с советских времен певицы, которая вышла замуж в шестой раз – за однокурсника ее старшего внука.

Лицо вдовицы расслабилось, она указала гостье на дверь в гостиную рукой, на которой сверкнул массивный бриллиант.

Видимо, ее покойный муж неплохо зарабатывал на своих ретродетективных опусах, возникал резонный вопрос: зачем тогда она его отравила?

– Да, да, проходите! Пить что-то хотите? Чай, кофе, сок?

И ледяным тоном обратилась к горничной:

– Принеси капучино для нашей гостьи.

Гостиная была обставлена весьма стильно, на стене висели два портрета – аскетичного пожилого мужчины с седой эспаньолкой (это был покойный детективщик Булатный) и самой вдовицы в розовом атласе и крупных жемчугах.

– Значит, рейтинги небывалые? – спросила вдовица крайне довольным тоном. – Что же, тупые людишки, обожающие книги моего покойного супруга, такое тоже любят…

Появилась горничная с подносом, и Регина Булатная начала визгливо ее отчитывать:

– Ты же знаешь, что я вечером кофе не пью, а притащила! Я пью чай! Чай – знаешь такое слово? Ну, живо приготовила! И вообще, почему не принесла кексики? Я же велела принести кексики! Ну, давай, дура!

Кексики она горничную принести точно не просила, но, видимо, Регине доставляло удовольствие третировать прислугу. Рита убедилась: эта эфемерная интеллигентная мамзель была подлинной фурией.

Горничная, ничего не возразив, исчезла, а вдовица, подав Рите чашку с капучино, вздохнула:

– Если бы вы знали, какая проблема найти хорошую прислугу! Какое счастье, что эта дорабатывает тут последние дни – я дала ей расчет.

Раздался звонок стилизованного под старинный телефона, Регина, взяв трубку, быстро произнесла:

– Да, да, сейчас переключу на кабинет…

И, чарующе улыбнувшись Рите, сказала:

– Вы пока тут располагайтесь, а мне надо обсудить очень быстро кое-что с издателем покойного супруга…

Она упорхнула, а Рита задалась вопросом, отчего вдовица не поговорила в ее присутствии (возможно, речь шла о конфиденциальных денежных вопросах) или не попросила издателя перезвонить позднее.

Поэтому, прокравшись в коридор, Рита подошла к двери кабинета, которая была прикрыта, но не закрыта, и услышала мурлыкающий голос вдовицы:

– Да, да, мой зайка, все на мази. Тут какая-то фефелка от Димочки приперлась, рейтинги обалденные. Хотят еще один эфир. А я хочу тебя, прямо сейчас! Может, мне приехать к тебе в офис, и мы займемся любовью прямо у тебя на столе, как в прошлый раз?

Ага, у Регины имелся некто, кого она именовала мой зайка! А что, если она не врала и действительно говорила сейчас с издателем покойного мужа? Тогда выходило, что Регина состоит с ним в любовной связи.

А это могло быть веской причиной укокошить собственного мужа-писателя, невзирая на то, что тем самым Регина лишала себя гонораров от новых книг супруга.

Потому что так она, вероятно, получила солидное наследство, а в противном случае Булатный мог бы развестись с ней, и ей бы мало что досталось.

– Могу ли я предложить вам кексики?

Рита, подпрыгнув от ужаса, обернулась и увидела насупленную горничную, в самом деле державшую в руке плетеную корзиночку с кексиками.

– Да, да, спасибо, – пробормотала Рита, пытаясь понять, дошел ли до горничной тот факт, что она застукала гостью за подслушиванием телефонного разговора хозяйки.

Впрочем, горничная ничего не сказала, и Рита быстро произнесла:

– Не могла бы я воспользоваться вашей ванной комнатой?

Горничная проводила ее в небольшую ванную комнату, явно для гостей, и Рита, открутив кран, распахнула настенный ящичек.

Стопка ароматных чистых полотенец для рук, больше ничего. А чего она, собственно, ожидала? Думала найти пузырек с этикеткой, на которой изображены череп и кости или надпись печатными буквами «Дельфинин» и химическая формула этого яда в придачу?

C33H45NO9

Да, было бы неплохо найти такое, но если Регина сумела отравить своего супруга-писателя, то знала, как избавляться от улик.

Даром, что ли, была замужем за детективщиком.

Рита вернулась в гостиную, куда скоро вплыла Регина. Девушка поддакивала, направляя разговор в нужное русло, и Регина изложила ей примерно то же самое, что до этого сообщила в интервью.

Наконец, Рита рискнула и произнесла:

– Будет лучше, если вы во втором эфире не будете ходить вокруг да около и скажете… Прямо скажете, что смерть вашего супруга была убийством. И назовете имя убийцы! Это будет подлинная сенсация!

Увидев адские огоньки в изумрудных глазах Регины, девушка услышала ответ:

– Но ведь мой дорогой Толя умер от ужасного несчастного случая…

Рита спросила: