Без памяти во лжи (СИ) - Петухова Настя - Страница 38

Мы проходим регистрацию, садимся в самолёт, и я смотрю в окно, пока земля уходит вниз. Мама сидит рядом, чуть нервничает, я беру её за руку, поддерживаю, и она улыбается мне, пытаясь храбриться.

Мне поначалу тоже немного страшно, но присутствие рядом Ареса успокаивает...

Когда мы приземляемся, я вижу вывески на французском, слышу объявления, и сердце замирает, пропуская удар.

Франция. Париж.

Я поворачиваюсь к Аресу, глаза расширяются, и я не могу связать слов от счастья. Это моя мечта — погулять по узким улочкам, вдохнуть запах истории и увидеть Эйфелеву башню, Нотр-Дам-де-Пари. Всё, о чём я читала в книгах!

Я бросаюсь к нему, обнимаю крепко, прижимаюсь к его груди. Он смеётся, обнимая меня в ответ.

— Сюрприз удался? — шепчет мне на ухо.

Киваю куда-то в грудь, так и не отпуская его. Вдыхаю его запах, плавлюсь в его руках.

— Это невероятно, — голос буквально звенит от переполняющих эмоций. — Спасибо, Арес!

Мама смотрит на нас, улыбается, и я замечаю, как она расслабляется. Уверена, она всё понимает... я безгранично люблю этого мужчину!

Мы берём такси до отеля — небольшого, уютного, с видом на крыши Парижа. Арес забронировал отдельные номера — один для меня, один для мамы, один для себя. Чтобы, по его словам, всем было комфортно...

Мы с ним близки, но грань интимностиещёне переходили. Иногда я позволяю ему целовать меня — мягко, осторожно, на прощание после кафе или кино, — и эти мгновения остаются со мной, яркие, запоминающиеся.

Для него они тоже важны, я вижу это в его глазах, в том, как он замирает после, будто боится спугнуть меня. И в том, как он мечтает о большем, но даёт мне время, чтобы решиться и созреть для следующего шага...

Париж встречает нас холодным воздухом, запахом свежих круассанов и шумом улиц. Мы гуляем втроём — я, Арес и мама. Я веду их по узким улочкам, показываю дома с резными балконами, кафе с маленькими столиками, где пьют кофе старики в беретах.

Мама удивляется всему, трогает стены, будто проверяет, настоящие ли они, а я смеюсь, когда она фотографирует каждый мост через Сену. Арес идёт рядом, иногда берёт меня за руку, и я чувствую его тепло даже через перчатку.

Вечером мы сидим в кафе, пьём горячий шоколад, после чего мама уходит в номер отдохнуть. Мы с Аресом остаёмся вдвоём, любуемся огнями ночного города через окно.

— Это была твоя мечта, да? — спрашивает он, кивая на улицу.

— Да, — улыбаюсь. — Я читала про Париж в книгах, смотрела фильмы. Мечтала увидеть его с кем-то... важным.

Он смотрит на меня, и я вижу, как его глаза светлеют.

— Я рад, что это я, — говорит он тихо, и я краснею, но не отвожу взгляд.

Хватит прятаться и скрывать свои чувства, он должен знать, что стал для меня всем!..

Мы гуляем дальше — вдоль Сены, под Эйфелевой башней, что сверкает в темноте. Я рассказываю ему про историю, про революции, про художников, что рисовали эти улицы, и он слушает, иногда задаёт вопросы, иногда просто смотрит на меня с нежностью, которую я люблю всем сердцем.

С каждым днём я влюбляюсь в него всё сильнее и сильнее. А здесь, среди старых камней и зимнего ветра, он кажется ещё ближе, ещё роднее.

Уже глубокой ночью мы стоим на мосту, смотрим на воду, и он поворачивается ко мне.

— Можно? — всего одно слово, но я знаю, о чём он. Киваю и сама же делаю последний крошечный шаг, сокращая расстояние.

Он наклоняется и целует меня — мягко, но с такой глубиной, которую я чувствую каждой клеточкой тела. Его губы тёплые, несмотря на холод, мягкие, желанные... я отвечаю, прижимаясь к нему ближе.

Это мгновение — одно из тех, что я запомню навсегда, и я знаю, что для него оно такое же.

Арес отстраняется, смотрит на меня, и я вижу в его глазах счастье, смешанное с чем-то бо́льшим.

