Мастер меча (СИ) - Романов Макс - Страница 8

«Узнаю у Никитина дядьки, если тот примет, мужик взрослый должен знать, а у мальчугана и не спросишь, он явно еще не играл на деньги…»

Так они и добрались до ворот, думая каждый о своем.

«Вот ничего в этом мире не меняется, и здесь без пересадки не обходится, а ведь не метро», — улыбнулся про себя Илья.

Утро было еще довольно раннее, поэтому перед воротами стояли повозки с товаром. Трое путешественников вышли из города и пошли вдоль этого «ржущего» и гадящего на дорогу ряда.

Проходя мимо одной телеги, Илья заметил, что на ней продовольствие и ему в голову пришла блестящая идея купить сразу харчи для дядьки. Он подошел поближе и спросил:

— Чем торговать едете, может чего купим у вас?

— Везу муку, крупу, овощи, мясо, что изволит купец? — ответил ему шустрый мужичок.

— За сколько продашь?

— А что изволите?

— Да все что на телеге, вместе с телегой и лошадью.

От такого оптового предложения мужичонка опешил.

— Ну…ну…ну…, — заклинило его от неожиданности.

— Ну говори цену за товар. Потом пойдешь и купишь себе и коня, и новую телегу, — подтолкнул его Илья к диалогу, чтобы долго не тормозил.

Мужик очухался, и они стали торговаться. Чтобы сильно его не нагрели, Илья консультировался с Никитой, который все же разбирался в ценах. Минут через пятнадцать, заплатив мужичку чуть дороже, они уже разворачивали телегу от города.

Взяв первый раз в руки поводья, Илья хлестнул ими лошадь и прокричал:

— А ну пошла, местный аналог метрополитена, — благо его никто не поймет, даже лошадь, кроме фразы «ну пошла…».

Управлять телегой оказало не так сложно, как думал Илья на первый взгляд. Тянешь легонько вправо или лево, кляча туда и бредет, главное объезжать большие канавы и лужи.

Чтобы не скучать, Илья исполнил своим друзьям песенку из «Бременских музыкантов», заново осознав и сам ее смысл. В общем поездка была довольна веселая. Правда через несколько километров желудок Ильи стал протестовать, непривычный к такой тряске, и он отдал управление Никите, с чем тот легко справлялся.

— А что сказать дядьке, когда он спросит кто ты? — задал он вполне уместный вопрос, так как деревня уже виднелась.

— Ну скажи, что я иноземец, приехал учиться кузнечному делу. А ты нанялся ко мне слугой и проводником, и привез к нему, сказав, что он лучший кузнец. И платить ему я буду очень хорошо.

Никите очень понравилась эта идея, он будет в лице дяди героем. Всю остальную дорогу он светился, как начищенный самовар.

Деревня, куда они въехали, была достаточно большая, но явно бедная. По улице бегали грязные дети в обносках с заплатками, тут же в грязи валялись свиньи. Для Ильи это было жутковато.

— А почему здесь все такие бедные, земли вокруг много. Вон скотина. Не продают чтоль на базаре ничего?

— А чего им продавать, все забирают за подати. Они подневольные.

— Крепостные чтоль? — вспомнил Илья курс истории.

— Подневольные, — повторил Никита.

Понимая, что это примерно одно и тоже Илья насупился. Миры разные, а история почти одинаковая. Что-то правда от него ускользало, он никак не мог вспомнить и решив не ломать голову, отложил на потом.

Никита остановил телегу и спрыгнул перед большими воротами. Дерево было старое, с большими трещинами. Метал был проржавевший. Но эти еще были намного лучше, чем у других, через которые они проезжали. Никита постучал. Открылась калитка и из нее вышел крепкий бородатый мужик. Он посмотрел на них.

— Чего изволите знатные отроки? — глубоким басом спросил он.

— Дядька Кузьма, ты не узнал меня? Это я, Никита.

Мужик окинул его взглядом, хмурые складки на лице немного расправились.

— Никита и впрямь. А мы думали ты сгинул. А кто это с тобой? — поднял он голову, указывая на Илью.

— Это иноземец, приехал учится кузнечному делу, я привез его к тебе. Служу я у него.

