Злодейка твоего романа (СИ) - Завгородняя Анна - Страница 14

Я сейчас пытаюсь найти оправдание тому, что она, кажется, начала мне нравиться, понял Белтон. Кривая усмешка тронула его губы.

Вот так и летят к праотцам все грандиозные планы! Он выбрал рыжую девчонку не только потому, что заинтересован в ее наследстве. Белтон никогда не жаловал рыжих и был твердо уверен, что ему не грозит влюбиться в это нежное создание богов, смотревшее на него с таким восторгом во взоре. Казалось бы, никаких проблем. И тут на тебе – сюрприз. Какая нежность? Какая влюбленность? Все было игрой, не иначе. А невеста оказалась с характером. Как там сказал Риэль? В браке оба должны гореть?

Белтон снова усмехнулся.

С этой рыжей бестией можно не просто гореть, а сгореть заживо, если не оставаться осторожным. Но, возможно, с словах кузена была толика истины?

Кстати, о Габриэле…

Мысли дракона изменили свое русло. Он подхватил поводья и наклонившись, потрепал по могучей шее черного скакуна.

— Так, Смерч, мы едем не домой.

Жеребец заржал, будто понимая речь хозяина.

— Сначала отправимся в редакцию – следует держать свое слово. А после поедем к Риэлю. Думаю, его помощь не будет лишней в моих поисках.

Белтон вздохнул. День сегодня предстоит насыщенный. Да, он потерял шкатулку, но зато сохранил отношения с семьей Тилни. А значит, получит и Фанни, и драконий огонь. А шкатулку… Шкатулку он отыщет. Достанет даже из-под земли, или он не Теодор Джеймс Белтон.

***

Вернувшись домой, я искренне попыталась избежать встречи с леди Тилни, но безуспешно. Едва мы с Милдред переступили порог дома, как Гарриет оказалась тут как тут. Она чинно спустилась с лестницы, сверля меня пристальным взглядом, а затем, уже в холле, сделала знак Милдред, велев горничной уйти, а прежде отправив лакея в экипаж забрать покупки – те самые ленты, которые послужили поводом для моего побега из заточения отчего дома.

Милли покорно присела в книксене и также проворно ушла, оставив меня на съедение хозяйки дома, а лакей вышел во двор. Второй слуга молчаливо приблизился и помог мне снять накидку и шляпку.

— Вижу, свобода не пришлась тебе по вкусу, — заметила матушка, оглядев меня с ног до головы. – Думаю, твой отец слишком тебе потакает и всегда потакал. И вот итог! – отчеканила леди.

Я закусила губу и едва удержалась, чтобы не поднять руку и не коснуться волос. Нет. С моей прической все в порядке, иначе Милдред уже заметила бы это. Но матушка? Что она увидела? Как поняла мое состояние? Как она вообще все чувствует? Неужели, по моему лицу заметно, насколько я раздосадована?

— Лорд Белтон передал вам самые наилучшие пожелания, — произнесла помимо своей воли, догадываясь, какую реакцию фраза вызовет у Гарриет. И не ошиблась.

— Лорд Белтон? – Матушка Тилни оживилась. Глазки ее заблестели и, кажется, строгая маман решила временно сменить гнев на милость. – Вы виделись? Надеюсь, не наедине?

Очень даже наедине, только никто не видел, подумалось мне. Но вслух я, конечно же, ответила совсем другое. Лгать было неприятно, но тут, как говорится, без выбора.

— Да. Мы случайно столкнулись в центре города, когда я решила зайти в кафе. Милдред все время была рядом. А затем мы поехали на кладбище, просить благословения у предков лорда Белтона, — сказала без малейшей радости в голосе, выпалив все, как на духу. Впрочем, матушку это не смутило. Она улыбнулась и, взяв меня под руку, повела за собой в сторону маленькой гостиной, где любила проводить вечера за вышивкой.

— И что же тебе говорил сэр Теодор? – поинтересовалась маман.

— Велел передать, чтобы мы сегодня ждали его к ужину. – Я позволила матушке завести себя в комнату и даже усадить на диванчик, обитый атласом. Крошечная гостиная была очень уютной, и в моей голове вдруг отчетливо вспыхнули картины из памяти настоящей Фанни. Я даже поморщилась от неожиданности – настолько яркими были образы.

Вот Фанни сидит с книгой на этом самом диванчике. Только атлас другого цвета и ковер на полу овальный, а не круглый, как нынче.

