Вернуть Боярство 23 (СИ) - Мамаев Максим - Страница 49

— И ты, я так понимаю, знаешь, кто именно стоит за смертью моего отца, верно? Тогда почему не отомстил? Он ведь был твоим братом, с которым, как ты только что говорил, вы были очень близки, — спросил я, невольно сжав кулаки и вновь приблизившись к нему.

Пламя вновь выстрелило в меня очередным языком, но я не глядя отмахнулся от него, как от докучливого соседского пса. Я сделал это абсолютно машинально, не раздумывая, но как ни странно это сработало. Обиженно загудев, оно отпрянуло назад.

— М-да… — неопределенно покачал головой князь, проводив его взглядом. — Я отвечу на твои вопросы, но не просто так — для начала ты должен дать мне слово, что выполнишь одну мою просьбу.

— Какую? — спросил я, прикладывая немалые усилия к тому, чтобы не ухватить его за ворот.

Что ж, бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Наверное, это даже хорошо, что у него есть свои условия. В сделку мне вериться куда больше, чем во внезапный порыв или запоздалое раскаяние Леонида.

— О, ничего такого, что было бы для тебя хоть сколь-либо сложно, — заверил он меня. — На самом деле все очень просто — не мсти моим детям и жене за обиды, которые таишь на меня. Или на Володю за его не самое лучшее к тебе отношение в прежние годы… В конце концов, он был…

— Дядя, — вскинул я брови, от удивления даже перестав закипать. — За кого ты меня принимаешь? Ты что, всерьез думаешь, что я намерен мстить Володе за детские обиды? Я реинкарнатор, в общей сложности проживший больше трехсот лет! Не говоря уж о том, что к Даше и Андрею, как и к Ольше Викторовной у меня никаких претензий и вовсе не имеется.

— Верно, но я все же предпочту перестраховаться, — упрямо заявил он.

— Заключим магический контракт? С призывом в свидетели божественных сущностей? — поднял я бровь. — С этим могут возникнуть определенные проблемы… Но, думаю, у тебя все заранее готово, так что я не против.

— Мне достаточно лишь твоего слова, — ещё раз удивил он меня. — Дай мне слово, как мужчина мужчине, и я расскажу все, что мне известно.

— Обещаю тебе — ни тебе, ни твоей семье с моей стороны ничего не грозит, — кивнул я.

— Мне ты уже в любом случае не сможешь причинить вреда… Но об этом позже, — усмехнулся он. — На самом деле, знаю я не так уж много. Лишь три факта — во первых, твоего отца убили в бою. И кто бы это не сделал, Коля сумел дать перед смертью жесткий бой — я лично видел поле битвы, там теперь выжженый кратер в три с половиной десятка километров диаметром и больше километра глубиной. Не говоря уже об искаженном магическом фоне и не рассосавшихся до сих пор аномалиях…

— Погоди-погоди! — вскинул я ладонь. — О разрушениях подобного масштаба было бы известно. Да и я видел тело отца во время похорон — он не выглядел как человек, переживший подобную схватку. В таком бою от тела проигравшего могло вообще ничего не остаться!

— Вместо Коли на похоранах был тщательно изготовленный гомункул, — пояснил Леонид. — Реальное его тело… Там хоронить было почти нечего — половина торса, правая рука и голова без доброй трети. Я похоронил его отдельно, здесь…

В мой разум ткнулась мысль-послание с координатами — и могилы отца, и того места, где он принял последний бой. Приняв её, я кивнул, показывая, что готов слушать дальше.

— Я так и не сумел разузнать, кто за этим стоит. Кое-какие догадки у меня есть, но полной уверенности все же нету, — продолжил он. — Есть лишь три факта. Первый — именно под конец правления Коли Федор, вообще-то бывший Магом лишь пяти Заклятий, начал расти в силе. И не просто не прекратил, а начал усиливаться ещё быстрее как раз после его смерти, что странно… Второй факт — Родослава. До того она тоже была родовым Духом, причем могущественным, но именно после смерти Коли начала прибавлять не только в силе, но и возможностях. И третий — после смерти каждого из Глав в Алтаре остается осколок его души, Тень. Она не полновесный разум, скорее некая очень упрощенная копия личности с полным объемом памяти своего хозяина. Все князья Шуйские, где бы и когда бы не умерли, при каких бы обстоятельствах не пришла к ним смерть, сколь далеко бы они при этом не были, всегда оставляли Тень — это часть нашего Наследия, могучая магия Крови. Но впервые в истории вышло так, что Тени погибшего главы не оказалось, и ни Родослава, которая принимала участие в создании этого Алтаря, ни Главный Старейшина Рода, что и принес тело погибшего Коли, дать ответа на вопрос, что произошло, не сумели.

