Имперский Провидец - Молотов Виктор - Страница 5

– Благодарю, вы мне очень помогли, – сказал я.

Выходит, мой отец был весьма конфликтным человеком и периодически ругался со всеми членами семьи. То есть мотив мог быть у каждого, а не только у представителей мужского пола.

Это несколько усложнило мне задачу…

Напоследок я зашёл на кухню, чтобы поговорить с поваром. Мужчина лет шестидесяти с ножом для разделки мяса в руках даже не обернулся на моё приветствие.

– Я ничего не знаю, – пробурчал он, хотя я ещё ничего не успел спросить.

– Это вы позавчера вечером готовили ужин барону? – невозмутимо поинтересовался я.

Лезвие ножа вонзилось в разделочную доску с глухим стуком.

– Я любил Александра Николаевича. Всю жизнь в этом доме работал. Ещё раз меня обвините – и я за себя не ручаюсь, – хмуро проговорил повар.

– Разве я вас в чём-то обвинял? Я просто спросил, кто готовил ужин.

– Я. Как и всегда. Лично приготовил, лично отнёс.

– А барон ел или пил что-нибудь, что приготовили не вы? – спросил я.

Мужик вырвал нож из доски и продолжил резать мясо на кубики.

– Может быть, – наконец пробурчал он. – У него в спальне есть небольшой бар.

– Спасибо, – ответил я и направился к выходу.

Вот теперь, пожалуй, надо осмотреть комнату барона. Именно там он умер и, возможно, в ней найдутся какие-то улики.

Я остановил ближайшую служанку и спросил, где находятся покои барона.

– На втором этаже, – ответила она, избегая смотреть мне в глаза. – Но вам туда нельзя.

– Можно, согласно воле покойного барона, – я в который раз достал из папки копию завещания.

– Дверь заперта, и я не знаю, где ключ, – скороговоркой проговорила девушка, поклонилась и быстро ушла.

Судя по всему, ей запретили пускать меня в спальню Александра Николаевича. Никто из наследников не хочет, чтобы я нашёл убийцу раньше, чем это сделают они.

Я не сомневался, что это выходки Анастасии. Вопрос лишь в том, почему именно она не хочет пускать меня к месту смерти. Просто из вредности или боится, что я что-то найду? Дар ей не светит, значит, причина в чём-то другом.

Пришлось отправиться к начальнику охраны и долго спорить с ним, но в итоге я добился своего. Меня проводили к спальне отца и открыли дверь.

Комната оказалась меньше, чем я ожидал. Постель на большой кровати была не убрана. Судя по всему, здесь ничего не трогали, хотя полиция и побывала.

Осмотр я начал с окон. Следов проникновения не было, как и следов борьбы где-либо в комнате.

– Смерть наступила во сне, – вспомнил я отчёт из папки. – Следов отравы не выявили. Но, вероятно, это всё равно был яд. Либо, с меньшей вероятностью, магическое воздействие.

Я осмотрел комнату, заглянул в каждый ящик и без стеснения порылся даже в комоде с нижним бельём. Но пока что не обнаружил никаких зацепок. Все бутылки в баре были запечатаны, бокалы стояли сухими и чистыми.

Я залез даже под кровать, но нашёл там только пару комков пыли.

Встав, я отряхнулся и посмотрел наверх. На деревянном потолке висела старинная люстра. Ничего необычного.

Осмотрелся вокруг, в который раз оглядывая стены, и вдруг заметил царапину над изголовьем кровати.

Что это?

Скрипя зубами, я немного сдвинул тяжеленную кровать. На стене, прямо рядом с местом, где лежала голова барона, кто-то выцарапал символ. Три переплетённых кольца, заключённых в треугольник. Линии казались неровными, будто рисовали в спешке.

– Ну и что это? Какой-то магический знак? – хмыкнул я.

Достал смартфон и сделал несколько фотографий символа. Пока что это единственное, за что можно зацепиться.

Я прикоснулся к отметинам, пытаясь понять, чем их выцарапали. Такие тонкие, будто их сделали иголкой… Когда я дотронулся до символа, ощутил покалывание в кончиках пальцев и отдёрнул руку.

Интересно… Может, моя дворянская кровь отзывается на магию? Ведь все аристократы потенциально могут обладать даром.

– Вы закончили?

