На все руки доктор (СИ) - Марей Соня - Страница 92

— Почему?

Мне показалось, что он недоволен моей недогадливостью. И тут я вроде все поняла… И почувствовала, что краснею.

Бог мой, я думала, что забыла, как это делается!

— Сегодня я говорила с вашей матушкой о том, как наш род может вернуть прежнее влияние, — во мне снова проснулось рациональное мышление.

Надо успеть сказать Леррану хотя бы что-то из важного, а не пускать мыльные пузыри на его мундир. Это наш второй танец, а после нам придется разойтись. И не факт, что потом мы успеем поговорить. Мне еще пациента долечивать, а ему — делать свои герцогские дела.

— У меня есть предложение. Возьмите меня к себе на службу штатным целителем, — и, чувствуя, как напрягается все его тело, добавила: — Я знаю, как вы относитесь к женщинам на границе. Но я хочу, чтобы мои знания принесли пользу. Да и не прошу брать меня навсегда. А, скажем, на несколько месяцев.

— Хороших людей я забираю навсегда. Хорошие люди на вес золота.

Его слова повисли в воздухе, тяжелые и многозначительные. Что он имеет в виду? Просто фигура речи или скрытый смысл?

От Леррана пахло кедром, лесом, затерянным в дальней дали костром. Его жесты были такими уверенными, почти собственническими, когда он вновь притянул меня к себе. Я попыталась отстраниться, но это было всё равно что пытаться сдвинуть скалу — бесполезно и утомительно.

— Расслабьтесь, нейра Олетта, вы слишком напряжены. В зеркале, да и в купели вы были самой собой. Просто представьте, что сейчас мы находимся не в банке со змеями, где каждый шаг может обернуться провалом. А, к примеру… в горах рода Готар.

Сказано это было с такими коварными интонациями, что мне захотелось как следует треснуть его светлость, чтобы на его голову сошло самое настоящее просветление, а глаза зажглись двумя фонариками.

Но разве я, доктор, смогла бы ударить человека?

Конечно, смогла бы. И не раз. Но вокруг, к сожалению, полно народу. Как я ни старалась, злиться по-настоящему на него не могла. Хотя стоило бы!

— Нельзя напоминать женщине о таком.

— Мне можно.

— Это еще почему?

— Потому что я герцог Моро, — он ловко повернул меня вокруг своей оси и поймал в объятия.

— Ваша светлость, ваши манеры оставляют желать лучшего. Видимо, вы слишком много времени провели вдали от цивилизации и одичали.

— Именно так, — легко согласился он. — Так и происходит, когда ты долгое время общаешься лишь с диковатыми боевыми магами, горными козлами и Карлисом Болвейном. Кстати, он сказал, что вы — нечто особенное, нейра Олетта.

На имя Болвана мой организм отозвался зубной болью. Ладно, в конце концов, несмотря на скверный характер, он оказался не таким уж плохим.

— Графу Болвейну удалось завершить расследование?

— Это не так быстро, как вам кажется. Все следы ведут к нашим соседям по ту сторону гор, но рано или поздно мы заставим их заплатить за все, — рука на моей талии снова напряглась, его светлость не так уж и хорошо справляется с эмоциями.

— И пока они не заплатили, вы… — я пристально посмотрела Рану в лицо, — так и будете подвергать свою жизнь опасности и тратить молодость на сражения и битвы?

Мои слова позабавили Леррана. Он глухо рассмеялся и возразил:

— Для меня это такой же смысл жизни, как для вас — целительство. Каждый выбирает свой путь, и далеко не всегда он идет по прямой.

— Но вы ушли от ответа, просто отшутившись, ваша светлость. Я просила вас взять меня на службу, чтобы наш род мог восстановить свой авторитет и доказать полезность. Моя дорога тоже отнюдь не прямая колея.

— Я не шутил, — Ран мотнул головой. — Хорошие люди действительно на вес золота, а вы — редкий самородок. Вот только я не могу взять вас к себе на службу, не могу рисковать вами. Хотя это и очень заманчиво. — Он вновь наклонился ко мне, опасаясь чужих ушей. — Вы видели проклятие некроманта, вросшее в мой источник? Вы исцелили меня намеренно или это вышло случайно?

