Разлом (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич - Страница 44

Старушка оказалась не такой сухой и черствой, какой сразу воспринял ее Матвей.

— А вы кем работали до пенсии?

— Директором школы. — Ответила Мария Алексеевна.

— Ясно. Держали, значит, с мужем всю деревню в руках, от мала до велика. — Пошутил Матвей.

— Держали, было время. Иди, забирай остальное, а то твои товарищи трутся у калитки. Сейчас соседи начнут суетиться.

— Хорошо.

Матвей Леонидович выкатил тачку за двор. Быстро закидали остатки припасов в неё и вернулись к погребу. Мария Алексеевна стояла уже в накинутой на плечи шали.

— Жара, говорите, а становится только холоднее. И дождь непонятно, когда закончится.

— Будет хорошо, если мы ошибемся. — Произнес Александр. — Вам от нас никаких проблем не будет, только порядок наведем. У вас, кстати, стекла не выбило в доме?

— Потрескались, но не вывалились. Тьфу-тьфу-тьфу. А вот у Анохиных по соседству, вылетели все и даже крыша рухнула. Я же говорю, мой Коленька строил на века. Разбирался во всем.

— Это хорошо, так нам всем спокойнее. — Ответил Александр.

Мария Алексеевна показала, куда вывозить мусор из погреба и собралась уходить.

— Тимофей, идем со мной, напою чаем с конфетами. — Предложила она, решив, что ребенку рано еще работать физически.

— Не, я останусь помогать. — Неожиданно отказался он.

Матвей Леонидович загордился внуком. За несколько дней он совершил огромный рывок от ленивого подростка до ответственного мальчишки, понимающего и ценящего свою роль в команде.

Александр вывозил мусор в яму, а Матвей и Тимофей собирали его по полу погреба веником и лопатой. Томатные и огуречные рассолы смешались на полу с лечо, вареньями и компотами. Запах в погребе стоял сильный и невообразимый по палитре.

— Ну, что, дождь не стал теплее? — Поинтересовался Матвей у спустившегося в очередной раз инженера.

— Вроде нет. Я постоянно контролирую температуру. Сколько времени прошло, как мы сели?

— Два с копейками. — Матвей посмотрел на часы.

— Вот будет позору, если тревога окажется ложной. — Хмыкнул Александр.

— Как говорила моя мать, стыд не дым, глаза не ест. Переживем. Лучше выглядеть дураком и смотреть в глаза живым людям, чем наоборот.

— Согласен.

Битое стекло и сладко-соленую жижу с помидорами и огурцами выносили ведрами. Тимофей сбегал наверх, набрал воды и отмывал выложенный плиткой пол. Прошел еще час. Работы была почти завершена. Несмотря на большие потери, целых банок с вареньями, соленьями и компотами осталось еще много. Троица собралась занести собственные припасы и набрать побольше питьевой воды на всякий случай. Тимофею разрешили отдохнуть. Он остался в погребе с телефоном и открытой банкой клубничного варенья.

Воду набирали из колодца. Она уже имела запах химии, но на вкус он еще не ощущался. Заполнили все ведра, которые нашли в сараях и во дворе и даже несколько стеклянных десятилитровых бутылей, используемых в ветеринарии для хранения спирта или кислоты.

Матвей носил емкости, а Александр наполнял их. В какой-то миг оба почувствовали, как порыв ветра дохнул банным ароматом, теплом и сыростью. Мужчины тревожно переглянулись. В небе пока еще не появилось никаких признаков изменения погоды. Мелкий дождь с тихим шелестом поливал землю.

— Надо будет успеть предупредить бабку собрать вещи и продукты. — Решил Александр.

— Дождемся явных признаков приближения пекла и тогда сообщим Марии Алексеевне. — Решил Матвей.

В погреб спустили остатки воды и прошлись по сараям, думая, что могло пригодиться, если пекло все же доберется до этих мест и уничтожит всё, что находится над землей. Собрали садовый инструмент, все ключи, отвертки, молотки, топоры, бензопилу и старую ручную дрель. Александр снял со стены сплетенные косы лука и чеснока, разложенные для просушки на мешковине сухофрукты.

Матвей нашел в коробочке скрученные на газету новогодние гирлянды. Электричества после катастрофы не было нигде, но на глаза ему попался старый и явно не рабочий пылесос. Он решил, что Александр владеет навыками, как из электродвигателя сделать генератор электричества. Он сам готов был крутить рукоятку, чтобы не сидеть сутками в темноте.

