Мастер меча (СИ) - Романов Макс - Страница 17

Улицы, сменялись одна за другой, петляли. Этот город почти ничем не отличался от Староярска.

«Дома такие же, а власть другая. Здесь хоть меня не ищут», — думал Илья, глазея по сторонам.

Они наконец-то доехали до дома и остановились. Дом был большой, по виду добротный, а вот огород какой-то запущенный. Все заросло травой.

Алевтина как-то быстро спрыгнула с телеги и кинулась к калитке, открыла и забежала внутрь.

Почувствовав неладное, Илья спешился и взял коня под уздцы. Весеня и малышня тоже слезли с телеги, ничего не понимая.

— Никого нет. Дом пустой. И вещей нет, — по бабьи заголосила Алевтина.

На ее громкие причитания и плач вышли соседи.

— Алевтина, это ты? — к ней бросилась какая-то женщина и обняла, прижимая к себе.

Это была ее подруга, жила через пару домов. Она все и рассказала.

Как раз пару лет назад в городе была эпидемия. Людей выкашивало через дом, если не каждый дом. Вот ее родня всем домом и умерла от этой болячки. И могил не осталось, заразных всех вывозили и сжигали за городом.

— Как же так? — в голос ревела мать четверых детей. — За что мне такое? Из одной беды в другую.

Дети, обняв мать плакали вместе с ней, а Илья стоял как вкопанный и смотрел, словно остолбенев. Конь мотнул головой, дергая поводья и как бы намекая хозяину, что пора бы чего-то и предпринять.

«И что я стою? Вон конь и тот умней меня», — подумал Илья, подошел к несчастной матери и положил руку на плечо, соболезнуя ее горю.

— Поехали со мной, к моему другу. Он здесь человек влиятельный, что-нибудь подскажет.

— Почто мы тебе Илья, такая обуза?

— Мне не в тягость, пристрою вас. А здесь жить пока нельзя.

— Усадите мать в повозку. А ты Захар езжай за мной.

Рыдающую Алевтину кое как усадили на повозку и поехали от ее отчего дома.

Две процессии встретились буквально на дороге. С одной стороны Илья, впереди на коне, с другой Бажен впереди на коне и со свитой.

Они узнали друг друга, спешились и кинулись обниматься. Бывшего доходягу было и не узнать. Отъелся, окреп.

— Доехал Илья. Жив здоров! А кто это с тобой?

— Принимай гостей Бажен, в дороге обзавелся семейством.

Он вкратце рассказал историю Алевтины, не вдаваясь пока в другие подробности.

— Нужно бы пристроить их, помоги с домом, деньги есть!

— Какие деньги Илья. Ну зови всех в дом, там и поговорим.

Бажен устроил им баньку и настоящую пирушку. Жил он в настоящих хоромах. Ну что заказать, из княжеского роду.

— О разбойниках слышали, да найти не могли, даже леса прочесывали. А они вон где обосновались. Разберемся, — пообещал товарищ, когда Илья рассказал, что приключилось по дороге, — а себя не вини, спас семью.

— Так куда их пристроить Бажен, не на улице же им селиться? — решил выбить Илья домик из города.

Его товарищ как-то хитро улыбался, глазки бегали, что-то он хотел сказать ему и не решался.

— Ну давай уж говори, не томи. По глазам вижу что-то задумал, — подтолкнул его Илья.

— Понимаешь, дома сначала служивым людям строят, а потом уже всем остальным.

— Так не дашь дом? — вспылил Илья и встал из-за стола.

— Погоди, выслушай, — он рукой усадил его обратно на лавку.

— Иди ко мне в дружину. Мне такие как ты смышленые и ловкие ужас как нужны. Не хватает грамотных и толковых людей. Понимаешь? Тебе сразу дом выделим большой. Вон стоит, через пару домов от моего. Так Алевтину с семьей там и поселишь.

Это было предложение, от которого нельзя было отказаться. Илья, конечно, отказаться мог. Даже уехать мог. А вот куда ехать горем убитой семье?

— Ну пойдем посмотрим дом.

— Ох и купеческий ты сын Илья, но орел, — похлопал его по плечу Бажен вставая.

Илья понял, что в переводе на современный язык его назвали меркантильным.

«Пускай знают наших, это не лаптем щи хлебать. Мы себе цену знаем», — посмеялся он про себя.

