#9 Печать пожирателя (СИ) - Соломенный Илья - Страница 1

#9 Печать пожирателя

Глава 1

Последний спокойный день

4 июня 2035 года. Москва.

Гул голосов, перекрываемый торжественными аккордами оркестра, наполнял высокий зал с витражными окнами, сквозь которые лился золотистый свет летнего солнца.

Воздух пах воском свечей, ладаном, а уши едва улавливали гудение магических кристаллов, встроенных в стены. На сцене, за резным дубовым подиумом, стоял ректор Кощеев — высокий, седовласый, с крючковатым носом, в очках и чёрной мантии, с пронзительным взглядом, который, казалось, видел каждого из нас насквозь.

«Если бы только он действительно видел» — усмехнулся я про себя, оглаживая край мантии.

— … И сегодня мы провожаем в большой мир не просто выпускников, а будущих столпов Имперской магии! — голос Кощеева звучал плавно, с привычной пафосной интонацией. Он сделал паузу, окинул зал взглядом и продолжил: — Среди вас есть те, кто уже проявил себя в боях, исследованиях, даже в государственных делах. Особо хочется отметить Марка Апостолова…

В зале раздались одобрительные возгласы, кто-то хлопал, кто-то перешёптывался. Я почувствовал, как сотни глаз уставились на меня.

«Вот и началось» — мысленно вздохнул я.

— … Человека, который, несмотря на молодость, уже успел отличиться в деле защиты Тобольской заставы, а также внести вклад в разработки магической реальности. Человека, который вывел спорт в нашей академии на совершенно новый уровень! Человека, который искренне и безвозмездно помогал своей родине в противостоянии с мятежниками! Надеюсь, его пример вдохновит и других студентов!

Я едва сдержал саркастическую ухмылку.

«Если бы ты знал, Игорь Алексеевич, что на самом деле замышляет твой идеальный выпускник… Что он на самом деле умеет, и что на самом деле делал…Тебя бы удар хватил прямо на этой сцене!»

Кощеев тем временем завершал речь, размашисто жестикулируя:

— Пусть ваши знания служат Империи, а магия ведёт вас к новым свершениям!

Оркестр грянул торжественный марш, зал взорвался аплодисментами. Я машинально хлопал, но мысли мои уже унеслись куда-то далеко.

Три года.

Три года прошло с того дня, когда я вырвал Распутина из Юсупова и размазал его сущность по виртуальным стенам магической реальности. Три года без без постоянных угроз, без необходимости оглядываться на каждый шорох.

И чёрт побери — жизнь оказалась чертовски лёгкой, когда тебя не пытаются убить каждый месяц!

Я потянулся, чувствуя, как потрескивают суставы. Да, пришлось начинать почти с нуля — после того как я выжег свою магию, чтобы создать идеальную копию для ловушки Распутина. Но за три года я не просто восстановил уровень — я превзошёл его.

Сейчас я был уже не тем зелёным студентом, который дрожал перед экзаменами. Я — Практик. И это всего за три года! Даже Кощеев бы подохренел, если бы узнал, насколько быстро я вернулся в строй.

Все эти три года я не просто тренировался в обычной магии, о нет!

Я развивал свой талант пожирателя, свои умения пожирателя — свою суть, если так можно выразиться.

Я искал. Книги, записи, старые гримуары, которые даже Инквизиция считала утерянными. И нашёл кое-что… особенное.

Пожирание материи.

Не просто магии. Не просто силы. А самой плоти мира.

Я ещё не до конца понимал, как это работает. Но несколько экспериментов… дали очень интересные результаты — и я был настроен освоить эту грань магии в самом скором времени.

Не говоря уже об Эфире, который был моей «палочкой-выручалочкой».

Оркестр смолк, и началась церемония вручения дипломов. Когда мою фамилию назвали, я поднялся на сцену, чувствуя, как сотни глаз следят за каждым моим движением. Кощеев вручил мне свиток с печатью академии, крепко пожал руку и даже улыбнулся — будто гордился.

«Как же ты ошибаешься, старик» — подумал я, отвечая ему лёгким кивком.

Спускаясь со сцены, я поймал взгляд нескольких студентов с других факультетов — кто-то смотрел с восхищением, кто-то с завистью.

А я просто улыбался.

