Чужие интересы. Окталогия (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 51

Благодаря «приливу» сейчас по скорости я не уступал Творгену, и вместе с ним нам удалось опрокинуть двоих бойцов, что отделяли нас от тонкой шеренги стрелков. Те в свою очередь, поняв, что сейчас их будут убивать, побросали луки и достали оружие ближнего боя.

Первого лучника с хэканьем разрубил Горунар, выскочивший из-за наших спин, пока мы разбирались со своими оппонентами, и обрушивший свой топор на ключицу только вытащившего из-за пояса свой длинный кинжал парня. Но и тогда те не дрогнули и попытались организовать строй, у некоторых даже были с собой щиты. Им на встречу в привычном построении вышли Горунар, Колтун и Ярый, удерживая щиты и заняв собой всю ширину стены. А за ними расположились Хорки, Берт и Ступка, старающиеся выверенными ударами копий ранить или отвлечь противников.

— Тесните их! — проорал Творген. — Нам нужно больше места!

Сам он развернулся, чтобы сдержать прибывшее к врагу подкрепление, которое уже поднималось по ближайшей лестнице и сейчас готово было зайти нам в тыл. По центру атаки, где был перекинут мост, с переменным успехом бурлило сражение. И хоть наемникам наконец удалось в большем количестве закрепиться на стене, опрокинуть сопротивление пока не удавалось. Там в строю еще оставался десяток отлично обученных и экипированных дружинников барона Клевер, каждый из которых стоил трех, а то и пяти мужиков, возомнивших себя наемниками.

— Мазай, помогай! — прокричал десятник.

Я встал рядом с Творгеном, принимая удар на щит, и проткнул своим копьем бедро какого-то молодого парня. Лично нам повезло больше, прибывшее подкрепление, судя по отсутствию нормальной брони, состояло из ополченцев. Хотя это не помешало им уже заколоть двух бойцов из нашего десятка, шедших последними.

Видимо, на другом фланге у наших товарищей также получилось закрепить успех и связать боем лучников, так как обстрел моста прекратился, и Булиен наконец смог снять свои щиты. И перед тем как покинуть башню, он решил потратиться без остатка. С боку что-то шарахнуло, от чего пара наседавших на нас ополченцев, не имеющих должной защиты, сложились пополам, дико вопя и держась за свои развороченные животы. За мгновенье до этого я лишь краем глаза успел уловить выброс силы, похожий на полупрозрачные шарики размером с крупную гальку, стремительно сорвавшиеся с руки мага, словно картечь. После этого, Булиен на шатающихся ногах покинул верхнюю площадку осадной башни. А у нас на пару противников стало меньше.

Чтобы закрепить успех, я все-таки второй раз ударил «тараном», который отозвался неприятными ощущениями во всем теле. На этот раз силы было влито немного, чтобы не задеть своих. Но и этого хватило, чтобы Творген упокоил еще одного, чиркнув своим длинным мечом ему по шее, пока тот пытался удержать равновесие. Второго он пнул ногой в живот, отправляя того обратно кувырком вниз по лестнице.

— Здесь маг! Убейте мага! — завопил в страхе один из ополченцев. Страх это хорошо, страх мешает врагу сражаться. Но как назло, нашлись те, кто решил последовать этому совету и попытаться расправиться с угрозой в моем лице. Двое дружинников, подгадав момент и освободившись от своих оппонентов, переключили внимание на нас с Творгеном. При этом действовали слаженно, атакуя вместе. Я лишь в последний момент успел подставить свой деревянный щит под удар двуручного топора, который его располовинил, пройдя в сантиметре от моей руки. Как тут же второй противник ударил своим молотом, который я уже принял на второй щит, сотканный из силы. Тренировки и практика все-таки давали о себе знать.