— Ну пойдем мать дом смотреть, — сказал он Алевтине, которая сидела с детьми ожидая, когда мужчины поговорят.

Дом и вправду был хороший, большой, с конюшней. Земли вокруг было много. Тут и на огород, и на скотину места много.

Алевтина подошла к нему и дернула за рукав.

— Илья, ты хорошо подумал? В дружине служить ох как трудно и опасно.

Да он все уже и сам подумал. Деваться ему было некуда. В Староярск ему дорога заказана. Домой вернутся он не может. Оставалась еще попытка проверить годовой портал, но до этого оставался еще почти год. Скоро осень и зима, а тут вроде и Бажен, княжеского роду в товарищах.

— Все я обдумал, идите в дом обустраивайтесь, а там глядишь все и наладится. А ну малышня, — гаркнул он, — осваивайте хозяйство.

К нему подошла Весеня.

— Спасибо тебе. Мы отслужим.

— Ты это брось! За матерью следи. Худой ей сейчас на душе.

Он вернулся к своему другу, посмотрел ему в глаза и сказал:

— Дай мне три дня Бажен, Никиту привезу и на службу.

— А, нашего спасителя. Езжай, кони у тебя есть. Да, с тобой отряд поедет в десять человек, до «Мозгухи» их проводи, до самого старосты.

На том и порешили.

Всадники двигались намного быстрей чем повозка. Выехав с утра, к вечеру они уже были в разбойничьей деревеньке. Илья сменил лошадей и двинулся дальше, а что там происходило со старостой, его сейчас особо не интересовало. Но он точно получит свое.

Илья проскакал до деревни кузнеца, обогнув Староярск, но все равно приехал в темноте.

— А мы тебя еще позавчера ждали, думали опять чего стряслось, приветствовал его Кузьма, когда он тихонько зашел во двор и постучался в окно.

— В этот раз обошлось. Я за Никитой приехал.

Он рассказал ему о своих дорожных приключениях и поблагодарил за то, что тот всучил ему оружие.

— Смутные времена наступают Илья, — сказал кузнец, — Уже поползли слухи, что и до нас могут дойти вороги. Твои беглецы от войны не первые были.

— А где малой-то, спит?

— Так на кузне тебя ждет, никуда не уходит. Я уж его звал в дом, не идет.

— Мы завтра с утра в город заедем, а потом в Серольск, долго теперь не свидимся. Прощай Кузьма.

— Прощай, спасибо тебе за все. Ты добрый человек. Позаботься о Никитке.

Мужчины обнялись, и Илья отправился на кузню.

Чтобы не будить мальчугана он прочти на цыпочках прокрался в постройку. Черныш встрепенулся было, но узнав второго хозяина опустил голову на пол и опять задремал.

Спать под крышей было хорошо и уютно. Устав за последние дни, Илья глубоко провалился в сон.

Ему снилась Весеня — они бегали по поляне, держась за руки и смеялись. Все было так хорошо и приятно. Зеленая трава щекотала босые ноги. Солнце над головой светило и грело. Она накрыла голову капюшоном и побежала вперед. Илья весело побежал за ней. Догнал, развернул к себе и снял капюшон. Перед ним стояла смерть. Его охватил ужас…

— Илья, — громко закричала она, — ты вернулся за мной!?

От испуга он вскочил с лавки, как ошпаренный, приходя в себя. Перед ним стоял Никита.

— Фух ты черт, присниться же такое. Ты чего людей пугаешь сорванец, — поднял он его на руки улыбаясь.

— Иди собирай наши пожитки, уезжаем в другой город. Но сначала заедем в Староярск. Ты принес мою бороду от бабы Тани?

Пока Никита метался по кузне, собирая ихнее барахлишко, Илье пришлось опять нацепить ненавистную бороду.

— Вот дядька передал.

Илья обернулся. Никита держал в руках две кольчуги, как видно, ему и мальчугану на память.

Ах… дядька, вот спасибо ему, — сказал он.

Они проскакали мимо деревни, чтобы не привлекать к себе внимание деревенских жителей.

Когда в современном мире появились камеры — основная часть населения превратилась в рабов, за которыми следили круглосуточно и записывали видео. Здесь все еще была свобода от тотального контроля. Нацепи бороду и тебя никто не узнает.