От удивления у меня даже челюсть отвисла. Несколько секунд я раздумывала над ответом, но Ран продолжил:

— Я не знаю полной истории вашего рода. Еще меньше я знаю вас, нейра Олетта. Мне нужно время, чтобы с этим разобраться. Но уверен в одном: разрушить проклятие некроманта может только очень, очень необычный маг. Маг, о чьей силе даже не догадываются, — он сделал паузу, словно взвешивая следующие слова: — Знай граф Савад о том, какая сила в вас скрыта, побоялся бы распускать руки. Есть вещи, о которых вы умалчиваете, нейра Олетта.

В мозгу пульсировала мысль: Ран догадывается, что я тоже могу быть некроманткой? Одной из тех, кого уже давно уничтожают на землях Рэнвилля? Наградила же меня Олетта наследством! Но как мне удалось исцелить Рана, если я даже не знала о проклятии? Как это произошло и когда?

— Почему вы молчите? Вы боитесь? — тихо спросил герцог. — Боитесь рассказать мне правду?

Что ему ответить? Отрицать все или соглашаться?

Молчание затягивалось, становясь почти осязаемым. Подушечки его пальцев кружили по моей пояснице, словно решая, где остановиться.

— Я не знаю, как объяснить то, что произошло. Моя сила не всегда подчиняется мне. Иногда она проявляется сама, когда того требует ситуация.

И не отрицать, и не открывать всей истины — по-моему, сейчас это самый оптимальный вариант. Тем более, я сама до конца не понимаю, как работает моя магия.

Мы так увлеклись, что не заметили одну важную вещь: музыка давно уже сменилась, а это значит…

Батюшки! Я танцую с одним и тем же партнером уже третий танец подряд! А может, и четвертый. Теперь высокородные кумушки точно устроят мне темную, а Кокордия осуждающе покачает головой и скажет: «Я же тебя предупреждала».

Если бы на месте Леррана был кто-то другой, я бы мигом прописала себе отрезвляющую пилюлю. Но, один раз мелькнув, мысль о нарушении правил хорошего тона погасла. Эти условности теперь показались неважными.

Я позволила себе забыть о правилах и страхах. Позволила себе раствориться в этом моменте, в аромате кедра и леса, который окутывал нас невидимым плащом.

Потому что иногда нужно просто довериться судьбе и дать событиям идти своим чередом. Даже если это противоречит всем правилам. Волшебное зеркало однажды показало мне именно этого человека — а это что-то да значит.

— Вы и сами до конца не знаете истории своей семьи, нейра Олетта, — догадался Ран. — И того, что лежит в основе вашей неизведанной силы.

— Верно, но я найду информацию.

Найду дневники и книги дедули Блавара. Куда бы их ни спрятали.

— Ваше лицо просто светится решимостью, нейра Олетта. Что вы задумали?

— Я думаю об оттачивании своих целительских навыков. И о том, что меня ждет мой пациент. Да-да, сегодня я оказала первую помощь разносчику, упавшему с лестницы и получившему травмы. Еще я беседовала с вашей матушкой.

— И как вам моя матушка? — поинтересовался он. — Слухи о ее тяжелом характере подтвердились?

— Не смею сказать о нейре Церинции ничего дурного. На ее хрупкие плечи лег груз ответственности за герцогство в ваше отсутствие. Необходимо лавировать между баронами и графами, а ведь каждый из них пытается продвинуть свои интересы. Конфликты неизбежны, и я восхищаюсь стойкостью герцогини Церинции.

— А у вас с соседями тоже не все гладко?

Ну что за привычка у мужчин хватать и тискать? Я же не подушка. Вот и Ран чуть что — сжимает то мои пальцы, то талию. Потом после него и семейства Савадов синяки придется сводить.

Я вздохнула.

— Имущественные и территориальные споры. Но это так скучно, а у вас есть дела поважнее.

Кажется, его светлость не понял иронии. Нахмурившись, произнес:

— Это пошло еще со времен вашего отца. Но я сам не углублялся в проблему, все доверил помощникам. То, что видел сегодня — это результат ваших споров? Граф Савад решил применить физическую силу?

— Конфликты между родами — обычное дело. Кто-то считает нас неблагонадежными соседями, вот и все. Хотя Готары всегда следуют букве закона.