Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 33 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 51

Светка с Настей уходят вместе с Лакомкой в раздевалку, чтобы помочь ей переодеться и настроиться на бой. Я же остаюсь с Леной и Камилой. Обе приветствуют нового хозяина замка Ламара и прочих представителей знати с широкими улыбками. Видно, что многие из дроу растеряны нашей лёгкостью и весёлым настроем.

Лорд Зар, улучив момент, тихо склоняется ко мне и делится:

— Король Данила, у меня не укладывается в голове, как вам удаётся показывать ваших королев такими непринужденными и уверенными. Но поздравляю: этим вы задели многих здесь, кто втайне надеется на ваш провал.

— Показывать, лорд Зар? — приподнимаю бровь. — Я никого никаким не показываю. Мы просто хорошо проводим время вместе.

— Вы серьёзно? — вытянулся Зар.

— Абсолютно. А где лорд Грендеэль? Хотелось бы выразить ему благодарность за предоставленную возможность собраться здесь вместе с женами.

— Кхм, — Зар задумался, явно подбирая слова. — Если вы хотите «поблагодарить» лорда Грендеэля, то многое становится ясным. А я ещё удивлялся, почему он лично прибыл в Примолодье на вашу дуэль. Значит, лорд Грендеэль и леди Келл… — он не стал договаривать, ибо и у стен есть уши, а мы посреди шумного приёма, окружены аристократами с длинными ушами.

Сам Лорд Стали, похоже, насторожился от моего чрезмерно позитивного настроя и не спешил ко мне подходить. Оставалось лишь наблюдать, как Камила и Лена блистали эрудицией, обсуждая дизайн и градостроительные проекты с местными знатными дроу. Но вот поединщицы выходят на арену, судья зачитывает правила — и наконец рядом со мной возникает мрачный дроу с седыми волосами.

— Король Данила, какая честь видеть вас лично, — произносит он с показной любезностью. При этом смотрит не на меня, а прямо на арену.

— Лорд Стали, как понимаю? — бросаю я, тоже смотря на жену.

— Лорд Грендеэль будет правильнее, — отвечает он сухо. — Прискорбно, что встречаемся при таких обстоятельствах.

Тем временем Лакомка и леди Келл сходятся в поединке. Обе обращаются в зверей: ирабис осторожно кружит вокруг массивной крокодилицы, что стоит с распахнутой пастью.

Лорд Стали поворачивается ко мне, усмехается и с ехидцей говорит:

— Вы посягнули на наши рынки и даже ухитрились урвать кусок. Так что готовьтесь потерять кое-что своё. Не бывает так, чтобы получить что-то, не расплатившись взамен.

— Неужели? — хмыкаю я.

— Вы слишком молоды, — продолжает он наставительно, — а я прожил сотни лет и знаю, о чём говорю. Закон равновесия един для всех: когда что-то приобретаешь, всегда что-то теряешь. Мир заберёт свой долг.

Лена и Камила рядом затаили дыхание. На арене Лакомка делает стремительный прыжок и наносит пару быстрых ударов по зелёной чешуе, но крокодилица мгновенно реагирует и захлопывает пасть, ловя мускулистое кошачье тело.

Лакомка рвётся изо всех сил, но крокодильи зубы держат намертво — челюсти смыкаются, пытаясь продавить мех и плоть. Она дёргается раз, другой… и вдруг замирает, повиснув.

— Лорд Стали, знаете, как у нас говорят? — спокойно произношу я, намеренно называя седого дроу по-старому. — Кому я должен — я всем прощаю.

В тот же миг площадка арены содрогается. Земля трескается, и наружу вырываются толстые мощные лианы. Они мгновенно оплетают крокодилье тело, стягивают, скручивают его. Леди Келл в шоке разжимает пасть, выпуская Лакомку. Крокодилиха яростно рвётся, разрывает первые клубы лиан, но новые, ещё более крепкие, тут же оплетают её вновь, сматывая в тугой кокон.

И в этот миг Лакомка, взревев, разворачивается и молниеносно вгрызается ей прямо в плечо. Клыки прорывают чешую, проходят сквозь мясо и вонзаются глубже. Хруст стоит такой, что зрители дроу одновременно вздрагивают. И пока моя жена не успела окончательно наесться свежей крокодилятиной, судья торопливо поднимает руку и объявляет конец поединка.

— Вы нашли сильную оборотницу, Лорд Стали, — я смотрю прямо в глаза седому дроу. — Но моя жена ещё и сильный друид. А вот если бы вам на арене пришлось столкнуться со мной, удивление ваше было бы куда сильнее.

Лорд Стали мрачно хмыкает, уголки губ дёргаются, но он держит лицо.

— Очередная моя любовница выброшена в утиль, — произносит он с нарочитым равнодушием. — Я потерял мелочь… но всё же потерял. А значит, в следующий раз я обязательно получу что-то взамен. Ведь закон равновесия для всех един, король Данила. Теперь вы понимаете, как это работает?

— А вы к психиатру не пробовали обращаться? — задумчиво интересуюсь я.

— К кому? — переспрашивает он.

— Есть такая магия — психиатрия. Поищите, может, поможет.

Лорд Стали, поняв, что я откровенно издеваюсь, лишь рыкнул и отвалил в сторону.

— Вот это я понимаю — главная королева! — Светка сжимает кулак и победно вскидывает его. — Будет урок остроухим!

— Тише, Свет, тише, — Камила мягко придерживает расшумевшуюся блондинку за плечо. — В скромности леди кроется истинное достоинство.

— Да? — округляет глаза бывшая Соколова. — А мне казалось, истинное достоинство леди как раз в том, чтобы оторвать кусок плеча у доставшей тебя сук…

— Светлана!

Наши медики тем временем сопровождают Лакомку в шатёр. Но альва по мыслеречи зовёт меня сама: мол, хочу, чтобы полечил меня мой мелиндо. Я вхожу внутрь, сажусь рядом и накладываю исцеление — выжигаю боль, сплетаю ткани, восстанавливаю каждую жилку. Лакомка обращается в привычную белокурую альву, устало, но бодро улыбается и всё же произносит:

— Я ведь хорошо послужила роду, мелиндо? Тогда, пожалуйста, выполни мою просьбу. Возьми с собой Свету и Настю в Цитадель Тени. Наш король не должен оставаться без верных спутниц.

Я киваю:

— Действительно не должен. Тем более если младшие жёны хоть вполовину такие же ухватистые, как главная… Слушай, а крокодилятина какая на вкус?

— Ну, мелиндо! — альва смущённо хихикает и тут же прячет лицо, будто девчонка. — Я же оборотница! Клыки — моё оружие!

Сторожевой город, Херувимия

Булграмм прибывает в Херувимию, в новое поместье Вещих-Филиновых. Тяжёлая поступь воеводы гулко отдаётся по каменным плитам двора, и крылатые гвардейцы почтительно расступаются, уступая дорогу. Навстречу выходит капеллан Рвачей по имени Рома — худощавый херувим с серыми крыльями.

— Воевода, большая честь вас принять! — склоняет он голову.

— Твоя должность — капрал? — уточняет тавр, останавливаясь перед херувимом.

— Нет, капеллан, — поправляет тот.

— Хм, — Булграмм прищуривается. — Как поживает ярл Вячеслав Данилович?

Капеллан Рома отвечает без запинки:

— До недавнего времени сосал палец, потом уснул. А теперь, как рассказывала няня, перешёл на посасывание крыла леди Лазури.

Булграмм усмехается, фыркнув по-бычьи:

— Весь в отца.

Капеллан Рома интересуется:

— Разрешите уточнить, воевода: вы к нам надолго?

Булграмм отвечает неторопливо, тяжёлым басом:

— Слушай, я хоть и воевода, но учить тебя командовать не намерен. Так что не боись. Конунг поручил тебе патрули, и я не собираюсь вмешиваться в организацию твоей гвардии. Это твоя епархия, и я её уважаю. У меня другая задача — на время отсутствия дроттинг Светланы и дроттинг Анастасии охранять ярла Вячеслава Даниловича. Я ведь один из пятёрки теневых воинов, и именно поэтому подхожу на эту роль телохранителя.

Капеллан Рома отвечает без намёка на обиду, напротив — с уважением:

— Да я вообще не об этом, даже не думал, воевода. Ваш опыт в устройстве гвардии я, наоборот, с радостью бы учёл, тут спору нет. Просто знаю, что королева Светлана вернётся уже завтра. А если вы ещё будете здесь, то хотел бы пригласить вас на вылазку за Демонскую Стену.

Булграмм усмехается шире, и в голосе его звучит довольная хрипотца:

— Побить ваших астралососов? Радостно, это я всегда за. Только потом найдите мне нормальную выпивку, а не вашу дурацкую кислятину, которую вы называете вином.

Рома тоже улыбается, слегка кивнув: