Запретное желание принцессы Амелиты (СИ) - Цветкова Виктория - Страница 63

— На меня обманка напала! Вон она, лови, лови!

Других объяснений Марсу и не требовалось. Он обогнал меня.

Да! Хищник стал жертвой!

Плод катился вперед с невероятной скоростью. Уже потом я узнала, каким образом обманке это удавалось. Этот плод лишен корней, зато наловчился выбрасывать тонкие, но прочные жгуты-лианы, захватывая жертву. Выстреливая ими и зацепляясь, словно щупальцами, это странное растение подтягивает плодовое тело с удивительной быстротой и ловкостью.

Нам почти удалось загнать обманку, прижав ее к утесу, но в последний момент рыжая бестия закатилась в узкую щель под скалой и исчезла.

— Вероятно, это существо живёт в этой норе, — предположил ди’Зорр.

— Разве растениям не нужно солнце для жизни?

— А где ты видишь сейчас солнце? Почему ты сразу не позвала меня, а бросилась за ним сама?

— Бросилась? — возмущённо переспросила я, гневно подступая к некроманту. Коса растрепалась, волосы настырно лезли в глаза. Я сердито откинула их и прорычала: — Эта дрянь обхватила меня за ногу своим жгутом и проволокла за собой половину этого леса!

— Нужно было кричать и звать на помощь, — не отступал Марс.

— В следующий раз обязательно, — проворчала я, потирая ноющую поясницу.

Марс недовольно фыркнул и наклонился, чтобы оценить наши шансы изловить забившуюся под скалу обманку.

Вот в этот-то момент нас атаковал целый отряд обманок. Позднейшее исследование свело их количество к трем, но вначале мне показалось, что хищных шаров не меньше десятка. Они разом вынырнули из рощицы и мгновенно опутали нас сетью жгутов. Их цепкие щупальца со свистом взвивались в воздух и оплетали наши руки, ноги и туловища.

Одна из тыкв накинула свой жгут прямо на горло Марса, и тот захрипел, силясь разорвать сдавившую горло лиану. Не вышло. Я попыталась прийти ему на помощь, но лишь повалилась навзничь.

Почувствовала резкую боль в бедре и застонала.

«Эта дрянь укусила меня!»

Я в панике задергалась, но это нисколько не помогло.

— Что тут у нас? — раздался вдруг чей-то незнакомый голос. — Эй, Гонч, посвети-ка сюда!

Бледный луч скользнул по траве рядом со мной.

— Ха-ха, обманки решили полакомиться свежей кровушкой! — прозвучал глумливый ответ. — Ловко ты углядел их, Лоис!

Лежа ничком, я с трудом повернула голову, чтобы посмотреть на незнакомцев, которые с видом праздных зевак так равнодушно переговариваются, наблюдая расправу тыкв-кровопийц.

Черные тени. Двое. Я смотрела с земли, и они показались мне гигантами. Их глаза скрывались под тенью низко надвинутых капюшонов, а нижняя часть лица пряталась под маской.

— Помогите, — прошептала я. Голос прозвучал хрипло, так как щупальце захватило шею.

— Помочь? — усмехнулся тот, кто заговорил первым. Он подошел ближе. Я увидела очертания его сапог перед собой. — А что нам будет, если мы вас спасем?

— Да ну, возиться еще! — проявил жестокосердие Гонч. — Пускай тхаровы обманки нажрутся этими двумя, зато целый месяц не будут утаскивать наших рабов!

79 Отрезвление

Меня снова укусили — на сей раз за место, на котором обычно сидят.

Я заорала. Громко. Надеясь, что наши друзья услышат и придут.

— Тихо ты, девка, а то мы передумаем и бросим тебя здесь на съеденье, — стращал Лоис.

— У нас есть золото, — прошептала я в полном отчаянии. Оно лишь обострилось, когда я увидела, что Марс больше не силится освободиться. Сильное тело некроманта обмякло. Шевелились лишь оплетшие его лианы, и это было отвратительно.

— Ха, что ж, богатенькие птенчики нам, пожалуй, пригодятся, — снова хохотнул Гонч.

«Весельчак, хырова чешуя!»

— Скорее! Иначе они всю кровь из нас выпьют! — придушенно просипела я. Красные круги плыли перед глазами от нехватки кислорода.

