Вендетта. Повенчанные кровью - Орлова Екатерина Марковна - Страница 8

– Но это же будет только после свадьбы, – улыбаюсь нервно.

Тимур, который до этого не смотрел на меня, снова сталкивается со мной взглядом. Прошивает им до самых косточек, и я начинаю дрожать.

– Ты разве не слышала мою клятву? – спрашивает, приподняв вопросительно бровь. – С этого дня моя кровь – это твоя кровь. Каждая. Гребаная. Капля, – медленно произносит последние слова, и мне кажется, будто я на мгновение слепну и глохну.

Глава 9

Ариадна

После его слов весь остальной мир как будто перестает существовать. И я. От меня словно остается только пустая оболочка. И лишь внутри что-то дребезжит. Болезненно ноет, напоминая, что я все еще жива.

– Я на минутку, – произношу внезапно севшим голосом и скрываюсь в толпе.

Тороплюсь к дому. Хочу подняться в отведенную мне комнату и выдохнуть хотя бы на пару минут, чтобы не сойти с ума от волнения.

Что значат его слова? По поводу крови. Это он так завуалированно дал понять, что приступит к исполнению супружеских обязанностей еще до заключения брака? Или это намек на то, что он имеет право меня убить, и ему ничего за это не будет?

Господи, как же все сложно!

Я успеваю дойти только до лестницы, как меня перехватывает Миша.

– Ты куда?

– Наверх. Мне надо отдохнуть.

– Ты встревожена. Он обидел тебя?

Я вижу, как в его глазах вспыхивает нездоровый азарт и жажда крови. Брат меняется буквально за секунду. Мне даже кажется, что по его телу проходит волна дрожи, отдавая в мою руку, за которую он меня держит.

– Н-нет, просто…

– Прикасался к тебе? – цедит Миша. – Трогал за интимные места?

– Миша, что это за вопросы такие? – спрашиваю, нахмурившись.

– Я просто не хочу, чтобы он тебя трогал.

– Теперь он мой жених. Ты сам понимаешь, что он будет это делать. А после свадьбы я и вовсе буду принадлежать ему.

– Не будет свадьбы, – шипит Миша. – Я не допущу.

– Чего ты не допустишь? – слышу голос отца, и мы с братом резко разворачиваемся.

Папа стоит в паре шагов от нас и сверлит нас тяжелым, мрачным взглядом.

– Мы просто разговаривали, – натягиваю на лицо улыбку.

Она так плохо держится, что каждую минуту приходится насильно возвращать ее на лицо.

– Ариадна, планы меняются, – говорит папа. – Совет постановил, что вы должны пожениться через неделю.

– Что? – произношу еле слышно. В груди все сжимается, и я остро ощущаю нехватку кислорода. – Но был договор, что у меня полгода на подготовку.

Сильнее впиваюсь пальцами в балюстраду. Чувствую, как слабеют ноги и кружится голова.

– Ваши с Тимуром мамы сказали, что и за неделю справятся. Так что не переживай.

– Папа, пожалуйста, – прошу его дрожащим голосом, хватая отца за руку. Смотрю на него сквозь стоящие в глазах слезы, но выражение его лица не меняется. Взгляд остается холодным, непроницаемым. – Прошу тебя, дай мне немного времени.

– На что? – хмыкает папа и бросает взгляд на Мишу. – На то, чтобы брат убедил тебя, будто этот брак не нужен семье? Неделя, Ариадна. Три дня из которой ты проведешь на частном острове Тимура. И вылетаете вы немедленно, так что поторопись.

Он разворачивается и уходит, а я чувствую, как меня медленно охватывает паника. Она забирается под кожу ледяными щупальцами, хватает за горло и давит, давит, давит.

Миша встает за моей спиной и кладет прохладные ладони на мои голые плечи. Я вся трясусь. Меня морозит, и мне так чертовски страшно, что я готова на что угодно, только бы никуда не лететь с Тимуром.

Не сейчас, черт побери! Я еще не готова!

– Я говорю тебе, Ари, наш отец сошел с ума, – тихо произносит Миша. – Только посмотри на него. Приносит тебя в жертву. Получается, тебя растили как ягненка на заклание. Чтобы позже отдать в руки самому большому из ублюдков. А он… он не преминет воспользоваться тобой. Будет трахать тебя. Касаться твоего обнаженного тела, думая, что ты принадлежишь ему. Хотя на самом деле ты моя, Ари.

