Последний ритуал - Калинина Наталья Дмитриевна - Страница 4

– Попрошу каждого сотрудника расписать самостоятельно его обязанности, – выкрутился Макс. – Елена Васильевна не знает всей правды. Она думает, что у нас сыскное агентство.

– Ну хорошо уже хоть не клининговое. Иначе пришлось бы при ней на задания уходить с ведрами и швабрами. Кстати, о клининге, – зашуршала страницами блокнота Марина. – Девушка, которая приходит убирать офис на втором этаже, согласилась работать и у нас. На днях приступит. Начинать будет в восемь, а к девяти уже заканчивать. Я закажу ей дубликат ключей?

– Закажи, – разрешил Макс. До этого чистоту поддерживали своими силами. Но Марина решила по-другому.

– Завтра еще придет сантехник: посмотрит, из-за чего засорилась раковина в туалете.

Она, читая следующую запись, прикусила кончик карандаша. Этот жест отчего-то показался Максу волнительным. Ох, он был прав в своих опасениях, что ему будет непросто выдерживать с Мариной в офисе только рабочие отношения…

– Я заказала рюкзаки, как ты и хотел. Содержимое приедет отдельно. Аптечки, фонарики, веревки для спусков…

Ее перебил звонок в домофон. Марина не глядя ткнула в кнопку. И спустя несколько секунд в офис вошел Марк Гвоздовский.

– Здравствуйте, – поздоровался мужчина, пожал Максу руку и с некоторой опаской покосился на испуганно замершую Марину. – Кхм… Я приехал, чтобы рассказать о странном и трагическом случае с одной моей знакомой. Ее родители готовы заплатить любые деньги, чтобы помочь своей дочери.

Макс перевел взгляд с Марка на явно запаниковавшую Марину и пригласил:

– Пойдемте. Марин, ты тоже.

Глава 2

Наверное, она изменилась в лице, потому что оба мужчины посмотрели на нее с явной тревогой. Марк, похоже, ее реакцию принял за неприязнь к нему: чуть улыбнулся и поспешно отвел глаза.

– Пойдемте. Марин, ты тоже.

Она схватила блокнот: сделает вид, что занята пометками, и избежит зрительного контакта с Гвоздовским.

Нужно было предложить гостю кофе или другие напитки, но Марина, думая о кошмарном предсказании, об этом позабыла. Макс покосился на нее, сразу занявшую свободный стул и отодвинувшуюся в уголок, и сам спросил, что желает гость. Но Марк от всего отказался.

С Мариной Гвоздовский-младший тоже старался не встречаться взглядом. Может, думал о том дне, когда открылось его настоящее имя. Марина же не могла избавиться от увиденной два дня назад картины: Наташа в открытом заснеженном поле испуганно озирается по сторонам, зовет Марка по имени, а потом…

– Мариш? – тихо окликнул Макс.

– Да, – пробормотала она и постаралась сделать заинтересованный вид.

Сестре она, конечно, о визите Марка не расскажет. Наташа увлечена написанием романа, согласилась сходить со своим сокурсником в кино. Нечего в лишний раз напоминать ей о Гвоздовском.

– С моей хорошей знакомой случилось нечто страшное, – начал Марк. – Зоя – веселая и общительная девушка. Была. Сейчас же она замкнулась в себе: молчит, сидит, уставившись в одну точку, в своей комнате. Иногда по ночам, со слов родителей, кричит, бьется о стены, словно пытается найти выход. Что-то ее пугает, но о своих страхах она не рассказывает. Зоей занимаются лучшие врачи, но пока без результатов.

«А мы тут при чем?» – вяло подумала Марина и принялась заштриховывать квадратики в блокноте. «Марк! Ма…» – снова услышала она голос сестры из своего видения и на мгновение зажмурилась, чтобы прогнать жуткую картину: Наташа, насмерть перепуганная, бежит по заснеженному полю к лесу, а потом на нее наваливается что-то громадное и темное. Раздается истошный вопль, который обрывается резко, словно отсеченный ножом.

– Родители Зои готовы отдать любые деньги за то, чтобы их дочь стала прежней, – закончил Гвоздовский.