Силовой щит хоть и привычно взорвался, но выдержал и даже отбросил оружие врага, возвращая инерцию удара обратно атакующему. Уверен, что его руке сейчас хорошенько досталось. Третьему удару помешал Творген, который, разобравшись с крикливым ополченцем, вмешался и связал боем дружинника с топором. Я же, воспользовавшись помощью десятника, решил развить успех и уже привычным заклинанием на пару секунд перевернул мир для воина с молотом. Однако, даже будучи дезориентированным в пространстве, он умело продолжал отмахиваться молотом, и защищенный отличным длинным хауберком представлял собой трудную мишень. С третьей попытки я все-таки смог дотянуться кончиком своего копья до его шеи, защищенной плотным кольчужным капюшоном, что само по себе вряд ли бы дало хоть какой-то результат. Но вот «раскол» эффект возымел. Пронесшаяся сполохом по древку энергия вонзилась в металлические кольца и выплеснулась наружу, находя себе путь среди плотного кольчужного плетения. Основная часть импульса была погашения броней, достаточно прочной, чтобы сохранить свою целостность под натиском силы. Но и малой ее части, просочившейся сквозь отверстия в металлических кольцах, хватило чтобы разорвать такую непрочную человеческую плоть на шее.

Воин схватился свободной рукой за горло, все еще сохраняя равновесие, но уже спустя пару секунд схаркнул кровью, и закашлявшись начал заваливаться на бок. Я же вместо радости победы почувствовал полное опустошение, силы больше не было, этой атакой я потратил последние капли, что плескались на дне источника. И сейчас продолжавший действовать «прилив» начинал работать взаймы.

«Я дам тебе еще! — вдруг в голове раздался знакомый голос. — Только попроси!»

«Как не вовремя ты решил пообщаться, — подумал я. — Или я брежу от магического опустошения?»

«Без силы ты погибнешь, просто дай мне немного контроля.»

«Нет уж, я помню, чем закончился прошлый раз.»

«Жаль…»

Принудительно я прекратил подпитку узлов, отвечающих за свое усиление. И тут же глаза заволокла муть. Я опустился на одно колено, силой воли удерживая сознание и равновесие. Я только сейчас заметил, что нахожусь среди кучи трупов, что почти сплошным ковром покрывала камни крепостной стены. Как я раньше здесь умудрялся двигаться? Захотелось блевануть. И от усталости, и от того что я видел вокруг себя. Все-таки «прилив» влияет и на восприятие тоже, притупляя страхи и другие мешающие в бою эмоции.

— Держись! — рядом раздался голос Творгена.

Десятник подсунул свою голову мне подмышку и помог встать.

— Ты ранен? — спросил он.

— Нет, чуток перестарался с колдовством.

— Хорошо, тогда лежи тут и притворись ветошью.

С этими словами он подтащил меня к одному из зубцов крепостной стены и оставил там, сам присоединившись к нашему десятку, продолжающему шаг за шагом теснить сопротивляющихся лучников на левом фланге. Я сидел, прислонившись спиной к прохладному каменному парапету, отстраненно наблюдая за ходом сражения. С потерей еще двух сильных бойцов, центр обороны потихоньку начал проседать, и все большие площади постепенно переходили под контроль наемников. Тем более, что наше командование, видя успех на стене, решило вслед за новобранцами направить опытных и хорошо вооруженных наемников, которые должны были смять уставших защитников.

На другом конце крепости пронзительно запел рог, возвещая о начале штурма. Видимо наемники смогли найти еще один способ, проникнуть в замок, кроме нашей башни. Почему-то я не был удивлен. С самого начала наша атака была больше похожа на самоубийственный отвлекающий маневр, который, впрочем, неожиданно возымел успех. Наверное, сегодня мы победим… И это были последние связные мысли в моей голове.

Далее картинка совсем смазалась, отдельные предметы начали сливаться в цветные пятна, а потом и вовсе все закружилось в разноцветном хороводе. До меня по-прежнему доносились отголоски продолжающейся битвы, но как будто поодаль, не рядом. Словно люди не продолжали убивать друг друга буквально в паре шагов от меня, а иногда и вовсе, запинаясь о мои раскинутые ноги.

Не знаю, сколько я провалялся в таком овощном состоянии. Но в один момент все стихло, да так, что я даже испугался, что испустил дух. Шло время, а я так и не смог найти в себе силы встать. Даже разогнать муть в голове не удавалось. В то же время мое сознание никак не хотело погрузится в спасительный сон. Я так и балансировал на грани восприятия реальности, пока наконец в мое безысходное одиночество не ворвались знакомые голоса и чьи-то руки, что ничуть не бережно меня куда-то поволокли.