Латте для одержимого раба (СИ) - Смаил Ева "Ева Смаил" - Страница 35

— Я… я, — внизу живота все тянуло, и очень хотелось ощутить что-то твердое внутри себя. Тело стало невероятно чувствительным, покрываясь мурашками и вздрагивая от каждого дуновения воздуха изо рта дракара. Хотелось схватить его пальцы и засунуть внутрь, но руки не слушались, стали такими тяжелыми. Перед глазами все расплывалось, а мысли текли вяло. Уже не понимала, что именно меня спросил.

— Ну же, милая Латте, скажи мне его имя и фамилию. Скажешь, и я дам тебе то, что ты так сильно хочешь, — он слегка вставил пальчик, заставляя меня выгнуться и тихо застонать.

— Я… я не знаю его имени…

— Неправильный ответ.

— Я… никогда не занималась этим…

— Хм? Тогда почему ты сказала, что больше не девственница?

— Я… сама себя там…

— Вот как, — Сахар облизнулся. — Тогда хорошо, — и снова укусил меня, одновременно медленно вставляя палец, заставляя меня громко застонать.

Уже совершенно не понимала, что делала. Стонала, кричала, выгибалась и умоляла возбужденным голосом сделать приятнее. Сначала вставлял в меня только один пальчик, затем два, потом три. Я плавилась под его умелыми движениями, улетая в небеса. Так продолжалось пока не освободилась в третий раз. Тогда, у меня уже более-менее вернулось осознание себя и своего тела в пространстве. На четвертый же раз просто уснула.

На границе сознания ощутила, как меня накрыла одеялом и крепко обняла чья-то рука.

Проснулась, но продолжила недвижимо лежать и смотреть в белый потолок над головой.

Что это было?

…

Хочу повторить. Да, обязательно надо повторить. И не один раз. Много, много раз.

Но все-таки, почему это произошло?

— Сильного утра, милая Латте, — его голос снова был джентльменским. Он слегка прикусил мою шею, заставляя задрожать от сильной стимуляции… Кажется, у меня выработался рефлекс на его укусы, и теперь они сильно возбуждали даже без впрыскивания яда.

Из его горла раздалось довольное урчание, и парень обнял меня крепче.

Я поняла… Похоже, дракары были очень чистоплотные и брезгливые. Людям ведь тоже было бы неприятно есть с другим незнакомым человеком с одной тарелки. Или доедать после него. Логично.

Кто будет пить какао, даже пускай самое лучше в этом мире, если в него плюнет мимо проходящий бомж?

Поведение Сахара теперь стало для меня более понятным.

Он вытирал мою руку, так как на тарелке с едой, остался запах и микробы какого-то человека.

Дракар настойчиво расспрашивал по поводу моей нетронутости, потому, что не хотел доедать объедки за какой-то особью.

Парень был зол, потому что ходила на встречу с потенциальным едоком, который мог загрязнить его пищу.

Ведь сейчас я была единственным доступным для него источником питания. Если со мной что-то произойдет, то ему придется либо давиться и плеваться, либо голодать.

Но… Сахар может быть спокоен. Не думаю, что его пищу захочет кто-то загрязнить.

— Сильного утра, — сказала охрипшим от криков голосом и привычно запустила ему в волосы руку, радуясь реакции. — Сегодня начну тебе делать личный Эхо. А вечером… утащи меня, пожалуйста, в кровать. Почитаю тебе книжку перед сном.

— Хорошо, — снова растянул свои губы в злодейскую улыбочку.

Следующие несколько дней пролетели незаметно. Утром поливала цветы и проверяла состояние дракара, днем занималась изобретательством, а вечером читала для Сахара книгу.

И вот настал понедельник. Начало второго семестра магистратуры.

Человек в розовых тапочках не пришел. Ко мне никто не прилипал, подыхающим от худобы зомби не называл… Чувствовала себя из-за этого довольно странно. Непривычно. Будто и забыла, что всегда раньше на парах была одна.

В этом семестре записалась дополнительно на продвинутое целительство.

Все бы ничего, но оказалось, что в этом году решили подправить программу… и добавить групповую работу. Я была, честно говоря, в шоке и уже даже думала больше не ходить сюда.

