Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 33 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 46

Раздаётся оглушительный рёв, и Лорда отбрасывает в сторону. Он переворачивается через себя и с треском падает в скалы, разламывая камень и оставляя после себя вмятину в породе.

— Гребаная псина! — орёт он, вертя головой и пытаясь подняться из образованной ложбины, припадая на ногу.

Я мгновенно сканирую его позу на всех уровнях. Неужели хоть немного, но мы его уже достали? Честно говоря, я не рассчитывал на прогресс так рано. Высшие теневики живучи, как оборотни. Вспомнить того же Ратвера: я мариновал его месяцами в пустыне, прежде чем прикончил сравнительно легко. Та же рана что Лорду Тени нанесла Мадам Паутина — всего лишь незначительная царапина.

— Пёс, рви это чучело, — бросаю я по мыслеречи своему мохнатому танку, в тот же миг вскакивая ему на спину и вцепляясь в загривок. Пёс рвёт когтями землю и несётся прямо на Лорда Тени. Тот, завидев нас, тут же начинает обстреливать чёрными шарами. Но я заранее поднимаю перед нами каменные плиты — одна за другой вырастают заслоны, и каждый снаряд бьётся о них, детонируя. Взрывы сотрясают землю, волны огня катятся по округе.

Пса спасает его дублёная шкура, он даже не сбавляет хода. А вот мой доспех держит хуже: ударные волны бьют по мне раз за разом, вдавливают к меху, будто пытаются размазать по шерсти. Если бы не Дар Пустотоника — давно бы уже лежал спёкшийся. Но Пустота глушит последствия чужих техник, жрёт силу взрывов и гасит боль.

Я, конечно, слукавил, когда говорил теневику про его зазнайство. Враги недооценивают меня не только потому, что сами воображают себя всесильными, но и потому, что я бережно храню свои секреты. Никто же не знает, что я не просто телепат, но и Пустотоник. Огневолна по касательной меня не убьёт, только прямое попадание. Вот почему я всегда ухожу живым.

— Не ты один хитрая сволочь, — тихо рычит Лорд Тень, напрягшись так, что у него хребет вытнулся. Слышу я его только благодаря обострённому слуху. Полезная штука — враги сами иногда подсказывают репликой, что собираются делать дальше. И сейчас я уже догадываюсь.

И точно: он выпускает Голод Тьмы. Огромное облако чёрного мрака накрывает нас с Псом. Вокруг слышен скрежет, будто невидимые челюсти сомкнулись и грызут пространство. Голод вгрызается в саму реальность, рвёт всё, что попадает внутрь. Эта техника куда выше уровнем, чем поделка Воронова. Моего доспеха точно не хватило бы.

Но я действую быстрее. Одним рывком телепортирую Пса вместе с собой из самого эпицентра прямо на край облака — перед Лордом Тени. Тот замирает в откровенном офигевании. Он вложился по-крупному, пожертвовал такой порцией энергии, что мы должны были выбраться оттуда если не мёртвые, то хотя бы изуродованные до неузнаваемости — разодранные в клочья, с оторванными конечностями. А мы стоим целые. Я представил всё так, будто мы вырвались сами, а не прыгнули телепортом. Будь он сканером — заметил бы вспышку энергии. Но он всего лишь теневик.

— Безупречно, фака! — довольно отзывается Мадам Паутина из своего укрытия. Только попкорна ей не хватает, чтобы досматривать спектакль.

Работы впереди ещё уйма, Пёс рычит, слюна стекает из его челюстей целыми нитями — намёк предельно прозрачный: хозяин, пора рвать добычу.

И вдруг Лорд Тень бьёт в землю между нами, вгоняя туда мощный теневой водопад. