Соло #3 - Маханенко Василий Михайлович - Страница 9

Но эта была та тренировка, которую я не хотел бы пропустить ни за что на свете. Лучшая за обе мои жизни.

Глава 4

– Подписывай. – Ксавьер Флеймворд передал мне пакт о неразглашении. – Это обязательная процедура, Соло. Без неё мы дальше не продвинемся. Вас двоих это тоже касается.

Речь шла о ректоре и моём учителе. Те поставили свои размашистые подписи достаточно быстро, вынудив сделать то же самое и меня. Моё первое соглашение о неразглашении, подписанное в этой жизни. В прошлой таких штук было много.

– Здесь отображены в реальном времени все разломы, находящиеся в империи. – На столе появилась огромная карта. Хотя, как по мне, крайне редкий артефакт, изготовленный каким-то гением. Не думаю, что древние заботились о том, чтобы отслеживать несуществующие в их времена разломы, поэтому карта являлась творением нашего времени. Сто-двести лет в этом плане значения не играют.

Артефакт оказался изменяемым – можно было увеличить какую-то область, чтобы посмотреть детали территории. Это было необычно, но удобно. Ранг разломов на картах отображался в виде цвета, поэтому в большом масштабе карта империи представляла собой весьма пёстрое зрелище. Лишь в самом центре, где когда-то функционировала боевая академия клана Хаоса, а сейчас располагались проклятые земли, находилась некрасивая чёрно-красная клякса десятых разломов.

– Если высшие роды узнают о существовании этого артефакта, род Флеймворд может закончить своё существование, – заметил Шир, покрутив карту. Маг тьмы нашёл территорию Тримуса и, увеличив, взглянул на несколько разломов четвёртого ранга, находящихся в лесу в двух-трёх днях пути от города. Судя по описанию, лес и вся территория рядом принадлежали Тельмарам, что управляли областью. Значит, не выполняют эти маги огня указ императора и не уничтожают стихийные разломы, появившиеся на их территории. Скорее, наоборот, они их всячески поддерживают, питая разломных тварей рабами.

– Поэтому вы и подписали соглашение о неразглашении, – произнёс Ксавьер Флеймворд. – Соло, куда нам нужно отправляться в первую очередь?

Советник императора прибыл утром. Откровенно говоря, его не ждали. Всю ночь академия бурлила от произошедшего с Мигелем Аквалором, утром ожидали представителей правящего рода клана Воды, но никак не советника императора.

– Первый разлом находился здесь. – Я без труда нашёл точку, где когда-то находился странный разлом пятого ранга.

– Позволите? – Ректор взял линейку и отмерил расстояние от предполагаемой точки активации ритуала до разлома, после чего сделал засечку на линейке и очертил круг. Вышло плохо – расстояние от проклятых земель до границы империи везде было разным.

Учитывая, что я говорил про границы империи, такой вариант сразу же отпал. Вот только полностью отказываться от него я не стал. Потому что разлом, который мне довелось пройти, принадлежал стихии хаоса, в то время как сам Хаос в ритуале участия не принимал. Что, если длина лучей шестиугольника зависит от силы участника ритуала? В таком случае шестой разлом, что отвечал за Хаос, формировался по остаточному принципу.

– А если так? – Я взял шесть карандашей и прямо на карте сложил их в правильный шестиугольник, взяв в качестве центра фигуры бывшую боевую академию клана Хаоса, а вершины расположив таким образом, чтобы одна из них находилась строго на линии между центром и уничтоженным мной разломом.

Только я закончил крутить карандаши, как Шир поместил на карту пять кинжалов, обозначая направление поисков.

– Этот. – Первый разлом я узнал практически сразу. Он имел восьмой ранг и находился в северных горах на окраине империи. Территория там была безжизненной – слишком суровый климат тех мест не позволял людям основать там более-менее серьёзное поселение. Города на севере были, без этого никуда, но находились они далеко от нужного нам разлома. Четыре других с первой попытки отыскать не удалось – всегда имелось два-три варианта труднодоступных проколов в пространстве, начиная от пятого, заканчивая девятым рангом. Десяток не было, но это ничего не значило. Было у меня предчувствие, что разломы, созданные ритуалом группы «Истина», начнут расти в ранге, как только мы примемся их активно уничтожать.

– Север оставим на закуску, – предложил Ксавьер Флеймворд и показал на разломы, находящиеся на востоке. – Проще всего сейчас заняться этими.

– Проще, – подтвердил я. – Но я всё же предлагаю вначале пойти на север.

Пришлось рассказать свою теорию о зависимости разломов друг от друга. Не видел смысла скрывать информацию, которая может повлиять на финальный результат. И эта информация никому не понравилась. Одно дело отправляться в поход, рассчитывая на разломы среднего или высокого рангов, другое – понимать, что последние могут иметь максимальный, десятый, ранг.

– Значит, уничтожив северный якорь, – задумался Шир, – если это действительно он, с помощью этой карты мы гарантированно сможем определить четыре оставшихся разлома? Просто потому, что они увеличат свой ранг?

– Да, – подтвердил я. – Если бы артефакт умел показывать старые данные, актуальные до того, как я уничтожил первый разлом, мы бы уже сейчас знали нужные точки. А так нам придётся рисковать. И лучше начать с восьмёрки, не позволяя ей ещё вырасти.

– В таком случае хочу внести предложение, – вмешался ректор. – Меня смущает северо-западное направление. Среди разломов, что подходят под наши критерии, есть сразу две девятки. Если хоть одна из них является нужным нам якорем, уничтожение северного разлома превратит девятку в десятку. В то время как уничтожение северо-западной девятки превратит северную восьмёрку в ещё одну девятку. Это плохо, но всё же приемлемо.

– Соглашусь, – кивнул Ксавьер Флеймворд после размышлений. – Вначале нужно побывать на северо-западе. Если девятка действительно является нужным нам якорем, начнём с неё. Если якорем является тройка – оставим её на финал. Мы не имеем права допустить ошибку и превратить якорь в непроходимую десятку.

– Не все десятки непроходимые, – произнёс я. – Когда мы уничтожили своего первого ультагара, Розалин сделала весьма интересное предположение относительно того, как бороться с разломами высоких рангов.

Пришлось рассказать о плане моей ученицы, дополняя его фактами, открывшимися по итогам уничтожения второго разлома с ультагаром.

– Выращивать ультагаров для уничтожения разломов? – удивился Ксавьер Флеймворд и посмотрел на ректора.

– Теоретически, в этом нет чего-то экстраординарного, – задумался глава нашей академии. – Ультагар является такой же разломной тварью, как и все остальные. Размеры значения не имеют. Если мы поймём, каким образом он размножается и захватывает свои этажи, сумеем подсаживать в разломы десятого ранга, делая их безопасными. Но это если подходить к процессу с чисто теоретической стороны. На практике же внутри ультагара выживают единицы. Опираться на пример Соло мы не можем. Ещё одного мага с таким же предчувствием опасности мы вряд ли найдём. В любом случае в моей академии ресурсов на такие изыскания нет. Ни финансовых, ни человеческих. Этим должны заниматься в императорской академии.

– Значит, начнём с северо-запада, а дальше по обстоятельствам, – кивнул Ксавьер Флеймворд и, убрав карту, поднялся. – Выходим!

Вскоре мы очутились у портала, где нас поджидала оставшаяся часть нашей группы. Вирена и три моих ученицы. Розалин смотрела на дядю с каким-то вызовом, готовясь защищать своё право на самоопределение, но после того, что произошло в кабинете ректора, а точнее, того, что там ничего не произошло, связанного с переходом принцессы в мой род, я понял, что вопросов у Флеймвордов к нам нет. Пока Розалин жива, нас будут поддерживать. Если с ней что-то произойдёт – род Греймод закончит своё существование в связи со смертью всех его членов.

– Они здесь зачем? – нахмурился Ксавьер Флеймворд, увидев девушек.

– Нужны, – ответил я. – Без них результата не будет.