Невеста короля кошмаров - Лайм Сильвия - Страница 12

Обычно для создания самого простого артефакта требовалось три ингредиента. Кровь создателя, смесь специальных трав и то, что называлось душой человека. И за что светлые алхимики и вели на мастеров кровавую охоту. По факту же это была некая сила, которую можно было высосать из мастера с помощью специального устройства, именуемого кристаллом душ. Лира понятия не имела, откуда взялись эти кристаллы, напоминающие шарики из хрусталя. Но у ее отца было два таких: один отобрали алхимики во время опалы, а второй остался у нее.

Кристалл активировался прикосновением к человеческой коже. Он начинал сиять и высасывать что-то, меняя свой цвет на оттенки сиреневого. Отец говорил, что, если слишком долго не разрывать контакт с шаром, человек умирал, а камень становился сиренево-черным.

Затем при создании артефакта кристалл душ отдавал накопленную «душу» или ее часть, в результате чего получался магический предмет.

Впрочем, над этим всем следовало поразмышлять чуть позже, потому что вокруг становилось все мрачнее и любопытнее.

Лира двинулась вперед, с опаской разглядывая обелиски и снова поплотнее кутаясь в плащ. Теперь она уже не думала о том, что это была накидка грязного нищего. Чем дальше она шла среди клубов магии, тем сильнее ей казалось, что это мать защищает ее своей чудесной вышивкой.

Вокруг стояла гнетущая тишина, птицы не пели, ветер не колыхал траву и пушистый терновник, росший тут и там между обелисками. Изредка он цеплялся за Лирин плащ, и тогда она аккуратно отделяла ткань от острых шипов.

На когда-то белых камнях, теперь потемневших от времени, виднелись довольно четкие надписи с именами светлых алхимиков. Ни одного имени фейри она не обнаружила, все больше укореняясь во мнении, что никаких могил фейри тут никогда и не было. А вся колдовская сила, разлитая вокруг, – возможно, следы смертоносных артефактов, закопанных вместе с погибшими.

Однако чем глубже она шла по территории кладбища к самому некрополю – невысокому, почти полностью разрушенному зданию из черного камня, – тем страшнее становилось вокруг.

Тишина уже не была просто гнетущей. Она становилась звенящей. Если рябины еще росли на окраине могильников, то здесь остались лишь кусты терновника и сгнившие остовы каких-то неизвестных деревьев, что толстыми корнями-змеями ныряли в землю и выныривали обратно, оставляя ямы и овраги. Обелиски с именами алхимиков тут были покорежены, наклонены, а некоторые и вовсе обрушены на землю этими корнями, что казались живыми. Хотя сами деревья, которым они принадлежали, явно были давно мертвы.

Туман магии стал гуще, и внезапно в нем проявились красные тонкие линии, словно прожилки с кровью.

Лира выдохнула, задержала дыхание, быстро доставая из кармана платок, пропитывая его настойкой скорпионьего ифрита, бутылочку которого она всегда носила с собой, и приложила к носу.

Это пойло с высоким содержанием спирта и травяных выжимок неплохо глушило «осколочную магию» – то, что обычно остается после разрушения заклятий. Это была не просто фонирующая сила, которую излучали магические предметы, а именно сломанная, разрушенная волшба. Обычно встретить ее было редкостью, такие осколки быстро истаивали, не оставляя после себя ровным счетом ничего.

Однако, если не повезет вдохнуть такое месиво из прожилок, оно легко могло свести человека с ума, лишить памяти или вовсе превратить легкие в кашу. В зависимости от количества вдыхаемых испарений.

И что примечательно – ведь и эта субстанция простым людям была совершенно не видна. Теперь Лира вполне поверила в россказни о таинственных болезнях, одолевающих случайных посетителей этого кладбища.

Ведь спастись от такой магии было почти невозможно. Разве что каким-то образом растворить осколочный субстрат. И в ее случае именно с этим и должен был справиться скорпионий ифрит.

– Но откуда здесь столько осколочной магии? – прошептала Лира, едва дыша, стараясь делать только короткие вдохи. Все это выглядело максимально странно. – Ведь такого просто не бывает…

Повернуть назад хотелось все сильнее, особенно когда ноги ступили на разрушенные черные ступени некрополя.

