Империя 2 (СИ) - Аксёнов Жан - Страница 22

Артём, бледный и пошатывающийся, залез на заднее сиденье. Катя протянула ему фляжку.

— Ну и пойло! — поморщился он, сделав глоток. — На вкус, как ослиная моча.

— Неча пробовать всякую гадость, — я забрал у него фляжку и глотнул сам. — Но я с тобой соглашусь.

— Какие вы эксперты! — усмехнулась княжна, когда очередь дошла до неё. — Фу, ну и мерзость!

Мы тронулись с места.

— Катя, может, у тебя получится дозвониться? — спросил я.

Она достала свой телефон.

— Нет связи. Совсем, — покачала она головой.

— Видимо, вышка сгорела… Едем! Где-нибудь связь да будет!

Я дал газу, и обгорелый, но ещё пока живой пикап, оставляя за собой шлейф пара, покатил по дороге.

Глава 9

Наши не придут

Двигатель кашлял. Не ровно работал, а именно кашлял — хрипло, с перебоями, будто старик с больными лёгкими. Я прислушивался к каждому звуку, анализировал каждый стук, каждое изменение тона. Пока держится. Но надолго ли?

Дорога тянулась серой лентой сквозь дымную мглу. Пустая. Даже птиц не было слышно. Я машинально сканировал обочины, горизонт, зеркала заднего вида. Привычка. Или паранойя. Сейчас уже было без разницы.

Впереди показался медленно ползущий бензовоз. Он занимал почти всю полосу, и обогнать его на узкой дороге было проблематично. Я пристроился за ним, не решаясь идти на обгон на машине с непонятно как работающим движком. Мы тащились за ним с минуту, и это начало действовать на нервы.

— Почему ты не обгоняешь? — не выдержала Катя.

— Так сплошная же, — машинально ответил я.

Она посмотрела на меня как на идиота.

— И что? Машин же нет!

Я на секунду завис, а потом до меня дошло. Дорога во встречном направлении ведь совершенно пустая! Там дальше блокпосты! Выругавшись про себя, я выжал газ, и пикап, взревев, пошел на обгон.

Катя меж тем в который раз попыталась дозвониться хоть до кого-нибудь, но всё без толку.

— Связи вообще нет, — покачала она головой.

Я кивнул, не отрывая взгляда от дороги. Где-то там, за этой серой пеленой, была усадьба. Мама, Лера, деревня. Пятьсот человек.

Не думать об этом. Сейчас не время.

Дальше мы ехали в почти полной тишине, нарушаемой лишь надсадным хрипом умирающего двигателя. Я вёл машину, Катя сидела рядом, Артём — сзади. Каждый из нас по очереди пытался поймать сеть, но экраны телефонов упрямо показывали одно и то же: «Нет сигнала». Эта тишина давила, заставляя снова и снова прокручивать в голове ад, из которого мы только что выбрались.

— Блин, я думал, что сварюсь заживо… — голос Артёма с заднего сиденья прозвучал неожиданно громко, будто он говорил сам с собой. — Я же увлажнял тент изнутри, и этот пар… он шёл не только наружу. Внутри вообще была сауна. Думал, задохнусь там!

Я молча слушал, не поворачивая головы, отмечая знакомые ориентиры на дороге. До поворота на наши земли ещё километров двадцать. А потом…

Не думать.

— А воды-то у меня было всего две канистры, — продолжал Артём, его голос становился всё более воодушевленным, словно он заново переживал этот момент пусть и ужаса, но и своего триумфа. — И она закончилась очень быстро! Пришлось, как ты говорил, творить её магией. Прямо из воздуха! Я даже не думал, что смогу так! Прямо как настоящий маг воды!

Он замолчал на секунду, и даже без взгляда в зеркало я почувствовал, как изменился его тон.

— Правда, силы тоже быстро кончились, — признался он уже тише. — Даже не помню, как мы доехали. Очнулся уже, когда вы мне эту ослиную мочу в рот влили.

Я хмыкнул. Хорошо, что может шутить. Значит, в порядке.

— Я тоже думала, что всё, — так же тихо, словно подхватывая его исповедь, подала голос Катя. — Этот огонь… он был повсюду, — её голос слегка дрогнул. — В какой-то момент у меня почти закончились силы, и я подумала: «Вот так вот и умру. Наверное медаль дадут, посмертно… отцу пришлют».

Она замолчала. Я чувствовал её взгляд, но продолжал смотреть вперёд. На горизонте что-то темнело. Может, деревья. А может, дым.