Взял две гирлянды, пылесос и вышел из сарая. На лицо упали теплые капли дождя, гораздо теплее, чем были несколько минут назад.

— Саня! Александр! Началось! — Выкрикнул он, припустив в сторону погреба.

Инженер выскочил из гаража с чемоданом и выставил руку под дождь.

— Я за бабкой. — Сообщил он.

Оставил чемодан у входа в ангар с погребом.

— Там полный набор инструмента для ремонта чего угодно. — Сообщил он и рванул в сторону дома. — Мария Алексеевна…

Матвей Леонидович спустился в подвал. Внук сидел с ногами на крепкой полке. Его лицо освещалось экраном телефона.

— Тимоха, началось. Пошел теплый дождь.

— А мне что делать, дед? — Тимофей отвлекся от телефона.

— Не знаю. Сделай испуганное лицо что ли. — Пошутил Матвей Леонидович. — Страшно же.

— Мне нет. — Тимофей посветил на пылесос. — Мы будем пылесосить?

— Ага, и хороводы водить вокруг елки. — Дед положил на полку гирлянды. — Предложу Сане сделать из электродвигателя генератор, чтобы гирлянды тянул.

Матвей поднялся за чемоданом с инструментом. Весил он много, сразу ясно, что с железом. Оставил в погребе и когда снова оказался на улице, понял, что температура поднялась еще на несколько градусов. Зашел в дом, чтобы помочь собраться хозяйке дома.

Она собрала посередине прихожей целую гору необходимых вещей: кухонную утварь, весь гардероб, несколько аптечек, иконы, портреты со стен, альбомы, спальные принадлежности и самое главное, табуретки. Инженер растерянно смотрел на Матвея. Тот незаметно пожал плечами, но хозяйка заметила их мимический диалог.

— А я вам что, на полу сидеть буду. Я бы еще и кровати туда занесла. — Заявила она.

— Надо поторапливаться. Дождь становится теплее. — Предупредил он.

— А если это просто теплый дождь? Сейчас же лето. У нас часто идут теплые дожди. — Марию Алексеевну терзали сомнения.

Одиноким женщинам в ее возрасте все казались жуликами, аферистами и насильниками. Люди со странными заявлениями, появившиеся внезапно и всполошившие ее размеренную жизнь, пусть и нарушенную страшной катастрофой, априори вызывали подозрение. Она пыталась прокрутить в голове сценарий их аферы, думая, что им от нее больше нужно, имущество или чего похуже. При этом она старалась не терять достоинство, старалась выглядеть как директор школы на линейке.

— Выйдите на улицу и проверьте, такие у вас дожди или нет. — Посоветовал Матвей Леонидович. — Стали бы мы после почти двух тысяч километров пути заниматься ерундой, пугая одинокую женщину. Мне внука надо спасти и самому спастись, чтобы вернуть его потом родителям.

— А я посмотрю. — Мария Алексеевна вышла на крыльцо и подставила ладонь под дождь.

На улице уже и без этого становилось понятно, что с погодой что-то не так. Ощущение бани усиливалось. Она вернулась решительным шагом назад.

— Ну, что смотрите, несите это все в погреб. Убедили, да дождик теплее, чем обычно. — Распорядилась она.

Матвей взял в руки целый ворох одежды и вышел из дома. Со стороны улицы раздался шум. Он остановился узнать причину. Пастух Геннадий, посвистывая, как Соловей-разбойник и щелкая кнутом, гнал небольшое коровье стадо.

— Куда это он? — Удивилась Мария.

— А в каком направлении у вас штольни? — Спросил Александр.

— В том. — Она указала туда, куда гнали скотину. — А вам зачем?

— Пастух ваш про них рассказывал. — Александр не стал вдаваться в подробности.

Мария Алексеевна не уловила связи, но настаивать на объяснении не стала. Необыкновенно теплый дождь заставил ее поступать прагматично, меньше говорить и больше действовать.

— Не намочите одежду. — Попросила она Матвея Леонидовича. — В погребе она не высохнет и приобретет несвежий запах.

— Ничего, мы вынесем ее наружу. Там она высохнет за две секунды. — Пошутил Матвей.