Подняв глаза, Лира сдержала возглас то ли восхищения, то ли ужаса. Перед ней было здание, от которого мало что осталось. Все верхние этажи были уничтожены, но сохранился нижний. Подземный. Ступени вели вниз, к провалу, который когда-то был закрыт мощной металлической дверью, но теперь та валялась рядом, засыпанная камнями и сухими ветками.

Однако, несмотря на запустение, это место все равно каким-то образом вызвало внутренний трепет. В нем будто скрывалась, прячась от чужих глаз, странная мощь. Казалось, от некрополя веет чем-то, что можно потрогать, но что невозможно увидеть.

Лира даже протянула руку. Ей чудилось, будто кончики пальцев касаются чего-то объемного… Будто воздух тут стал гуще и теперь щекотал ее кожу.

Нищего нигде не было видно.

– Эй! Есть тут кто-нибудь?! – крикнула она, не имея ни малейшего желания идти внутрь почти полностью развалившегося здания.

В конце концов, встречу ей назначили возле храма Кошмаров, а не внутри него. Но где же тогда тот, кто должен был наконец все ей рассказать?..

На окрик никто не отозвался.

И осколки магии, как назло, никак не пропадали, делая нахождение здесь весьма опасным. Лира сильнее прижала к носу мокрый платок, все равно чувствуя, как больно становится дышать. Словно кто-то резал ее легкие изнутри.

Надо было уходить.

Но как уйти ни с чем?.. После всех надежд и ожиданий?

Лира сделала еще один шаг по ступенькам вниз, решив, что хотя бы просто заглянет в черноту некрополя. Ей же вовсе не обязательно лезть внутрь и ждать, что какой-нибудь очередной выкрошившийся из кладки камень упадет и разобьет ей голову. Нет, она просто заглянет…

Вот только едва ноги коснулись последней ступени, а сама она смогла разглядеть часть внутреннего помещения, как из горла вырвался крик, а смоченная в скорпионьем ифрите ткань едва не выпала из рук.

Глава 6. Зал Тринадцати зеркал

В полуразрушенном грязном зале, залитом тьмой, лежал труп. Лира узнала его сразу: серая одежда, забывшая свой истинный цвет, морщинистые руки, скрюченные в последней судороге, клочки волос на лысеющей голове.

Это был он, бездомный, с которым она должна была встретиться. Мужчина, чьего имени она даже не успела узнать. И человек, который, вполне возможно, единственный во всем мире мог рассказать ей о том, что такое Эребор. И как туда попасть.

Глаза старика были широко раскрыты, но белки выжжены дотла, словно кто-то приложил их кислотой или огнем. На шее – синие следы и почерневшая кожа, которая пузырилась, как расплавленный воск.

Все еще пузырилась…

– Как же так, – вырвался сдавленный звук из горла Лиры, когда она схватилась за то, что раньше было металлическими дверными петлями.

Грохот моторов заставил её вздрогнуть. Она резко обернулась и приподнялась на мысочках, чтобы увидеть, что происходит. Место, где она стояла, было ниже уровня земли, и ей почти ничего не удавалось разглядеть.

Однако она прекрасно различила звук, который ни с чем перепутать было невозможно. Тончайший, приглушенный расстоянием, но все еще ясный.

Звон проклятого золотого колокольчика.

Где-то поблизости были алхимики.

Лира нырнула ниже по ступеням и прижалась плечом к входу в некрополь. Сердце колотилось так, что, казалось, вырвется из груди.

Она переводила шальной взгляд с колышущихся наверху листьев терновника и остовов сухих деревьев на тьму подвального помещения, где лежал труп. Ее не должны были заметить. Особенно здесь. Особенно они.

Но как же не хотелось заходить во мрак разрушенного святилища! Как будто все нутро твердило ей: «Не надо! Не вздумай! Это может тебя убить!»

Ведь одного человека некрополь уже убил несколько минут назад…

– Нет, – качнула она головой, пытаясь отогнать мрачные видения в глубины сознания, – его убил вовсе не некрополь.