Изгой Проклятого Клана. Том 6 (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 45

А тем временем копьё неумолимо тянуло меня дальше. Я не рисковал наступать на эту дрянь, но нам в любом случае пришлось бы её преодолеть.

Я сконцентрировал свою ману в виде яркого светящегося бирюзового шара, затем направил его вниз и попытался расчистить путь. И вот тут начались проблемы: мою ману эта субстанция поглощала.

Ага, то есть мою ману эта дрянь — Пустота — поглощает, а находящуюся с ней в сцепке — нет.

Так… Уже не так необычно. Хотя бы какие-то правила работали, как следует.

Когда Ардамун подлетел ближе, он тоже стал терять ману. Эта штука действовала на расстоянии примерно полуметра. Так что мы оказались перед выбором:

Идти дальше в неизвестность, постепенно теряя силы;

Развернуться обратно;

Всё-таки найти способ расчистить путь.

Меня посетила мысль расколоть стену и смыть всё водой. Но по понятным причинам я отбросил этот вариант — любая трещина могла разрушить конструкцию под чудовищным давлением снаружи. Я до сих пор не понимал, на какой глубине мы находимся. Никогда не был специалистом в этом.

И тут из глубины коридора раздался тяжелый, гулкий, мрачный голос:

— Кривишь нос? То, чего ты так испугался — это именно то, за чем ты пришёл.

Я посмотрел в темноту и велел:

— Выйди.

Голос рассмеялся, и эхо покатилось по стенам:

— Скорее это тебе придётся зайти. Ты знаешь, что это, не так ли? — спросил он, имея в виду «пустотное» масло. — Сила вашего рода. Истинная. Подлинная. Та самая, которой научились пользоваться твои предки ещё до того, как пали. Те, кто был ещё до рода Северских. Но вам она досталась по наследству. И да… — пауза зазвенела ледяной усмешкой, — ты не зря опасаешься. Она сравнима с проклятием. Если, разумеется, не уметь с ней обращаться.

— Мне не нужны твои уроки, — спокойно заявил я. — Убери эту дрянь с моей дороге или явись сам. О моей «опаске» не может говорить тот, кто боиться высунуть свой нос из тени.

— Это ты пришёл ко мне, Северский, а не я к тебе. Так что, иди во тьму. Прими её дары. Прими силу, завещанную предками. Или… — голос вдруг заскрипел, будто ломающийся лёд, — убирайся прочь, как последнее ничтожество. Выбирай.

— Твои манипуляции звучат жалко, — бесстрастно сказал я. — Ты научился существовать в этих тенях. Но это не значит, что я не достану тебя, если захочу.

В ответ он засмеялся. Искренне не верил, что я до него доберусь? Зря.

Ардамун злобно пыхтел рядом, впиваясь синими глазами в темноту. Из ноздрей вирма валили клубы снежной пыли.

Я всмотрелся в черноту, пытаясь прощупать источник голоса. Но пустота вытягивала даже мою способность ощущать и ману, и пространство.

Однако копьё тянулось вперёд. Моя цель, какой бы она ни была, находилась как раз там. Вероятно, рядом с этим таинственным засранцем во тьме.

Причём им мог оказаться кто угодно — союзник, враг или просто нейтральная тварь, которую занесло сюда волею судьбы.

Верить на слово? Ха! Даже распоследний идиот так бы не поступил.

Но и бездействие — не вариант.

Так что мне оставалось?

Для начала — разобраться.

Самое сложное в борьбе с Пустотой было то, что её саму остановить практически невозможно. Можно только изолировать и выбросить в какой-нибудь из миров. Но саму её силу… Хм… Её можно было лишь перенаправлять.

В основе, борьба с Пустотой сводилась к ликвидации её носителей — приверженцев. Например, Архидьявол Пустоты, после битвы с которым я распрощался с первой жизнью и оказался в этом мире.

И раз Пустота находилась здесь, передо мной, значит владельцем голоса мог оказаться один из её приверженцев. А значит добраться до него — мой священный долг, как экс-Лорда Зеркальной Башни.

Однако что-то в этой Пустоте казалось нелогичным. Она не должна была сливаться с маной. Такой симбиоз противоречил её сути — пустота существует, чтобы поглощать. Тут я вспомнил кости Леонида Поднебесного.