Когда церемония вручения дипломов закончилась, зал академии наполнился гулом, как растревоженный улей. Сотни голосов сливались в унисон, отражаясь от мраморных колонн и витражных окон. Солнечные лучи, проникая через разноцветные стекла, рисовали на полу причудливые узоры, которые смешивались с бликами от светильников.

Я стоял, прислонившись к колонне, и наблюдал за происходящим. В руках мой диплом — аккуратный свиток из плотного пергамента, перевязанный серебряной лентой с золотой печатью академии. Казалось бы — момент торжественный, но внутри меня бушевали совсем другие эмоции.

'Если бы они только знали…" — мысль пронеслась в голове, заставив губы непроизвольно дрогнуть в усмешке.

Через пару мгновений в толпе я заметил знакомые фигуры. Отец — высокий, подтянутый, в изысканном кителе. Его крепкая рука сжимала бокал с шампанским, но глаза внимательно сканировали зал. Рядом Иван и Игорь, мои старшие братья, специально вырвавшиеся с Заставы ради этого дня. Их форма была совсем не помпезной, но куда более боевой — потёртые нашивки, потёртые ремни.

Настоящая, не парадная экипировка.

Проклятье, они даже тут решили выделиться.

— Ну что, младший, теперь ты официальный маг? — Иван, всегда прямой, как палка, и грубоватый, хлопнул меня по плечу с такой силой, что я едва устоял на ногах.

Я развернул перед его носом свиток:

— А то! Золотая печать, личная подпись ректора. Смотри осторожнее, а то превращу в жабу!

— У тебя уже есть одна, зачем вторая? — искренне удивился Иван, и мы посмеялись.

— Только не зазнавайся, — усмехнулся отец, но в уголках его глаз я заметил ту самую, редкую искорку гордости.

Игорь тоже кивнул и усмехнулся:

— Поздравляю. Теперь только бы не натворить дел похуже, чем в Тобольске…

— Вообще-то я всех спас тогда!

— Да-да, конечно. Наверняка сам накосяил,и просто прикрывал свой зад!

Они засмеялись, но мой взгляд уже скользил дальше по залу, выискивая одно единственное лицо. И нашёл его в дальнем углу — Аня сидела на подоконнике, отвернувшись к окну. Её чёрные волосы, всегда такие глубокие, как ночь без звёзд, сейчас казались тусклыми, будто выцветшими на солнце.

Извинившись перед родными, я пробился сквозь толпу к ней.

— Ну что, Лисицына, поздравляю, — мягко сказал я, опускаясь рядом.

Она не ответила. Только слегка наклонила голову, когда я обнял её за плечи. В позе Ани была такая неестественная неподвижность, будто кто-то заморозил её чарами.

— Порадуйся хоть сегодня, прошу, — мягко произнёс я, — Ты же знаешь, он бы гордился тобой.

Аня резко повернулась, и в её глазах вспыхнул тот самый огонь, который я не видел уже три года:

— Гордился? Тем, что я превратилась в эту… тень самой себя? Откуда ты можешь знать, о чём бы он думал, Марк? Он там, в твоих кристаллах, даже не помнит, кто он такой!

Её голос дрожал, пальцы впились в подол платья. Я вздохнул и достал из внутреннего кармана мантии небольшой голографический кристалл. Он был тёплым на ощупь и слегка пульсировал в ладони.

— Возьми. Но посмотри, когда будешь одна.

Аня взяла и сжала кристалл так, что её костяшки побелели.

— Марк… если это ещё одна запись, где он просто смотрит в пустоту…

— Нет, — перебил я, — На этот раз всё по-другому. Просто… Посмотри. Он первым делом попросил меня передать тебе его. Правда.

Глаза Ани распахнулись шире.

— Ты… Ты… Неужели есть шанс, Марк?

— Три года, Лисицына. Три года я работал над тем, чтобы вернуть его. И теперь — да — есть подвижки. Я смогу. Я обещал тебе это. Обещал ему — и сдержу слово.

На глазах Ани выступили слёзы, и я снова обнял её.

Это была чистая правда. С момента, как Арс пожертвовал собой, я практически не спал, то и дело занимаясь изучением его «дела» в лаборатории Салтыкова и своей мастерской. Каждый вечер погружался в магическую реальность, пытаясь стабилизировать сознание Арса.