Илья слез с телеги и подошел к ним.

— Это все вам, вместе с лошадью и телегой. Меня зовут Илья.

Грозный с виду мужик упал перед ним на колени, отчего Илья просто опешил.

«Мда…впечатлили дядьку. Ну ладно, оно того стоит», — подумал он про себя, одновременно поднимая Кузьму на ноги, с помощью Никиты.

— Никита сказал, что мы можем у вас в кузне пожить. Будем помогать и учится. Согласны? — сходу брал быка за рога Илья, чтобы сразу расставить все точки.

— Живите сколько хотите. Благодетели. — Илье даже показалось что у Кузьму намокли глаза.

— Глашка, — крикнул он в калитку, — поди сюда.

На улицу выбежала женщина, видно Никитина тетка, которая так же таращилась, пока ей все не объяснили.

Что тут началось. Слезы, причитания. Больше всего конечно досталось Никите, которого затискали, потом Илье, которому били поклоны и пытались облобызать руки, ну а Черныш просто отбежал в сторону и мудро, как всегда, стал выжидать.

Пока тетка убежала на кузню, приготовить комнатку, где они будут жить, Кузьма показал Илье все хозяйство, познакомил с детьми, ну с теми, кто уже умел говорить.

До обеда Илья уже успел утомиться от сельской жизни, но другого выхода пока не было. Хрюшки-свинушки, явно были не для него. Он ждал следующего дня, чтобы хоть как-то отвлечься работой в кузне.

Комнату, которую им выделили, была больше похожа на сборочный цех, а может им и был. Это была пристройка к самой кузне. В принципе жить можно, жаль, что кроватей не было. В деревнях спали на широких лавках, это вам не пять звезд и даже не три, это эконом класс. Илья ворочался всю ночь, с одного бока на другой, завидуя своим товарищам, сопящим не далеко.

Из рассветной дремы его вывели шаги и стуки Кузьмы, который уже пришел на работу. Илья встал, вышел на улицу. Было прохладно, но очень хорошо. Он потянулся, умылся водой из кадки и зашел в кузню. Кузьму колдовал над горном.

— Помочь? Скажи, что нужно делать? Я хочу научится.

— Ну тогда научись сначала раздувать горн.

Казалось бы что такого, включил газ, чиркнул зажигалкой, но в средние века это было настоящее искусство. Кузьма вымел все старое, аккуратно уложил деревянные щепки. Высекал искры, ударяя кремнем о кресало, пока не загорелся трут и аккуратно зажег маленький костерок. Подкладывая более толстые деревянные дрова, он разжег хорошее пламя, но это только начало, нужно разжечь каменный уголь. Когда образовались угли, он начал подкладывать небольшие кусочки по кругу, потом закрывал места, где большое пламя, а другой рукой раздувал все это дело мехами. Ювелирная работа, однако. Когда образовался равномерный слой уже из каменного угля, он стал раздувать на нем более большие куски. И наконец горн был готов принимать металл. Всего-то прошло около часа.

— Завтра сам попробуешь, теперь бери молоток.

Как ни странно, из Кузьмы был хороший учитель, все коротко и доступно. Илья увлекся работой, забыв обо всем на свете. Он видел только раскаленный металл и слышал звуки ударов. Да, это самая настоящая магия.

— Аккуратней бей. Вот так! — поправлял его учитель.

К концу первого рабочего дня Илья «на стукался» так, что еле добрался до своей лавки. Ему уже не было, ни жестко, ни тесно, он просто лег и уснул глубоким сном.

На следующее утро Илья еле встал, все тело ныло. Но это не помешало ему снова пойти в кузню.

Кузьма встретил его с улыбкой, видно понимая состояние Ильи.

— Готов работать?

— Готов, — проскрипел зубами Илья.

— Ну тогда раздувай горн.

Не с первой попытки, но ему все же удалось кое-как раскочегарить эту печку, правда времени ушло больше.

День повторился, как и первый, Кузьма с Ильей ковали какие-то заготовки, а Никита бегал за водой, готовил им еду, ну и мешался под ногами иногда, как и Черныш.

Прошло еще несколько дней, прежде чем Илья втянулся в работу и стал более умело управляться с молотом.