– Что? – переспрашиваю, потому что не слышала и половины из того, что он сказал. Папины слова оглушили меня.

– Я спасу тебя, малышка, – обещает брат. – Слышала меня? Спасу. Ты, главное, не дай ему к себе прикоснуться. Не отдавай ему свое тело, поняла?

– Да, – шепчу пересохшими губами.

– Не позволяй касаться, – повторяет Миша, как заведенный. – Все остальное оставь мне. Завтра я заберу тебя оттуда. Обещаю. Если подведу, можешь перерезать мне глотку, я даже сопротивляться не стану. Ари, только не позволяй ему трогать тебя, иначе все будет напрасно. Хорошо, моя маленькая?

– Да, – отвечаю на автомате.

Миша отпускает меня ровно в тот момент, как к нам приближается один из папиных безопасников.

– Ариадна, вас ждет вертолет.

– Мне нужно собраться.

– Не нужно, – вклинивается Тимур и подходит к нам. – На острове есть все необходимое.

– Но моя одежда…

– Там она тебе не понадобится, – отвечает он и бросает надменный взгляд на Мишу.

Слышу, как из груди брата поднимается рычание, но он его сдерживает. Я опять ощущаю эту вибрацию в его теле, даже несмотря на то, что он ко мне не прикасается.

Сглатываю и разворачиваюсь, чтобы последовать за своим женихом, но нас останавливают слова моего брата:

– Ты не можешь прикасаться к ней до свадьбы.

Тимур полностью разворачивается к Мише, и на его лице появляется хищная улыбка.

– Потому что ты сам не можешь этого сделать? – спрашивает он, а я хмурюсь еще сильнее. О чем они говорят, черт подери?! Он мой брат! – А я могу, Минотавр. Могу, – спокойно повторяет он. – Потому что с сегодняшнего дня Ариадна принадлежит мне.

– Нет! – восклицает Миша. – Она никогда не будет тебе принадлежать!

Я вижу, как он весь вибрирует от ярости.

Знаю, что это за состояние. Вот-вот Миша впадет в состояние аффекта, а это может привести к войне. Большой. В которой выживет только кто-то один. И, боюсь, это будет не мой брат. Потому что люди в таком состоянии себя не контролируют. А, значит, непременно будут совершать ошибки.

– Ариадна, – спокойно называет мое имя Тимур и идет на выход из дома.

Он даже не оборачивается, уверенный в том, что я последую за ним без лишних разговоров.

– Держи, – Миша всовывает что-то маленькое мне в руку. – Это чип. Положи куда угодно, только чтобы он был с тобой. На нем кнопка. Включи ее, когда я позвоню тебе, она перебьет радиосигнал, и наш разговор не смогут прослушать. Будь умной девочкой, не дай ему себя трахнуть. Иначе ты все испортишь, Ари.

– Что именно я могу испортить?

– Тебе пора. Иди.

Миша целует меня в лоб и, развернувшись, быстро взбегает по ступенькам, а я бросаю взгляд на выход из дома. Тимур уже проходит через распахнутые двойные двери, и мне приходится следовать за ним.

По дороге я быстро засовываю плоский чип между чехлом телефона и самим гаджетом. Ускоряю шаг, чтобы отправиться на остров Тимура.

В самое сердце ада. Туда, откуда – уверена – я не вернусь прежней.

Глава 10

Ариадна

До острова Тимура мы добираемся на небольшом частном вертолете. Управляет им сам Варламов. В кабине нет никого, кроме нас, но мы молчим. Мне даже кажется, в наушниках я слышу размеренное дыхание Тимура, но у меня нет желания ничего говорить.

Он позволил мне взять с собой только телефон. Все мои вещи остались у родителей и часть – в доме Миши.

Почему-то меня не заботит отсутствие одежды, в которую можно будет переодеться.

Гораздо больше меня беспокоят слова брата и его странное поведение. Как будто его легкое сумасшествие, которое я всегда считала простой особенностью характера, вдруг начало стремительно прогрессировать. Что-то подсказывает мне, что до добра нас это не доведет.

Тимур сажает вертолет на просторную площадку, покрытую идеально подстриженным газоном. Но перед этим я успеваю рассмотреть остров. Он довольно большой. Может, даже больше Лабиринта Миши.