Горничная стояла в дверях, держа в руках связку ключей как оружие.

– Что это? – кивнул я на стену.

Она даже не подняла головы.

– Не знаю. После смерти барона здесь никто не убирался.

– А до смерти? Замечали что-то необычное в его поведении?

– Нет, – девушка мотнула головой.

– Тогда проводите меня в библиотеку, – сказал я. – Или туда меня тоже просили не пускать?

– Идёмте, – кротко пропищала девушка.

Библиотека оказалась просторным залом с дубовыми стеллажами до потолка. Пахло бумагой и пылью. Горничная щёлкнула выключателем – люстра с коваными рожками моргнула, будто просыпаясь от векового сна.

– Компьютера нет, – бросила служанка, скрываясь за дверью.

Я шагнул вперёд и провёл пальцем по корешкам книг. «История русского дворянства», «Геральдика XIX века», «Тайны дома Рюриковичей»…

Начал я с разделов о магических символах. Час перелистывал фолианты с пожелтевшими страницами. Глаза слипались от старославянских завитушек и латинских терминов. Временами казалось, что буквы шевелятся, образуя тот самый трижды переплетённый круг.

Уже наступила ночь, когда я наткнулся на чёрный том без названия. Переплёт холодно заблестел под пальцами, будто покрытый инеем. Внутри – схемы, напоминающие электропроводку, и заметки на полях кроваво-красными чернилами.

На странице сто сорок семь я нашёл тот самый символ: три кольца, треугольник, стреловидные линии по краям. Подпись гласила:

«Знак Пожирания. Используется для медленного вытягивания жизненной силы жертвы. Наносится непосредственно в месте, где жертва часто находится или спит. Оставленные следы постепенно исчезают после смерти жертвы».

По спине пробежал холодок. Я перечитал абзац ещё раз. Всё сходится! В том числе то, что символ едва заметен – он начал исчезать, когда отец умер.

– Значит, тебя убил другой провидец, – прошептал я, делая фото страницы.

Оставалось понять, кто из Зориных мог нанять специалиста. Провидцев не так много в Москве, и все они были под надзором. Кто же согласился убить собрата по дару и ради чего? Вероятнее всего, кто-то из наследников предложил провидцу достаточно денег. В таком случае стоит искать именно тех магов, у кого есть финансовые проблемы – это сильно сузит круг поиска. Потом нужно будет сопоставить, кто из них знаком с Зориными – и в подозреваемых окажется несколько человек.

Однако непонятно, как без доступа к базам данных следователей провести такую работу. Интернет иногда врёт, но, видимо, придётся обращаться именно к нему.

Время было уже за полночь. Я решил, что лучше не буду возвращаться в город, а останусь здесь. Плевать на работу, возьму выходные за свой счёт. Это дело было важнее, и на следующий день я планировал продолжить расследование.

Остальные Зорины уже разъехались. Без их присмотра слуги оказались более сговорчивыми, и меня согласились оставить на ночлег. Правда, комнату выделили в дальнем крыле, где кроме меня никого не было.

Комната напоминала монашескую келью: узкая кровать, комод с облупившейся краской, окно с решёткой. Я проверил замок на решётке – старинный, но надёжный. Запер дверь и убедился, что нигде в комнате нет никаких магических символов.

Предложенный ужин есть не стал, обошёлся ореховым батончиком, который отыскал в сумке.

Перед сном я позвонил Сергею и убедился, что у брата всё в порядке. Когда лёг спать, то вдруг понял, что с нетерпением жду завтрашнего дня. Расследование только началось, и теперь у меня есть хоть какие-то зацепки.

Уснул я быстро. А проснулся посреди ночи от того, что внезапно стало слишком жарко.

Я открыл глаза и невольно вздрогнул. Потому что в воздухе надо мной висела большая птица, похожая на феникса. Её крылья пылали огнём.

– Я что, до сих пор сплю? – пробормотал я.

Птица раскрыла громадный клюв и бросилась на меня. Кривые когти нацелились мне в лицо, и я понял, что это не сон…

Глава 3

Я уклонился, и когти феникса вонзились в подушку. Скатился с кровати на пол и вскочил на ноги. Феникс завис в воздухе над кроватью, махая своими крыльями, и не торопясь снова нападать. Но его ярко-жёлтые глаза неотрывно следили за мной.