– Марк, думаю, это не в нашей компетенции, – осторожно начал Макс, но гость его перебил:

– Подождите, главное я не сказал. Все это началось после поездки Зои с подругами на ретрит – отдых в уединенном месте с медитациями и аскезами. Сейчас это довольно популярно. Зоя не раз ездила с подругами в такие места. Но потом случилось все это…

Марк набрал воздуха и на выдохе скороговоркой произнес:

– Одна из девушек, популярный блогер, в той поездке погибла. Об этом писали. Другая девушка, известная модель, пропала, и ее до сих пор не нашли. Зоя вернулась одна. Поначалу казалось нормальным, что она впала в депрессию: потеряла сразу двух подруг. Но вскоре стало ясно, что ее психическое состояние гораздо серьезнее.

– Марк, вы снова говорите о психическом состоянии вашей знакомой. Боюсь, тут мы не можем помочь, – аккуратно заметил Макс, и Марина слегка улыбнулась. Может, этот случай действительно его не заинтересовал, а может, он пытался в угоду любимой девушке отказаться от сотрудничества с Гвоздовским-младшим.

– Этот «коуч» набирает новую группу, – резко заметил Марк, вытаскивая телефон. – Запись почти закрыта. Обычно места заканчиваются еще до того, как набор объявляется открытым, и составляются списки ожиданий. А последнее место разыгрывается. Как бы не случилось новой трагедии.

– Почему вы так уверены, что должно еще что-то произойти?

– Зоя… – сказал Марк, отыскивая что-то в телефоне. – Позавчера она расписала стены своей комнаты вот этим.

Макс взял протянутый смартфон и вслух зачитал:

– «Они следующие».

Он вскинул темные брови и спросил:

– Чем она размалевала стены? Выглядит как…

– Да, это кровь. Ее собственная и… – Марк споткнулся на фразе, поморщился и выдавил:

– В комнате нашли тушку убитого голубя. Видимо, птица залетела в форточку, Зоя ее поймала и свернула шею. А себе она прокусила до крови руку.

– Жесть какая, – пробормотал Макс и покосился на Марину.

– Если решите взять это дело, я состыкую вас с семьей моей подруги. Обещаю, заплатят очень хорошо, – уже деловым тоном завершил Марк, будто это он был тут начальник. Вытащил из кармана визитку и положил ее на стол. Макс посмотрел на белый прямоугольник и нарочито веселым тоном спросил:

– Скажите, Марк, это Станислав Родионович вас снова подослал? Я с ним встречался этим утром и…

– Нет. Сейчас я здесь по собственной инициативе. Даже предпочитаю, чтобы папа не знал о моем приезде, – Гвоздовский обаятельно улыбнулся. – Иначе достанет меня вопросами.

– Ясно, – Макс поднялся, чтобы проводить гостя. Марина тоже встала, но растерянно замерла возле стула: выйти в коридор или остаться?

Гвоздовский накинул пальто и, оглянувшись, не удержался от вопроса:

– Как Наташа?

– Хорошо! – лучезарно заулыбалась Марина. – На каникулах. Встречается со своим сокурсником. Парнем нашего круга.

– Я рад за нее, – отрывисто произнес Марк, кивнул и вышел. А Марина снова опустилась на стул и сжала дрожавшие колени пальцами. Она сделала все возможное, чтобы отвести от сестры беду. Но какие еще подножки заготовила судьба? Спорить с той – все равно что пытаться обыграть опытного наперсточника. Марина может попросить Макса не иметь дел с Гвоздовским-младшим, надавить, хоть эмоциональный шантаж был не в ее духе. Только вряд ли это поможет, лишь испортятся отношения с любимым человеком.

Макс вернулся в кабинет и присел на край стола. Провел пятерней по черным волосам и решительно произнес:

– Мариш, я догадываюсь, что ты хочешь сказать…

– У меня вообще нет слов, Макс, – усмехнулась она и деланно пожала плечами. Впрочем, кого она пытается обмануть?

– Я могу отказать Марку под любым предлогом, но, если ему и Наташе суждено пересечься, они встретятся где угодно, даже в метро, пусть сын олигарха туда и не спускается.

– Д-да, – согласилась Марина, хоть в качестве протеста ей захотелось кричать.

– Запретить Марку приезжать к нам я тоже не могу: в агентстве работает его сестра. Похоже, и отец, и брат пытаются возобновить с ней родственные отношения.

– Макс, я не собираюсь усложнять и без того непростую ситуацию, – перебила Марина, потому что от его слов становилось еще невыносимей. Умом она соглашалась с ним, но внутри все сжималось от ужаса. – Ставить тебе ультиматумы не буду. Понимаю, что бесполезно вмешиваться в надежде все изменить…