А он ведь научился управлять ею. Может, ключ кроется в моей стихии пространства?

Я вновь ощутил ману перед собой. Её стихию определить было невозможно — она не принадлежала ни к одной из известных. Скорее, это была мана, специально настроенная так, чтобы Пустота прилипала к ней, но не поглощала.

Может, попробовать изучить микродозу?

Я подошёл к краю пустотного масла. Протянул вперёд копьё, зарядив кончик частицей своей маны, и начал выжигать, отделяя от общей лужи небольшую часть. Маны уходила уйма, но запасов хватало.

— О, а что это ты делаешь? — голос из тьмы заинтересованно протянул слова. — Хочешь прочистить путь? Тогда ты здесь надолго. Уверен, что у тебя нет дел поважнее? Можешь просто послушать мои слова и сделать то, что должен в этой Обители. Это куда проще и безопаснее, чем тебе кажется.

Я игнорировал его. Через мгновение отделил фрагмент пятна. Теперь нужно было его «соскоблить».

На помощь пришла ледяная мана. Я активировал печать Велеса и приморозил субстанцию. Она замёрзла, хоть и продолжала поглощать энергию. Я подцепил ледышку и отошёл назад.

Велев Ардамуну следить за проходом во тьму, я стал медленно, но внимательно изучать эту жидкость, погружаясь вниманием в каждую её частичку. Времени ушло немало, однако я смог понять, в чём особенность и этой Пустоты, и связанной с ней маны.

Данная Пустота была нетипичной. Она будто поглощала часть энергии, но не полностью. Ещё часть переводила в ту самую ману, которая её сдерживала и контролировала. При этом мана содержала в себе команды — видимо, те самые, что управляли Пустотой. То есть Пустота здесь была как бойцовый пёс, а мана — искусный дрессировщик.

Но в голове оставались вопросы: «кто?» и «как?» этого добился? Если кто-то научился контролировать Пустоту, как зверя, это переворачивало все представления о ней — и мои, и Зеркальной Башни.

Я взглянул в тёмный коридор, а голос ехидно спросил:

— Что, узнал что-то интересное? Милости прошу. Здесь ты всё поймёшь. Проходи, ознакомься с секретами, прими их и научись управлять силой, неподвластной другим!

В ответ я лишь приподнял копьё и отпустил. Оно плавно полетело вперёд. Для верности я продолжал ощущать его как часть тела, готовый в любой момент вернуть. И что интересно — связь с ним не рвалась, даже когда оно влетело в тёмный коридор, где из него вытягивали ману.

На нашу связь Пустота не влияла. Значит, она действительно безопасна для меня?

Голос во тьме хмыкнул.

И тогда я резко ускорил копьё, заставив его рвануть дальше. Веселье хозяина голос мгновенно исчезло. Из тьмы донеслись шорох и резкий звук уворачивающегося тела. Копьё со свистом пронеслось дальше, а моя мана стихии света, заключённая в нём, вспыхнула ослепительной вспышкой.

На миг тьма расступилась. Я увидел хозяина голоса. Ненадолго, всего на короткий миг. Но этого оказалось достаточно, чтобы понять его природу.

Он был похож на моллюска. Ракообразное, с длинными остроконечными лапками. Вытянутое тело делало его похожим на уродливую многоножку, с двумя острыми жвалами и прочным хитиновым панцирем.

Стоял он на задней части туловища. Из-за чего его тело поднималось вверх, доставая практически до потолка.

С кончиков его лап капало то самое «пустотное» масло. И оно же сочилось из сочленений, между его хитиновых пластин.

Не лучшее зрелище. Но понятен мой собеседник.

В мирах Перекрёстка было множество магических паразитов. Маленьких, которые водились у каждого мага. Больших, которые воровали энергию у целых миров. Даже бестелесных, вроде мелких противных духов. Умудрялись паразитировать даже некоторые боги.

Но был среди всех этих тварей один особенный вид — тимисы. Паразиты, свойственные обычно морским мирам. Они умели проникать практически в любое место, куда только было возможно.

Потому что в любой момент они могли сбросить с себя большую часть тела, оставшись в виде тонкого извивающегося червя, состоящего из плотной энергии. Впоследствии он мог проникнуть куда угодно, включая человеческое тело. Затем взять его энергетику под контроль и…