Чужие интересы. Окталогия (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 220

Замок щёлкну и дверь открылась, а все пятеро тут же осыпались на грязный пол, предварительно впечатавшись в металлическую решётку камеры напротив. Сил для «тарана» я не пожалел. Двоих из них, в том числе начальника караула, к железным прутьям прижали Сивый и Колтун, которым в руки так удачно попалась оглушённая добыча. Не давая подняться остальным, я и Шуст выскочили наружу и, схватив выпущенные из рук дубинки, принялись колошматить ими по ещё не пришедшим в себя стражникам.

К моему удивлению, к нам присоединился Хески, который, видимо, предпочёл не дожидаться своей участи, а последовать нашему примеру и действовать самому. Мгновение спустя выскочил ещё один узник. А вот остальные двое забились в уголок подальше, всем своим видом показывая, что они в этой попытке побега ни коим образом не участвуют.

Одного за другим мы затолкали охранников в клетку, кроме самого крикливого, ведь нам нужен был проводник. У него же нашлись ключи от остальных камер. В итоге из двух десятков заключенных обрести свободу пожелала ровно половина, это если считать и Зайцев тоже. Впрочем, остальные чинить нам препятствий не стали, сидели по камерам и помалкивали.

Отобранных дубинок на всех не хватило, но шанс завладеть новым оружием представился практически сразу. Мы уже слышали топот подкрепления, спешащего на шум вниз по лестнице, и вся надежда была на то, что их окажется не так уж много.

Очередной «таран» встретил нападающих, не дожидаясь, когда они минуют все ступеньки. В узком коридоре эффект от ударной волны оказался ещё лучше, что притормозило бравых парней. Эти, кстати, были вооружены куда лучше и больше походили на городских стражников, чем на тюремных охранников.

Выцепив взглядом самого разодетого и с мечом на поясе, я ударил по нему «первобытным страхом», от напряжения я сам покрылся потом, но своего добился. Мужик заорал и бросился назад и наверх по лестнице, пытаясь пробить дорогу через своих же подчинённых, что не внушило тем оптимизма.

Убивать никого не хотелось, но и стражники пока не сломались окончательно, продолжая удерживать путь наверх.

– Уходите, и никто не пострадает! Иначе мне придётся самому проложить здесь дорогу.

Напротив моей ладони сформировалось три небольших искрящихся шарика силы. Это пока был максимум того, что я теперь мог сделать благодаря новым полученным знаниям. К сожалению, моему предложению они не внемли, хоть и было видно, как в их глазах появился страх. Что ж, они не оставили мне выбора.

Определив самых хорошо защищённых, я спустил в подвешенное заклинание импульс, отправивший снаряды в стремительный полёт. В каждый из них я влил вдвое меньше силы, чем обычно, понадеявшись, что кольчуги вкупе с кожаными куртками, которые носили эти парни, выдержат попадание, и оно не станет для них смертельным.

Трое опрокинутых воинов и сбежавший командир, чей крик всё ещё было слышно из отдалённых коридоров, стали последней каплей. Люди дрогнули и побежали, а мы, вооружившись, последовали за ними, криком подгоняя остальных удирающих стражников. Проверять, выжили или нет пострадавшие я не стал, на это не было времени, да и если честно, я побаивался узнать результат.

– Где хранятся наши вещи⁈ – спросил я нашего невольного проводника, для верности отвесив оплеуху.

– Отвечай! – Колтун схватил его за шкирку и, притянув к себе, уставился бешенным взглядом ему в лицо. Очень он сильно переживал за свою броню.

– На складе, я… я покажу…

– Конечно, покажешь, куда ты сука денешься.

Пока всё шло на удивление гладко, встреченные нами одинокие стражники убегали куда глаза глядят, завидев вооружённых и решительных мужиков. Всё‑таки это была не полноценная тюрьма, а что‑то вроде следственного изолятора, в котором люди обычно на долго не задерживались. Потому не больше двух десятков человек охраны, да ещё с десяток клерков, которые не горели желанием рисковать жизнью, связываясь с удирающими сейчас заключёнными. Но и бесконечно везти нам не могло.

