Чужие интересы. Окталогия (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 241

– Нам это не помешает. Своё мы попросим, как только победа будет у него в руках.

Деневиль не стала спорить. Лишь взглядом намекнула магу, что было бы неплохо наполнить её бокал снова.

– Давай вернёмся к этому Мазаю, – предложила она, взяв снова заигравший золотом напиток. – Если он нам больше не нужен, то лучше избавиться от него. Он слишком много знает, ещё о большем догадывается. Есть у тебя кто‑то на примете в Солнечной заставе, кому по силам такая работа?

– Конечно, есть. Вот только, боюсь, это будет опрометчивый поступок.

– От чего же? Снова твои линии и ниточки? И что же на их концах?

– На этот раз, видимо, это не мои ниточки.

– А кого же? Самого императора? – предположила Деневиль и охнула, картинно прижимая руку к своему открытому рту.

– Не паясничай, – одёрнул её маг. – Тем более, когда упоминаешь его  имя. На этот раз он тут ни при чём, но кто знает…

– И всё же, о ком речь?

– Вчера я получил письмо от магистра Протеруса.

– Это который объявил свой личный нейтралитет на время гражданской войны закатников?

– Он самый.

– И что же он от нас  хочет?

– Просто уведомляет, что некий наёмник Мазай ему кое‑что должен, и пока он этот долг не вернёт, магистр не рекомендует причинять ему какой бы то ни было вред, способный помешать это сделать.

– Да ладно⁈ Не шутишь? Да что это за человек такой, и как он успел во столько дел вляпаться? Это всё?

– Нет. Ещё господин Протерус просит нас об одолжении.

– Разве магистры просят? – не сдержала удивления Деневиль.

– Конечно! Просто я не помню случаев, чтобы им кто‑то отказывал…

– И что же он просит ?

– О, сущий пустяк, – отмахнулся маг. – Всего лишь, чтобы мы помогли правильно собрать отряд по спасению Грозового княжества.

– Какой ещё, к чёрту, отряд⁈

Вежливый, но настойчивый стук в дверь прервал разговор.

– Входи, – скомандовал Блурвель, впуская своего помощника.

– Господин, прибыл кузен госпожи Деневиль. Он просит об аудиенции.

– Что ж, проводи его в кабинет, – разрешил маг, с ехидцей поглядывая на удивлённое лицо своей гостьи. – Нам с госпожой Деневиль не терпится послушать, что же нам хочет поведать главный маг Солнечной заставы.

Весна ворвалась в княжество стремительными ручьями и радостным щебетанием птиц. Ещё дней 10 назад парни месили мокрый снег во дворе под чутким руководством Сивого и Дункара, а сегодня всё подсохло, и того и гляди полезет первая трава. Не даром долина, которую запирала Застава, называлась Солнечной.

За те три декады, что минули с вызволения Варфы, с нами, к счастью, ничего не приключилось. Но это не значит, что мы сидели сложа руки. Наоборот, передышка позволила нам утрясти уйму дел и залатать кучу дыр. Все были при деле, на всех была ответственность, и не было похоже, чтобы кто‑то из моих людей не был этому рад. А ведь некоторые поначалу воспринимали мою идею с делегированием как навязанную им непрофильную работу. Но ощущение причастности к общему делу и своевременная похвала начальства, сдобренная надбавкой к жалованью, поменяли такое отношение.

Организовать детский приют на базе храма Т’ара возле Заречной было хорошей идеей. Во‑первых, моё первое впечатление о его настоятеле подтвердилось, и человеком он оказался хорошим, пусть и не сильно набожным. При условии финансирования он согласился выделить часть пустующих помещений и силами своих людей и активных прихожан превратил их в пригодное для проживания место. Во‑вторых, Заречная – большая и зажиточная деревня, а люди в сельской местности куда ближе воспринимают чужое горе, нежели городские. В итоге больше половины детей разобрали по семьям. Маленьких, так и вовсе всех. Ещё двоих мальчишек постарше и посмышлёней забрали к себе мы. Они у нас были вроде посыльных, бегали по всей Солнечной с записками и поручениями. И их это полностью устраивало, ведь что может быть желанней для 10‑летнего пацана, чем возможность кичиться тем, что он состоит в отряде самых настоящих наёмников. А если к этому добавить периодические уроки от Дункара, который иногда даже давал им возможность подержать самый настоящий меч!.. За это они готовы были выполнять любую работу.

