Плач феникса (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 112

О побеге не шло и речи, так как я и на ноги-то не мог подняться (наверное, исчерпал свой лимит вставаний на сегодня). Так что, этот последний полёт владыки Эола я встречал с какой-то роковой обречённостью.

На полпути тело Отрёкшегося начало истаивать, оставляя после себя лишь сноп оранжевых искр, продолжающих своё неумолимое приближение к земле. Через секунду они на полной скорости врезались мне в грудь и начали прямо сквозь броню и одежду заползать под кожу. Уже ранее испытанное мною чувство заставило меня зашипеть от боли. Будто что-то инородное прорастало в моей грудной клетке и пыталось устроиться там поудобнее. О нет, только не снова!

Но кажется, на этот раз никто моего разрешения спрашивать не собирался.

Когда боль пошла на спад, и я наконец-то смог осмыслить произошедшее, я встретился с глазами Багрового Ужаса. Точнее с двумя провалами, в которых сейчас полыхало пламя.

— Уходи, — заскрипело в моей голове.

Новоявленный страж Хиздесерима был немногословен. Получив своё перерождение, он освободился от скверны. Но даже его изначальная натура жаждала моей смерти. Или, правильнее будет сказать, она хотела заполучить то, чем наградил меня перед смертью Отрёкшийся. Ведь все фениксы по своей природе были помешаны на возвышении и иерархии. И Ужас явно сейчас сдерживался, давая тем самым мне возможность покинуть его мир.

Не то чтобы я был против, но…

— Если я открою Мост, то дыхание Бездны поглотит Павелен.

— Вернись тем же путём, — ответил он. — Через щель. Ненадолго я придержу скверну. И помни, дверь должна оставаться приоткрытой, иначе Тиамас не справится.

Больше спорить я с ним не стал. Вместо этого залез на каменный диск и попробовал напитать его силой. Источник был пуст, и где взять необходимый объём я не знал. Однако Звёздное Древо уже само откликнулось на такое предложение. Почувствовав, что ключ вновь вернулся на место, оно начало накачивать опору энергией, чтобы пробить путь сквозь пространство и продолжить свою экспансию. И в моих интересах было самостоятельно выбрать, куда именно откроется Мост.

Как там говорил Отрёкшийся? Теперь у меня есть все ключи, кроме двух? Что ж, попробуем применить хотя бы один. Я представил Павелен, врата Бездны и стержень из чёрного железа, торчащий из каменного пола. Перед глазами замелькали картинки и образы всех других врат, и среди них действительно нашёлся искомый. Я сфокусировался на нём и почувствовал, что готов открыть Мост.

Осталась плата за переход, но страж Хиздесерима позаботился и об этом. Он коснулся уже изменённой части корня и буквально через секунду в его руке материализовался кристалл, который он тут же бросил мне.

— Уходи, твоё время на исходе, — повторил он.

Столб света уже сиял вокруг меня. Не такой яркий, как во время явления Отрёкшегося, но и не такой тусклый, когда в этот мир заявился я.

— Если вдруг, закончив свою работу, Тиамас решит вернуться в этот мир, передай ему… что я не жалею о пройдённом вместе пути. И что не прочь поговорить с ним вновь.

Ужас не ответил. Круговорот света и перламутровых всполохов начал растворять меня в себе, даря ощущение невесомости. Но совсем скоро я ощутил под ногами опору. Окружающий мир пропал, зато уже привычные нити из света, сплелись в полотно и превратились в дорогу, по которой нужно было пройти до конца. Однако повсюду зияли дыры, а каждый мой шаг добавлял новые, разрывая хрупкие связи. Мост стонал и прогибался, обещая вот-вот развалиться под тяжестью идущего по нему человека. Слишком тонкий, слишком слабый. И не будь я так опустошён, наверняка бы не выдержал моего веса.

И всё-таки я добрался. Буквально протиснулся в узкую щель, потратив на это последние силы. Жезл всё ещё был раскалён, но уже не так ярко, как когда я покидал Павелен. Тело Фебрана, растерявшего свою человечность, практически истаяло, отдав последние крохи своей жизненной энергии. Проход за моей спиной потихоньку затягивался, всё меньше в нём оставалось упорядоченного, а пляска света становилась всё более хаотичной. Уже скоро эта опора Моста вернётся к своему привычному состоянию громоотвода для скверны, коим её и задумал Отрёкшийся 8 веков назад.