— Ты счастлива, Эмили? — это не просто вопрос, я знаю, что он вкладывает в него нечто большее.

— Да, — произношу на выдохе. — Очень. Рядом с тобой, Арес!

Франция — моя мечта, но с ним она становится чем-то бо́льшим. Я гуляю с любимым по улочкам, пропитанным историей, наслаждаюсь каждым моментом и понимаю, что он — часть этого счастья.

Мы не торопимся, не переходим границы, но каждый поцелуй, каждый взгляд делает нас ближе.

Я влюблена в него — в его доброту, тепло, в его душу, которую он открыл мне. И здесь, в Париже, я чувствую, что это только начало.

Глава 48: Арес

Арес

Смотрю на Эмили каждый день и понимаю, что она — свет, которого я не знал в своей жизни прежде.

Несколько месяцев прошло с тех пор, как она дала мне шанс, и я ухаживаю за ней, как за самым ценным сокровищем в мире.

Встречаю после занятий, буквально считая секунды, чтобы увидеть мягкую, искреннюю улыбку, от которой моё сердце заходится в безумном ритме. Каждый момент, проведённый рядом с ней, как глоток свежего, чистого воздуха после долгого погружения в темноту.

Я влюбляюсь в неё — медленно, глубоко, необратимо. Не просто влюбляюсь, а люблю — всей душой, всем, что у меня есть.

Она не похожа на Селену, совершенно не похожа на тех, кто был до неё!

Эмили особенная. Единственная.

Её простота и красота, тепло и нежность, искренность, смех... я даже не предполагал, что когда-нибудь стану зависим от них. Зависим от девочки, которая волею случая ворвалась в мою жизнь, абсолютно и бесповоротно изменив её.

***

Развод с бывшей женой оформили достаточно быстро. Через моего адвоката Селена подписала все необходимые бумаги, по которым она осталась с тем, с чем пришла. Ни с чем.

Насколько мне известно, недавно закончился суд над ней и Миллером. Я полностью отрешился от этой ситуации, отдав контроль в руки Вейна. И раз он молчит, значит, в процессе не возникло никаких непредвиденных проблем, и виновные получили по заслугам. Что, безусловно, не может не радовать.

Эта история закрыта.

***

Последние недели я думал о том, как сделать Эмили счастливой, как показать ей, что она — моя жизнь... Именно та, с кем я хочу засыпать и просыпаться, проводить вместе каждый миг, каждую свободную минуту.

Решение пришло само собой, в тот момент, когда Эмили делилась своими мечтами.

Париж. Город любви.

Она сказала, что побывать там — её мечта. Я хочу исполнить её, но не только ради этого... я хочу сделать ей предложение — красивое, романтичное, такое, чтобы она запомнила его навсегда.

Когда основные приготовления к поездке завершены, я звоню ей. Голос дрожит от волнения, но я изо всех сил стараюсь держать его ровно.

Страх, что она может отказаться, ядом растекается по венам. Но... даже если всё случится не самым наилучшим образом, я не сдамся. Найду другую дорогу к её сердцу. Покорю, завоюю и докажу, что достоин.

— Хочу предложить кое-что, Эмили, — вместо имени я мысленно произношу «любимая». — Поедем в путешествие? Ты, я и твоя мама.

Я знаю, как для моей девочки важна Анна, поэтому изначально планирую поездку на троих.

Она молчит секунду, потом смеётся — тихо, радостно.

— Куда? — слышу любопытство в её голосе.

— Сюрприз, — моё сердце начинает биться быстрее. Хочется поделиться с ней, но я держу все детали поездки втайне. — Просто скажи ей. Я всё организую. — уже организовал, но это знать не обязательно. Не хочу давить или принуждать, хочу, чтобы она решила сама.

Эмили соглашается, и я вижу, как она счастлива, когда мы забираем Анну из деревни.

Я не говорю, куда мы летим, изо всех сил стараясь держать интригу до последнего. И когда самолёт садится в Париже, наслаждаюсь тем самым эффектом, на который рассчитывал... — её глаза загораются и сияют ярче, чем звёзды.

Эмили бросается ко мне и обнимает так крепко, что я чувствую её тепло через толстую ткань пальто. Обнимаю в ответ, скольжу ладонями по спине и вдыхаю запах её волос, что стал уже до боли родным.

Моё сердце сжимается от любви, грохочет в груди так, что, кажется, сейчас проломит рёбра и унесётся вскачь...