Чужие интересы. Окталогия (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 27

Удар Горунара превзошел все наши ожидания. Будь на его пути строй обученных солдат, наверное, все могло бы пройти не так гладко. Неопытные же в ратном деле новобранцы не придумали ничего лучше, чем упереться и постараться сдержать натиск гиганта своими щитами. Но инерция и вес были на нашей стороне. В итоге двое вражеских бойцов от удара просто повалились на жопы. Чем не применил уже воспользовался я, уклонившись от выпада встречающего меня противника и проскочив в образовавшуюся брешь за спины защитникам. Копейщик по инерции повернулся за мной в попытке повторно дотянуться оружием до ускользающей цели, за что тут же поплатился, схлопотав быстрый и точный выпад от Берта, до этого укрывавшегося за нашими спинами.

Наши фланги связали боем вражеский десяток, не форсируя продвижения. Основная задача была уже сделана, и теперь оставалось лишь развить успех. Оказавшись за спинами, я привлек внимание двух бойцов второй шеренги, которые постарались максимально быстро решить возникшую в их тылу проблему, насадив меня на древко. Первый выпад я поймал на щит, от второго ушел влево. Со стороны шеренги послышался глухой удар и крик боли. Это Горунар сбросил свой самодельный щит, причем уронил его прямиком на упавших ранее на пятую точку воинов. На этот самодельный помост вскочил Ярый, по ходу движения ткнув в неприкрытый союзниками бок еще одного защитника. Далее нам оставалось только реализовать полученное численное и позиционное преимущество.

Я немного позволил себе ускорить движения, заимствуя силу источника. Тоже своего рода тренировка. Ударом своего копья я угодил в бедро одного из наседавших на меня воинов, заставив его вскрикнуть. И тут же отступил на шаг, проваливая второго противника, который пытался подгадать момент для атаки, но оказался недостаточно быстр и, наоборот, подставился мне для удара свое правое плечо.

Удары были акцентированные, и оба защитника подняли руки, признавая поражение. Тем более, что за боем следили арбитры — двое незнакомых мне десятников. Тем временем, сражение подходило к концу, наши фланги при поддержке Горунара и Берта начали давить на оставшихся в строю. К тому же Ярый также смог пробраться в тыл и атаковал теперь отдельных противников, ослабляя и без того поредевший строй обороняющихся. Через полминуты все было кончено. В нашем десятке «убитыми» числилось 3-е, включая нашего бессменного повара Ступку, непонятно как пострадавшего, учитывая, что ему была отведена вспомогательная роль и место за спинами основных бойцов. Но расплывающийся синяк под глазом, говорил, что удар он получил в лицо, а не в спину, что уже хорошо.

Это был безусловно хороший результат. И все мы получили свою порцию теплых слов от нашего десятника.

— Стадо беременных ленторогов! Вам в противники достался самый жалкий десяток из всех возможных. И вы умудрились потерять троих! Да если бы на их месте оказалось хотя бы деревенское ополчение, вы бы там все полегли! Я уже не говорю про баронскую или княжескую дружину. Еще раз такое повторится, и старшая луна будет освещать ваши дополнительные тренировки!

Да, Творген к концу второй декады тренировок окончательно сбрендил. Вон даже один глаз дергаться стал. Видимо жить хочет, и понимает, что с таким десятком далеко мы не пройдем. А не пора ли и мне задуматься, как долго я собираюсь двигаться вместе с Вепрями. Ведь деньги изначально не были основной причиной моего вступления в отряд. Хотя надо признать, что после понесенных расходов, их осталось не так уж и много. И с таким капиталом исследовать новый для меня мир будет крайне затруднительно. Но жизнь все же дороже, а возможностей незаметно покинуть отряд с каждым днем будет меньше.