Правда остальные полсотни детей всё же приходилось содержать, и с учётом строительства и прочего материального обеспечения обходилось это недёшево. Помогли спонсоры, которых нашёл Хорки. И что удивительное, первыми из них стали глава кузнечного квартала, который просто выложил 2 золотых, и… уважаемая Барма, хозяйка дома удовольствий. Тот спонтанный спор не прошёл даром и помог Хорки завязать отношения с обоими. Хотя в случае с ним, скорее всего, о случайности говорить не приходится.

Как бы‑то ни было, с каждой серебрушки оставленной клиентами в увеселительном доме 10 медяков теперь шло на содержание приюта, о чём Барма не стеснялась говорить всем своим посетителям. Это уже я её надоумил о таком пиар ходе. В итоге, прибыли у неё стало только больше, люди охотнее предавались греху, зная, что часть этих денег пойдёт на благое дело. Ну а далее, прослышав, что детям помогают даже наёмники и шлюхи, нашлись и те, кто тоже решил помочь, при чём по той же схеме. То есть с возможностью транслировать это своим клиентам. Насколько хватит запала, я не знал, но по крайней мере на ближайшее время вопрос о финансировании остро не стоял.

Пруст и Шуст тоже не сидели на месте и подобрали с два десятка кандидатов, чуть больше половины из которых мы с Дункаром акцептовали. Сейчас они проходили подготовку и формировали 2 новых десятка. Один должен был возглавить Сивый, а второй – братья. Разделить их не получалось ни под каким предлогом, поэтому я решил оставить как есть и посмотреть, что будет. Правда надбавку за должность десятника я между ними тоже поделил поровну.

Мы даже взяли и выполнили пару контрактов. И хоть заплатили за них нам немного, зато была возможность посмотреть в деле новобранцев. Боевых столкновений не случилось, чему лично я был только рад, но даже обычная совместная работа в походе уже могла показать немало. В итоге двоих пришлось досрочно отчислить, благо у всех были стандартные условия, предполагающие 3 декады испытательного срока.

Вообще, сначала я подумывал покинуть Княжество с первым торговым караваном в Греш, как только сойдёт снег в горах и откроется большой перевал. Если честно, мне не очень‑то хотелось встречаться с Лавлиеном. И не только из‑за того, что он мог заподозрить (и скорее всего заподозрит) меня в исчезновении Варфы. Но и потому что его поступок мне казался омерзительным, и я не знал, как теперь мне иметь с ним дела. Какие цели преследовал маг? Вёл ли он работу по избавлению девочки от сродства или же действовал в своих личных интересах, я не знал. Но то, что я видел, уже не вырезать из памяти. С людьми так не обращаются.

Вот только сбежать, означает сознаться. Да и снова бросить всё, что было нажито, не так‑то просто. Щедрых покупателей на наши активы на фоне возможной войны с приозерцами найти будет очень непросто.

Стук в дверь выдернул меня из раздумий, и судя по его деликатности, это один из наших посыльных.

– Заходи!

Мальчишка с привычным для меня именем Макар уважительно поклонился и аккуратно положил на стол запечатанный конверт.

– Что это у тебя? – спросил я его.

– Письмо из гильдии, – не разгибаясь ответил он.

А ведь с другими Зайцами он так спину не гнёт, и в целом ведёт себя куда свободнее. Эх… вот оно, тяжкое командирское бремя.

– Письмо я вижу, на лице что?

– Упал, – выдал Макар и хотел было уже развернуться, но я его остановил.

– Не‑ет, так дело не пойдёт. Ты забыл кто я? Я ложь за лигу чувствую. А ну говори, как есть.

Мальчишка испуганно вздрогнул, но отпираться не стал.

– Да ничего особенного, получил по морде от тех, кто старше. Был бы у меня хотя бы тренировочный меч, я бы им… Показал!