За все три с половиной года на ноологии, никогда не работала с кем-то. Потому, что преподаватели понимали Кто же там в основном учился. Минимум особенные интроверты. Если не повезло, то вообще социопаты. Ни о какой групповой работе и речи быть не могло.

Как обычно, сидела в одиночестве на первой парте и пыталась понять, что же делать. Уйти или попытаться договориться с преподавателем на индивидуальную работу.

Как вдруг ко мне подошел парень в белом деловом костюме, при всем параде. Белоснежные волосы были уложены просто идеально. По бокам красиво выбриты, а несколько прядей спадали на лоб. В правом ухе была голубая сережка с мизерной птицей Счастья. Он широко улыбнулся, завел одну руку за спину и слегка поклонился. Другую же руку протянул в мою сторону ладонью кверху.

— Силы вам. Меня зовут Зефир. Давайте будем делать групповое задание вместе? — он выражался учтиво, как аристократ королевства Разлом. Но не так, будто пришел из средневековья, как Сахар.

Слегка наклонила голову набок и прищурилась. Какой-то он знакомый… Но раз меня не знал, то значит не знакомый.

И тут заметила на его правом кармане надпись «Зефир»… Какой благоразумный человек. Я его теперь как минимум уважала и совершенно точно питала к нему хорошие чувства.

— Хорошо, — протянула ему руку, и он ее поцеловал. Не делая вид, а действительно поцеловал. Я недоуменно моргнула.

— Спасибо. Вы сделали меня очень счастливым. А как же зовут вас? — парень продолжал держать мою руку и улыбаться.

— Латте, — такое чувство, будто беловолосый не видел такую же надпись на моем белом халате.

— Очень приятно с вами наконец познакомиться, Латте, — снова поцеловал мою руку и наконец отпустил. — Давайте обговорим с вами наш проект за чашечкой горячего какао?

У нас было небольшое окно, поэтому парень отвел меня в относительно уединенную беседку и быстро принес нам какао и шоколадные десерты из ближайшего кафе. За разговором поняла, что у нас с ним, оказывается, было много общего. Во-первых, он жил некоторое время в моей родной стране, поэтому довольно бодро со мной смог разговаривать на самом удобном для меня языке. Во-вторых, оказалось, что одногруппник так же, как и я, был заинтересован в обретении бессмертия. Парень учился со мной в одной и той же группе на ноологии и ходил со мной вместе практически на все дополнительные предметы. В-третьих, ему также нравилось сладкое, как и мне. И я это узнала только за один разговор о нашем групповом проекте. В целом, как личность, Зефир мне нравился все больше и больше.

После разговора с интересным собеседником, мне пришлось прийти к куратору моей дипломной работы.

Я была встречена волной бурного энтузиазма. Меня крепко схватили за плечи. Явно человек сильно горел своим делом. Его безумные и взволнованные глаза меня даже немного напугали.

Святые Логарифмы, что, что ты от меня хочешь? Я хоть живая отсюда уйду? У меня там Трахибалтус не политый, Сахар некормленый. Как они без меня тогда будут?

— Латте, что ты думаешь о том, чтобы получить магистра в этом году? Твоя дипломная работа уже полностью дописана.

Посмотрела на него с подозрением. Вроде жить буду, тогда не так страшно.

— Но… а как же еще четыре предмета, которые должна была сдать в следующем семестре и практика?

Он отмахнулся.

— Эти четыре предмета ты можешь сдать, когда будешь готова и в этом семестре. Тем более, один из них должен был вести я. А практику… разве твое феноменальное открытие можно даже сравнить с какой-то практикой в государственных органах? Можешь не волноваться за это, тебе ее засчитают.

— Ну… ладно.

— Кстати, приготовься к тому, что будешь говорить королю на награждении. Он спросит тебя, чего бы ты хотела в награду. Подумай, что попросить.

— Королю?

— Да. Твое открытие стало известно в узких кругах, куда входит и король. Так что после защиты диплома и получения аттестата ты в тот же день должна будешь отправиться к нему на аудиенцию.