Напротив Фанни расположилась леди Гарриет. Она держит в руках вышивку, а на столике рядом с ней стоит открытая шкатулка, полная принадлежностей для рукоделия.

Я моргнула, и образ моложавой леди Тилни исчез. Предо мной снова была нынешняя леди Гарриет, и она жаждала подробностей моей встречи с ненаглядным женихом.

— Что же ты до сих пор молчала? – воскликнула матушка. – У нас будет гость к ужину, а возможно, и несколько, если лорд Белтон приведет с собой кузена. Мне надо отдать необходимые распоряжения, чтобы слуги приготовили нечто особенное. То, что очень любят драконы.

Девицу-девственницу на блюде и гору золота, подумала я с сарказмом. Что там еще любят откушать эти чешуйчатые? А вот понятия не имею. Фанни, наверняка, знала. Но почему-то этот отрезок ее памяти для меня оказался закрыт.

Матушка смерила меня взглядом. Ее довольная улыбка как—то поугасла.

— Что-то ты не выглядишь радостной? – произнесла она похолодевшим голосом.

А чему радоваться—то, а? Я вздохнула. Подумать только, я была в шаге от исполнения своей, можно сказать, мечты! Я даже держала драгоценный документ, написанный вот этими ручками. И окажись шкатулка на месте…

И тут снова невольно задалась вопросом: кто ее увел у меня из-под носа? Кто еще в курсе о тайнике Белтона?

На память пришло лишь одно имя – героини, которая еще не появилась в сюжете, но когда это произойдет, она затмит меня в глазах Тео.

Что, если это она?

Я нахмурилась и покачала головой.

Нет. Быть такого не может! По сюжету, наша главная героиня узнает о шкатулке случайно и только после знакомства с драконом. Значит, вариант отпадает сам собой. Но тогда кто?

— Фанни? – Голос матушки неприятно резанул слух. – Ты меня совсем не слушаешь? Неужели, замечталась о лорде Белтоне? Если это так, то я тебя очень понимаю, моя дорогая. – Леди Тилни более мягко взглянула на меня. – Тебе не надо пугаться своих чувств. Если это из-за них ты так взвинчена в последнее время, то пойми: быть влюбленной – это прекрасно. Быть женой еще приятнее. Придет время, и ты сама оценишь свое счастье.

Я кивнула, радуясь уже тому, что леди Тилни сменила гнев на милость. Пусть себе рассуждает о любви и прочем, если ей это доставляет удовольствие. Мне надо пережить ужин с Белтоном, его разговор с лордом Тилни и предстоящую помолвку. А затем я опять буду думать, как избежать опасного брака.

— Вижу, ты совсем устала, — наконец, смилостивилась матушка. – Ступай к себе, отдохни и будь свежа к приезду лорда Белтона! – напутствовала она меня.

Я кивнула, встала и пошла к себе, чувствуя спиной напряженный взор матушки. Но не успела сделать и доброго десятка шагов, как услышала ее голос. Леди Тилни звала кого—то из слуг. Наверняка, сейчас займется подготовкой к ужину.

Даже стало любопытно, что такого особенного едят драконы?

***

Уголь?

Я обрадовалась, что не произнесла слово вслух, и не выдала своей неосведомленности. Конечно же, Фанни должна была быть в курсе, что драконы едят… уголь…

Но вид блюда, наполненного черными, с алым, кусками угля, вызвал во мне противоречивые чувства.

— Когда Фанни сообщила мне, что вы приедете на ужин, я тут же отправила слугу в центр, велев купить это замечательное блюдо! – проворковала леди Тилни, когда мы уже сидели за столом, а я старалась не таращиться на дымящееся лакомство.

— Благодарю, — улыбнулся лорд Белтон и нацепил на вилку черный кусок, переложив его к себе на фарфоровую тарелку.

Я мысленно поморщилась. Стало интересно, а он там себе ничего не сожжет? Все же, Белтон не факир, есть такую гадость. Правда, почти сразу я вспомнила, что сделал с бедным договором этот драконище, и поняла: уголь ему в радость! Правда, мысленно тут же пожелала женишку подавиться угощением.

— На балу у леди Денвор я не сделал то, что должен был, — произнес Тео, а я перевела взгляд на его кузена. В отличие от братца, Риэль угли не ел, чем несказанно меня порадовал. Видимо, не все драконы любят подобные изыски.