Девочка-птица - Мёле Нелли - Страница 1

Нелли Мёле

Девочка-птица

Nelly Möhle, Alina Brost (Illustrator)

Kaya Silberflügel − Das Geheimnis der magischen Federn

This edition is published by arrangement with Fischer Sauerländer

Copyright © Fischer Sauerländer GmbH, Frankfurt am Main, 2023

© Издание на русском языке, перевод на русский язык, оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2025 Махаон®

Об авторе

Нелли Мёле живёт со своей семьёй в Оффенбурге. Она вписала своё имя в сердца маленьких читателей первой же своей книжной серией «Волшебный сад». Ребёнком она часто наблюдала за птицами в саду своих бабушки и дедушки и представляла, как было бы здорово уметь летать. Не на самолёте, а просто раскинуть руки и полететь ‒ точнее, не руки, а крылья. И с высоты посмотреть на город, а потом перелететь через горы Шва́рцвальд и Воге́зы. Именно эту волшебную способность писательница подарила Кайе – героине своей новой книги.

Пролог

Впервые я почувствовала это странное покалывание в свой день рождения.

Мама уже накрыла стол на балконе, в центре стоял праздничный пирог с десятью свечками. Я слышала, как она гремит посудой на кухне, пока сама сидела под ярким полосатым зонтиком от солнца и ждала гостей. Вокруг стола прыгали воробушки, с любопытством разглядывая пирог. Один особенно наглый воробей в какой-то момент даже уселся мне на ногу и выжидающе на меня посмотрел.

Тогда-то и начался зуд. До сих пор я ничего подобного не чувствовала: лёгкое пощипывание и дрожь от кончиков пальцев до плеч. Будто бабочки у меня под кожей часто-часто трепещут своими крылышками. Продлилось это всего несколько мгновений – до тех пор, пока не раздался звонок в дверь. Воробьи в испуге разлетелись, скрывшись в ветвях огромного каштана перед нашим домом, и, так же неожиданно, как и появилось, странное покалывание в руках исчезло. Я потянулась и осторожно повращала кистями – вроде всё нормально.

Тут на балкон ввалились пришедшие гости, я отвлеклась на них и забыла про этот инцидент до конца дня. Перед сном я снова задумалась о случившемся, но решила, что всё это из-за волнения перед праздником. Следующие несколько недель никакого покалывания не было. Вплоть до этого ничем не примечательного утра понедельника.

1. Ворон один не прилетает

На сей раз это случилось на уроке музыки. Я как раз закончила самостоятельную работу и смотрела в окно на кружащиеся в танце дубовые листья, когда вдруг, громко хлопая крыльями, на оконный карниз опустился чёрный ворон. Взглянув на него, я вдруг опять ощутила странное покалывание в пальцах, которое вскоре побежало по рукам.

То же самое было в мой день рождения несколько недель назад, я уверена. И чем дольше я смотрела на ворона, разглядывающего нашу классную комнату, тем сильнее становилось покалывание. Я скрестила руки на груди, чтобы унять непонятный зуд, но это не особо помогло.

И тут в глаза мне бросился маленький клочок бумаги. Я моргнула, но сомнений быть не могло: в большом клюве ворона торчало сложенное письмо. На ветру тонкая бумага трепетала точно листья дуба, а ворон по-прежнему смотрел в класс, будто ждал кого-то из нас.

Я хотела обратить внимание Мерле на эту странную птицу, но не успела, потому что ворона заметил наш учитель музыки господин Берг. Он подошел к окну, распахнул ставни и, что-то бормоча себе под нос, покосился через плечо на наш класс. Я не сводила с учителя глаз и в глубине души ожидала, что эта сцена привлечёт внимание и остальных. Но почти все мои одноклассники ещё возились с музыкальным тестом, и никто, кроме меня, не видел, как господин Берг выхватил у ворона из клюва записку, развернул её и, пробежав глазами, как мне показалось, нервно покачал головой.

Буквально через несколько секунд после этого птица расправила крылья и улетела, скрывшись за густой кроной дуба. Я сидела у окна на первом ряду и, как зачарованная, затаив дыхание, наблюдала за этим небольшим представлением.