Когда мы уже вытрясали душу из местного смотрителя склада, пришло сообщение от Пруста: «отряд стражников на подходе, немедленно выбирайтесь!». Спасло нас то, что часть сбежавших с нами мужиков (а точнее все кроме Хески) не стала тратить время на поиски своего имущества, а сразу двинулись на выход, где и столкнулись с прибывшим отрядом городской стражи. Завидев их, беглецы и не подумали вступать в противостояние, просто дали дёру в разные стороны, ну а служивые люди принялись их догонять, отрядив на это дело половину своих бойцов. Остальные же вломились в здание и принялись его прочёсывать, даже не выставив оцепление, на которое уже не хватило людей. В общем, сработали максимально непрофессионально.

Благодаря этому мы сами успели улизнуть, выбив вместе с рамой окно на первом этаже и что есть мочи пустившись в бег по ночным переулкам города.

– Сюда! – крикнул Шуст, вдруг скорректировав маршрут.

За очередным поворотом мы обнаружили сгорбленного мужика с маленькой тележкой, полной сухой соломы, который вдруг голосом Пруста сказал:

– Бросайте всё и бегите дальше. Хорки встретит.

Удивляться у нас попросту не было времени, да уже и сил. Вся экипировка и оружие, которое удалось забрать со склада, прямо на ходу полетело в тележку и после было заботливо присыпано сеном. Пруст уверенно двинулся вперёд, прямо навстречу уже забегающим в проулок стражникам, а мы впятером наоборот, бежали дальше изо всех сил, то и дело оборачиваясь назад в поисках преследователей. Они были, но уже серьёзно отставали. Видимо, совсем не уделяют времени тренировкам на выносливость.

А вот Хески бежал наравне с нами, что ещё раз говорило о том, что не такой он простой человек. Нужно держать с ним ухо востро, а лучше и вовсе избавиться от него. Если не радикально, то хотя бы разойтись в разные стороны при первой возможности.

Завидев долговязую фигуру, машущую нам, мы скорректировали направление и припустили в сторону, где над черепичными крышами виднелись густые клубы чёрного дыма. Спустя по ощущениям минут десять, мы выскочили на небольшую площадь, откуда отрылась неожиданная картина – куча снующих туда‑сюда людей, отряды стражи и королевской гвардии, толпа зевак… и всё это на фоне полыхающего трёхэтажного поместья.

Какого хрена?.. Но я тут же одёрнул себя. Всё верно, в такой ситуации будет куда легче смешаться с толпой, да и кому теперь до нас будет дело, когда тут такое происходит? Вон и Хески растворился словно по волшебству, не сказав и слова на прощанье, что ж, может оно и к лучшему.

– Надеюсь, это не ваших рук дело? – спросил я у подошедшего к нам Хорки.

– Я тебя, конечно, люблю Мазай, но не на столько, чтобы людей заживо жечь ради твоего вызволения. Можно и попроще что‑нибудь придумать.

– Ясно, а кто тогда постарался? – я кивнул в сторону бушующего пожара.

Парень пожал плечами, но всё же ответил.

– Сам штурм я не видел. Но успел выяснить, что это поместье Груберов, и старший из них приходится двоюродным дядей покойному королю. Про то, что король мёртв, я думаю, ты уже в курсе. Вот и думай, чьи люди здесь потрудились…

– Потенциальный наследник? Тогда понятно.

– А ещё, – Хорки как‑то невесело улыбнулся. – Род Груберов – и есть наниматели наших недавних попутчиков. Именно сюда так спешили Нестар и его люди.

– Похоже, это тот случай, когда лучше было бы опоздать…

– Именно так. Думаю, серебро, которое они так боялись потерять, им уже ни к чему.

Постояв в тени одного из прилегающих к площади домов и полюбовавшись работой появившихся пожарных, мы двинулись дальше. Но уже неспеша и размеренным шагом. Как ходят обычные законопослушные граждане, а не беглые преступники.

Глава 8

О том, что нас найдут, я переживал буквально первую половину следующего дня. Уже к обеду я сомневался, что нас вообще кто‑то будет искать. В городе с завидной регулярностью вспыхивали стычки, горели поместья, одним людям резали глотки прямо на месте, а другими наполняли тюрьмы и дозновательские. И всё это в городе, который в настоящий момент был отрезан от внешнего мира закрытыми воротами, не впускающими никого внутрь и не выпускающими никого наружу. Решительность, с которой действовал главный маг Казантир, стала для многих обитателей внутреннего города неприятной неожиданностью.