Надеюсь, однажды наступит день, когда надобность в нём исчезнет окончательно. Ну а пока нужно выбираться отсюда, если не хочу, чтобы меня постигла участь Фебрана. Но как же тяжело идти, как трудно переставлять ноги. Может, лучше попробовать на четвереньках? Или вообще ползти…

Тело предательски отказывалось слушаться и призывало принять горизонтальное положение. Все другие мысли постепенно улетучивались из головы, уступив место моей внутренней борьбе. Ещё шаг, ещё…

Из прохода снова повеяло мерзостью, от которой у Хорки задрожали поджилки. Вся его смелость, вся решимость давно истаяли, но он почему-то продолжал с надеждой вглядываться в этот проём в скале. Сначала он даже пытался пройти по следам, оставленным Мазаем, но благодаря врождённой внимательности сумел вовремя заметить неладное — место, где природный камень пещеры сменялся ровными шершавыми стенами храма забытых богов. Лишний шаг — и ты превратишься в обездушенную куклу.

Он покрепче сжал странный янтарь, похожий на каплю, в надежде, что эта сила не оставит его внезапно. Командир где-то там, внутри храма. Он воспользовался его отчаянным прыжком и даже нашёл способ оградить от дыхания Бездны. И теперь Хорки должен его дождаться.

Зачем? Он не знал, но почему-то рефлексивно потянулся к своей шее.

Да откуда вообще такие вопросы? Разве не потому, что у него нет и не было более близкого друга? Да как он вообще в глаза остальным посмотрит, если вернётся назад один и без вестей. Мазай вернётся, Хорки верил в это. Нужно только подождать.

Звук шаркающих шагов напугал, но вместе с тем подарил надежду.

— Мазай, это ты? — осторожно спросил он в темноту.

Ответа не последовало, но уже скоро лучи дневного света достигли идущего к выходу человека.

— Мазай, ты… ты в порядке?

Бледное лицо, подволакивающиеся ноги, полуприкрытые глаза… Да он больше на оживший труп похож, чем на боевого мага, которого Хорки знал. Но всё-таки это был он.

На очередном шаге Мазай споткнулся и чуть было не упал.

— Не сдавайся! Ещё немного, слышишь? Ты должен дойти до меня, иначе я не смогу тебя вытащить!

Когда до заветной черты оставалось всего пару шагов, командир запнулся снова и на этот раз равновесие не удержал.

Очнулся я от желания оторвать себе голову, чтобы она больше не болела. А лучше вообще избавиться от всего тела, ибо на нём не осталось ни одного участка, который бы не отзывался болью на неровное покачивание.

Да где я, и что вообще происходит?

Найти ответы на эти вопросы оказалось несложно. Я был на спине у Хорки, и он куда-то меня тащил.

— Эй, может, сделаем перерыв? — прохрипел я. — Дай полежать.

Спина вздрогнула, а мир перестал сотрясаться. Меня аккуратно сгрузили на землю, после чего я наконец смог собрать мысли в кучу. Воспоминания последней четверти часа пронеслись в моей голове, расставляя всё по своим местам. Впрочем, обрывались они в коридоре храма, когда я пытался добраться до выхода и ждущего меня там Хорки. Вот только вроде не сумел…

Я посмотрел на лицо своего друга, и внутри меня всё перевернулось. Пустой безразличный взгляд, смотрящий не на меня, а в стену, послушность, с которой он исполнил мой приказ… Только не это!

— Хорки, ты что, вытащил меня из храма? — с дрожью в голосе спросил я.

— Да, — односложно ответил он, даже не взглянув при этом в мою сторону.

— Ну и зачем ты это сделал, идиот⁈ — заорал я на него, а на глаза начали наворачиваться слёзы.

Тот при этом и бровью не повёл, словно ожидая от меня не эмоций, а указаний.

— Ну ничего, ничего, — забормотал я, лихорадочно соображая, что в этой ситуации можно сделать. — Я что-нибудь придумаю. Обязательно найду выход, ты только потерпи…