— А потом, — Катя говорила задумчиво, осторожно, — ты положил мне руку на плечо, и стало… легче. Спокойнее как-то.

Ага, на плечо. Не на плечо, а на шею, контакт кожа-к-коже. Чёрт. Поняла, значит.

— Просто воодушевилась, наверное, — пожал я плечами, не поворачиваясь.

— Ага, — в её голосе прозвучала лёгкая улыбка. — Наверное.

Точно поняла. Но не давит, не выпытывает. Хорошая девочка.

Двигатель снова кашлянул, и я невольно сжал руль. Руки дрожали. Усталость. Или нервы. И рулевое… Неважно.

— Связь где-нибудь да появится, — пробормотал я, больше для себя.

— Конечно, появится, — поддержала Катя. — Да и эвакуацию наверняка уже ведут.

— Да, конечно…

Не думать. Ехать. Проверять обстановку. Действовать по ситуации.

Дорога сделала плавный поворот, и я машинально сбросил скорость. В горле стоял ком, во рту — привкус дыма и гари. Хотелось пить. И спать. Как же хотелось просто лечь и заснуть. Проснуться, и чтобы всё это оказалось кошмаром.

Но вместо этого я вёл по пустой дороге покорёженную машину, везя измотанных людей навстречу неизвестности.

— Скоро ЛЭП, — зачем-то сказал я вслух. — Майор говорил, там должны быть пожарные.

— Ага, — кивнула Катя.

Артём что-то пробормотал в ответ, но я уже не слушал. Впереди, сквозь дымную мглу, проступали очертания той самой ЛЭП.

ㅤ

У обочины и правда, как и обещал майор, стояла легковая машина, окрашенная в характерную для пожарных раскраску — красная с белыми полосами. А рядом с ней — двое мужчин в спецовке. Один курил, прислонившись к капоту, второй как раз достал с пояса рацию, чтобы с кем-то связаться.

Раз у просеки есть пожарные, значит, есть и шанс. Если где-то и можно остановить огонь, то только здесь.

Я заглушил двигатель и вышел из пикапа. Мужчины даже не обернулись.

— Первый, я третий, — голос у того, что с рацией, был зло-усталый. — На лэпке — гиблое дело. Просека засрана порубочным хворостом под завязку, плотняком. Для отжига непригодна, это верная могила. Если чиркнем — сами тут и ляжем.

Рация зашипела, затрещала.

— Понял тебя, — донёсся искажённый помехами голос. — Что ж теперь… Вспышку просрали, верховой в сторону города х*ярит. Потерянных подтверждают. Все силы на трассу. Подтягивайся. Как понял?

Я замер. Получается, и ЛЭП не поможет? Страх, который всё это время был лишь фоновым шумом, на мгновение накатил с огромной силой, а затем так же резко отступил.

— Понял, выдвигаемся.

Пожарный убрал рацию, сплюнул в сторону и только тогда обратил внимание на меня.

— Я граф Каменский! — подскочил я к нему. — У меня там семья, деревня! Пятьсот человек! Я не могу дозвониться, предупредить!

Мужик посмотрел на меня, как на умалишённого.

— Где деревня-то? В этом лесу? — он махнул рукой на север. — Там же заповедник демонов!

— Деревня Радость! — воскликнул я. — Там пятьсот человек! Я приказал готовиться к эвакуации, когда уезжал, но своего транспорта почти нет!

Пожарный выглядел шокированно. Он снова схватился за рацию.

— Первый, тут такое дело, — проговорил он в эфир. — Деревню Радость забыли, как раз между лэпкой и городом. Рядом граф Каменский стоит, говорит, там люди… Пятьсот человек!

Рация зашипела. Потом из неё раздался тот жёсткий голос:

— Граф?.. Значит так, граф! Настоящим официально уведомляю вас о необходимости проведения эвакуации на ваших землях! Ответственность за жителей несёте лично!

У меня на секунду пропал дар речи. Мы значит там… а здесь какой-то хер с горы… и даже делать ничего не надо, можно всё на меня свалить? Но… да я бы и так, но у меня там…

Мысли вереницей промчались в голове.

— Выделите хоть транспорт! — зло крикнул я, выхватывая у пожарного рацию.

— Транспорт выделить не могу, все силы на город! — голос из динамика был безжалостным. — Держитесь, граф. И удачи. Я проверю, был ли отправлен к вам кто-нибудь для объявления эвакуации… Если нет, то отправим, конечно, но вообще это ваша обязанность!