Именно в этот момент учитель посмотрел на меня. Я просто не успела отвести глаза, как он вперил в меня свой пристальный взгляд. Это длилось целую вечность. К тому времени руки у меня уже зудели так нестерпимо, что я под партой сжала их в кулаки. Даже когда я опустила глаза, я по-прежнему чувствовала на себе взгляд господина Берга. Сердце колотилось уже где-то у горла. Спасла меня Лена, сидящая на дальнем ряду.

– Господин Берг! Я закончила, можно сдавать? – и она помахала в воздухе листком с контрольной.

Наконец-то учитель отвернулся от меня (сделав это довольно резко), коротко кивнул Лене и, взглянув на большие песочные часы, хлопнул в ладоши:

– Время вышло! Лена, собери тесты.

Я медленно выдохнула и снова посмотрела на дождливое серое небо. Но ворона уже было не видно, и покалывание прекратилось так же внезапно, как началось. Не придумала же я это всё сама? Или всё же…

В классе стоял гул, но я почти ничего не слышала и поэтому вздрогнула, когда господин Берг громко скомандовал:

– Тиш-ш-ш-шина!

Когда шум немного поутих, он продолжил:

– Ещё одно важное объявление, пока вы не ушли: как вам хорошо известно, мы с хором готовимся к постановке школьного мюзикла. К сожалению, у нас пока нет актрисы на роль главной героини, Евлалии. Может, в вашем классе найдутся скрытые таланты?

– Но ведь партию Евлалии поёт Свенья из седьмого «А», – заметил Йонас.

– Уже нет. – Господин Берг пригладил свои вьющиеся волосы. – Увы, мне пришлось её заменить. Свенья не сможет выступить в назначенный день, а все остальные уже готовы.

Мерле схватила меня за руку и воскликнула слишком громко:

– Эта роль должна стать твоей, Кайя! У тебя же просто обалденный голос!

Все тут же повернулись к нам, и господин Берг снова пытливо уставился на меня. Я лихорадочно замотала головой. Сказать я ничего не могла, потому что по лицу уже разливался жар. Если и есть в мире что-то, чего я терпеть не могу, так это пристальное внимание. Наверняка сейчас я красная как помидор!

– Слыхали? – выкрикнул Феликс. – Наша тихоня Кайя – тайная рок-звезда! Ну кто бы мог подумать!

Многие подхватили его смех. Я снова помотала головой и сердито покосилась на Мерле. Да для меня даже с рефератом перед классом выступить – кошмар наяву. От волнения я всё время задыхаюсь и сбиваюсь. А уж петь перед кем-то… Я вообще ни звука не смогу издать! И Мерле об этом знает.

Господин Берг, похоже, не заметил, что я покраснела, а то, что я отрицательно качаю головой, решил проигнорировать.

– Вот и славно! – И он кивнул мне с самым серьёзным видом. – Приходи на следующую репетицию для спевки. Я рассчитываю на тебя, Кайя Сильбер!

Прежде чем я могла возразить, он снова хлопнул в ладоши:

– Всем хорошего дня!

В это время снова стало шумно. Мерле коснулась моего плеча и виновато посмотрела на меня.

– Я не буду петь на публику, – тихо пробормотала я, чувствуя, как глаза наполняются слезами. – Никогда в жизни! – Злость и отчаяние захлёстывали меня, как это всегда бывало, когда мне не хватало мужества и смелости. Вообще-то я люблю петь, даже очень, но только дома, без лишних ушей.

Надо скорее выйти из класса, никто не должен увидеть мои слёзы. Да ещё и необычный крылатый почтальон за окном никак не выходил у меня из головы. Быстро убрав пенал и тетрадь в рюкзак, я стала проталкиваться сквозь толпу детей и учителей к выходу из класса и из здания школы. Когда я выбежала на школьный двор, в лицо мне с силой ударил ветер. В тонкой весенней курточке было холодно. Над головой висело серое и мрачное небо, что полностью соответствовало моему настроению. День чёрных воронов.