И пока я молчал, обдумывая все услышанное, он удивил меня в очередной, последний раз.

— На этом все. Большего времени мне даже Алтарь выгадать не способен… — сквозь боль улыбнулся Леонид. — Ритуал передачи власти уже начат, и его не остановить. Прощай, племянник. Прости за все, что было… Надеюсь, тебе повезет больше, чем мне и брату.

И прежде, чем я успел его остановить, шагнул прямо во взревевшее пламя, в единый миг обращаясь в раскаленный прах. И последнее, что я увидел — невероятное облегчение, проступившее в последний миг на лице Леонида… Нет. На лице моего дяди.

А затем, подхваченные пламенем, на мои голову и плечи опустились княжеский венец, пылающая пламенем шуба, к левой руке подлетел скипетр, а на поясе возник вложенный в ножны меч, от которого прямо-таки шибало огненной магией.

Несколько секунд спустя в помещение ворвался Федор Шуйский.

— Ты цел, Аристарх⁈

Глава 19

— И невредим, — ответил я. — Как себя чувствуешь, Старейшина? Не слишком ли сильно тебя приложил Леонид?

— Я хоть и стар, но все ещё достаточно крепок, — успокаиваясь ответил Федор. — Слава Господу, тоже жив-здоров.

Все, что сказал дядя, отчетливо врезалось мне в память. Естественно, бездумно доверять сказанному им я не собирался — все эти слова требовалось тщательно проверить. И я проверю — но, разумеется, не прямо сейчас. Хотя, надо признать, соблазн взять за шкирку ушлого старика и, тряхнув его как следует, расспросить со всем пристрастием был весьма велик…

Но не сейчас. И не в ближайшее время точно. Маг полутора десятков Заклятий, упакованный по самые брови мощнейшими артефактами, он был необходим в грядущем сражении лишь немногим меньше, чем я сам. Разобраться в ситуации с отцом хотелось сильно, но это дело от меня никуда не уйдет. А вот поражение и гибель если не моя лично, то подавляющего большинства моих людей и всех собранных на Юге войск в случае, если я от него сейчас избавлюсь или хотя бы просто израню, была почти гарантированно. Со всеми неприятными последствиями в виде прорыва к Москве и Петрограду вражеских армий и огромной вероятностью гибели Империи. Наше поражение приведет Россию к самой чудовищной катастрофе в её истории, куда более страшной, чем нашествие монголов…

Поэтому держи лицо уверенным и спокойным, Аристарх. Не позволяй ауре дрогнуть и наполниться хоть намеком на гнев, усмири клокочущую в груди злость и не сверли старика взглядом. Не здесь и не сейчас…

— За ауру не беспокойся — я её контролирую, так что ни он, ни эта Родослава по ней ничего не прочтут, — раздался в голове голос Рогарда. — А вот лицо действительно стоит сделать попроще. И зыркать прекрати, придурок — иначе действительно почует нечто неладное и Творец-Всесоздатель ведает, что он сотворить может. Напоминаю — ты, вроде как, ещё не князь и власти над этим местом, во всяком случае полной, не имеешь.

Не отвечая Рогарду, я отвел взгляд от Федора и взглянул на костер, символизирующий Алтарь. Действительно, делу время — потехе час, если эта поговорка, конечно, вообще применима к данной ситуации.

— Что дальше? — поинтересовался я у Шуйского. — Венец, держава, меч, шуба — на мне. Это, вроде, основные Регалии? Я уже князь или остались ещё какие-то формальности?

— Кое-что, совсем немногое, — раздался голос Родославы. — Сейчас…

От Федора пошла волна силы, и пламень костра недовольно загудел, отступая и сьеживаясь. А затем загудело, затрещало в ярости и взметнулось вновь. В этот же миг со всех сторон хлынули волны огня, с десятками вкраплений энергий — не Федора, а именно тех теней, что стояли все это время по углам.