— Не указывай, иначе можем и передумать! — прикрикнул Гонч.

Послышался троекратный чавкающий звук — мужчины затаптывали наших мучителей тяжелыми сапогами. Мои путы не ослабли, но хотя бы перестали мерзко шевелиться и ползать по телу.

Один из гнусных типов наклонился над Марсом.

— Готов, — хмуро пробормотал он.

«Что это значит?»

Вдруг мужчина выпрямился и прислушался.

— Берем девку и уходим. Быстро, — приказал он.

Я вскрикнула, когда меня резко вскинули на плечо. Жгуты больно впивались в грудь, выбив воздух.

Мир погрузился во тьму.

* * *

Я пришла в себя от того, что в лицо бил холодный ветер. Совсем рядом слышалось непонятное сухое шуршание. Я никак не могла определить природу этого звука, пока не пришла в себя настолько, чтобы осознать, что лежу поперек седла на спине верда, а странный звук — шуршание его кожистых крыльев.

Тела я почти не чувствовала. Пошевелиться или сменить позу не могла из-за крепких пут.

«Проклятые тыквы-обманки. Они и впрямь обманули нас».

Что это за существа? Откуда они взялись? Никакие это не растения! Теперь не удивляет, что о коварных зверюгах в большом мире ничего не слышно. Просто от этих хищников лишь единицам удавалось уйти живыми. Смертоносные цепкие жгуты мгновенно удлиняются и укорачиваются. А еще эти монстры обладают некими зачатками разума, позволяющими заманивать ни о чём не подозревающего путника красивыми цветами, и убегать, если чувствуется превосходство противника. А ещё, нападать стаей.

«Внезапно выскочившим из леска монстрам, как ни странно звучит, удалось захватить нас врасплох. Магия не действовала на них. Никакая. Я уверена, что и Марс перепробовал всё, что было в его арсенале».

Марс.

Слёзы покатились по щекам, ветер тут же высушивал их. Что с ним? Он упал и не двигался, когда его тело плотно опутали тугие жгуты.

Марс. Верный, надежный друг. Только не умирай! Я проклинала себя и своё эгоистичное желание стать сильным магом. Как это глупо и по-детски, пытаться перепрыгнуть через себя и свои возможности. Поистине, что бы со мной ни произошло в плену у мерзких рабовладельцев, я буду справедливо наказана за гордыню! Шандор не дал мне магию великого рода дей’Риноров, и было дерзко со стороны простой смертной идти против его воли.

Но я бросила вызов богам, и теперь из-за меня, возможно, погиб прекрасный человек. Я никогда не прощу себе смерти Марса!

А огромные крылья верда несли нас дальше и дальше. В лунном свете поля с синей травой казались эбеново-чёрными провалами. Вскоре вдали замаячили крыши крытых пальмовыми листьями хижин, и всадники начали снижение.

Меня снова грубо схватили и закинули на плечо. К счастью, на сей раз я сознание не потеряла, хотя была близка к этому. На несколько минут мир словно заволокло туманной плёнкой. Я слышала чьи-то голоса, но не понимала ни слова, так громко в голове стучала кровь. Наконец, меня бросили на что-то мягкое, после чего оставили одну в сарае.

Немного придя в себя, я огляделась в полумраке. Лунный свет проникал через дырявую крышу. Сарай был наполовину завален сеном. Ложе удобное, если не обращать внимания на то, что в углу все время кто-то скребся.

Я прислушалась, применив доставшийся от матери дар: маленький разум громко радовался найденному колоску с зернами. Прервав контакт, брезгливо поёжилась — терпеть не могу анур и прочих мелких, вечно копошащихся грызунов.

Странно было не чувствовать ни рук ни ног. Впрочем, укушенные места немного ныли.

Я напряглась и попыталась высвободить прижатую к бедру кисть правой руки. Пришлось помучиться, но все-таки удалось. В результате один из жгутов ослаб, и я чуть приспустила его с бедра, тем самым освободив и левую руку.

На этом мои успехи закончились, потому что в сарай вошла пожилая женщина в пёстром платке, повязанном на степной манер. Она несла масляную лампу, а также небольшую миску.

Я вновь прижала руки к бокам, чтобы старуха не поняла, что они уже не связаны.

Осветив меня, орчиха довольно закряхтела и невнятно забормотала себе под нос: