Меченый. Том 3. Жребий брошен (СИ) - Савинков Андрей Николаевич - Страница 32

А тут ещё саудовцы отмочили номер, от которого, вероятно, многие в Вашингтоне буквально начали жрать собственные шляпы. Желая поквитаться с Саддамом, части армии Саудовской Аравии атаковали Эль-Кувейт вдоль побережья и в той самой первой попытке штурма предприняли самое деятельное участие. Получили по сопатке, но при этом умудрились захватить два десятка пленных, которых потом для поднятия духа собственных граждан и устрашения противника под запись камеры рассадили на колья. В том, что жители Аравийского полуострова — известные затейники, никто в общем-то не сомневался, но одно дело знать это теоретически, другое — видеть результат такого средневекового подхода к мести непосредственно на своём телевизоре.

Естесвенно такая недвусмысленная демонстрация своих намерений в стиле «иракцы ответят за все» мгновенно подняла боевой дух защитников Эль-Кувейта на небывалую ранее высоту. Всем в Ираке стало понятно, что приемлемых аутов у них нет, кое-кто поумнее начал потихоньку мастырить лыжи в сторону Сирийской границы — и дальше видимо в СССР, поскольку сомнений в злопамятности Эр-Рияда в общем-то не было, как и в способности сауддитов найти кровника в самой дальней ухоронке по всей планете — ну а рядовому пехотному Махмуду с калашом в руках ничего не оставалось иного кроме как подороже продать свою жизнь. Уж лучше сдохнуть в бою, чем висеть три дня на проткнувшей твои кишки через анус деревяхе.

В итоге город фактически остался в блокаде, а американская армия — янки явно надеялись все же получить портовые мощности небольшого государства для облегчения собственной военной логистики, — просто двинула дальше к Басре, в предместья которой и вышла 28 мая. Здесь кувейтских заложников не было, но вот во всем остальном данный орешек так же не сулил атакующим ничего хорошего…

Что касается нашего семейного вечера, то закончился он в итоге смазано. Затевать открытую ссору дочь видимо посчитала неконструктивным, да и по мне было видно, что от разлуки с женой я не страдаю. Ни телесно, ни морально.

Пообщался немного с внучкой, да и засобирались «мои» женщины домой. Засобирались, но обещали вернуться для дальнейшего прояснения позиций, стало понятно, что штурм с шашкой наголо не удался, и теперь Ирина готова переходить к осаде по всем правилам военно-семейной науки.

Ну а я что? Только посмеялся такой наивности внутри себя.

Глава 9  

Футбол

15 июня 1986 года; Леон-де-лос-Альдама, Мексика

ТРУД: В СССР впервые завезена моринга — африканская «чудо-трава»

По решению партии и правительства в рамках развития сотрудничества с дружественными странами Африки в Советский Союз впервые импортирована уникальная культура — моринга. Это растение, издавна используемое народами Эфиопии в пищу и как лекарственное средство, теперь появится и на столах советских граждан.

Научные исследования подтверждают исключительную ценность моринги. В ее листьях содержится в 7 раз больше витамина С, чем в апельсинах, в 4 раза больше кальция, чем в молоке, и в 3 раза больше калия, чем в бананах. Кроме того, растение богато железом, белком и антиоксидантами.

В пищу морингу можно употреблять разными способами. Свежие молодые листья добавляют в салаты — они имеют приятный пряный вкус, напоминающий кресс-салат. Высушенные и измельченные листья заваривают как чай или используют в качестве приправы к супам и соусам. В виде порошка морингу удобно добавлять в каши и другие блюда.

На родине, в Эфиопии, морингу традиционно сочетают с овощными рагу, мясными супами, кукурузной кашей и рисом. Она хорошо гармонирует с лимоном, чесноком и растительным маслом. Однако не рекомендуется употреблять ее вместе со слишком сладкими или молочными продуктами.

Вкус моринги можно охарактеризовать как свежий, слегка пряный, с легкой горчинкой, напоминающий смесь шпината и зеленого перца.

Пока этот полезный продукт появился в специализированных овощных отделах крупных городов, но в ближайшее время, благодаря плановому развитию экономики, станет доступен более широкому кругу потребителей.

Завоз моринги — наглядный пример того, как партия и правительство, расширяя международное сотрудничество, заботятся о здоровье и благополучии советских граждан, обогащая наш рацион новыми полезными продуктами.

Я сидел в «Вип-ложе» стадиона «Леон» в городе Леон-де-лос-Альдама — до этого дня даже не подозревал о наличии такого города в Мексике — и смотрел, как наши мучали мяч в игре с Бельгией. На табло горел счет 2:2, основное время неуклонно приближалось к своему завершению, и, кажется, уже обе команды мысленно согласились отложить окончательное выявление победителя на пятнадцатиминутные экстратаймы. Сложно их в этом винить: матч начался в 4 часа пополудни, жаркое мексиканское солнце пригревало открытый стадион более чем немилосердно, так еще и располагался он на высоте 1800 метров над уровнем моря. Побегай в таких условиях 90 минут — вообще ничего уже не захочешь.

Забавно, как эта популярная, но не шибко интеллектуальная игра навела меня на философские мысли о природе времени. Вот сколько всего поменялось в СССР и в мире по сравнению с эталонной реальностью за прошедший год? Много чего, так сходу и не перечислишь. Казалось бы, изменения, как круги на воде, должны расходиться в стороны, затрагивая самые отдаленные сферы жизни и меняя все, до чего вообще можно дотянуться. Но нет. Вот футбол, например. Не лез я в это дело никак — ну разве что по мелочи, увеличив ассигнования на спортивную медицину и подписав расширение квоты для валютных закупок всякого медицинского оборудования — и история тут фактически никак не поменялась. Во всяком случае, в тех местах, которые я мог отследить. «Динамо» точно так же, как в моей истории, выиграло Кубок Кубков, на внутренней арене киевляне тоже подтвердили чемпионство, да и игры чемпионата мира складывались поразительным образом точно так же.

Такая стабильность навевала нехорошие мысли об «упругости истории» и желании реальности при первой же возможности свернуть на проторенную уже один раз дорожку. От таких мыслей становилось как-то муторно на душе, ведь это означало, что и все мои изменения тоже на длинной дистанции вполне могут оказаться несущественными. Не взорвался Чернобыль в 1986 году — взорвется в 1996. Не развалится СССР в 1991 году — развалится в 2011. Потом пройдет еще 50 лет, и окажется, что разница между двумя реальностями минимальная. Ну просто потому что логику развития цивилизации никто не отменял. Думать об этом объективно не хотелось, но мысли раз за разом сами сворачивали в неприятную сторону, мешая получать удовольствие от праздника спорта.

— Михаил Сергеевич? — Меня аккуратно вывел из задумчивости сидящий справа и сзади охранник. — Вы просили напомнить, когда останется пять минут до конца основного времени.

— Да, Володя, спасибо. Ты узнал, куда идти?

— Так точно. Узнал, пойдемте.

Мы встали и не слишком торопясь отправились в недра стадиона, туда, где находились раздевалки команд.

Объективно повлиять на ход футбольного матча я никак не мог. Ну не устраивать же охоту на бельгийцев, в самом деле. Оставалось только одно доступное мне средство — мотивация. Именно им я и собрался воспользоваться на всю катушку.

Запах. Запах раздевалки ни с чем не спутаешь. Выглядели внутренности стадиона «Леон», конечно, не шибко презентабельно. Видно было, что под чемпионат мира тут сделали косметический ремонт, но и только. Впрочем, в СССР да и по всему миру пока было то же самое. До той эпохи, когда все везде блестит и мигает подсветкой, мир пока не дорос. С другой стороны, обычная «лампа Ильича» с освещением справляется ничуть не хуже.