Сейчас наше весьма скоротечное обучение новобранцев подходило к концу. Сотниками было подготовлено что-то вроде соревновательной практики, когда в решении поставленных тактических задач они сталкивали лбами десятки новоявленных наемников. Мы демонстрировали наши навыки командной работы и индивидуальное мастерство. И теперь в трех битвах одержали три убедительные победы, до этого успешно удержав проход в крепость в аналогичном сценарии, и победив в битве за флаг. Это когда перед тем, как начать сражение, мы должны были пробежать со снаряжением 5 километров и пройти полосу препятствий. Тот, кто проходил ее раньше мог первым закрепиться на холме, где стоял флаг, который и нужно было удерживать некоторое время для победы. Когда я первым из нашего десятка пришел к точке, с удивлением обнаружил там представителя вражеской команды. К счастью, оказалась, что тот парень лишь бегает быстро, а вот боец из него был никудышный. В ответ на его опрометчивый выпад, я схватил его копье за древко и дернул на себя, в результате чего он кубарем покатился с холма, освободив мне место на вершине. А через пару минут мы уже вместе с Ярым и Бертом успешно отбивались еще от 4-х подоспевших неприятелей, желающих завладеть флагом. В итоге, флаг, на котором кстати красовалась клыкастая голова вепря, мы не отдали, и победа осталась за нами.

Но не смотря на наши успехи, Творген почему-то не улыбался. Может от того, что 7-й десяток нашей сотни, возглавляемый десятником Капилом, также пока шел без поражений? У них там что, свой тотализатор работает что ли?

Ладно, наше дело простое — показать максимум, дабы не огрести от нашего нервного командира. Тем более, впереди нас ждали индивидуальные схватки с новобранцами все того же, 7-го десятка. Случайность ли?

После непродолжительного отдыха и воодушевляющей речи десятника мне в противники достался какой-то долговязый паренек, который чуть ли не трясся, выходя на учебный бой. Даже странно. Уж за это время он должен был хоть немного привыкнуть. Да и зачем вообще сунулся в наемники, если дрожит от перспективы получить тупым концом учебного оружия? А может…

Подозрения реализовались достаточно быстро. Неуклюжий и запуганный паренек вдруг сделал молниеносную серию уколов, едва не ткнув мне копьем в глаз, проведя его над самым краем моего щита. А когда я попробовал перейти в контратаку, швырнул мне в лицо горсть песка, следом нанося удар в колено. Благо, даже будучи на секунду ослепленным, я продолжил движение, смещаясь в сторону, от чего его копье прошло правее моей ноги. Вслепую и безрезультатно уколов в ответ, я разорвал дистанцию и сбросил щит. Протирая левой рукой один глаз, вторым я наблюдал за движениями противника, кружившего словно хищник. Проморгавшись и убедившись, что попавший в глаз песок больше не мешает обзору, я приготовился проучить этого лицедея. Ну ничего, я тоже полон сюрпризов. Источник был еще наполовину заполнен силой. И я решил, что этот хитрожопый парень достоин, чтобы именно на него я все и истратил.

Получив подпитку, я взвинтил темп, заставляя противника теперь только пятиться, напрочь забыв о нападении. Но делал он это на удивление ловко, не теряя равновесия и выдерживая необходимую дистанцию. Мой же заряд бодрости быстро подходил к концу. Вдруг я ощутил раздражение от того, как он так легко уходит от всех моих стремительных атак, захотелось его толкнуть, опрокинуть на землю, чтобы уже никуда не делся от моего праведного гнева!

И в этот момент я уловил напряжение на кончиках пальцев левой руки, сейчас свободной от щита. Почувствовал линию силы, тянувшуюся к ним от самого источника. И мне захотелось дать ей выход! Освободить ее, позволить проучить наглеца! Сразу после очередной атаки копьем я резко протянул левую руку к шустрому и такому раздражающему парню и будто бы позволил напряжению сорваться с кончиков пальцев, разом опустошив почти весь оставшийся запас источника. Эффект, конечно, был не как у Горунара, когда тот таранил строй своим монструозным самодельным щитом. Но все же в выставленный в паре метров от меня вражеский щит с хлопком врезалась что-то невидимое, но вполне материальное. Словно удар сжатым воздухом, от которого юркий воин не удержался на ногах и завалился назад. Я же рывком сблизился с дезориентированным противником и ощутимо ткнул его копьем в бедро. Победа!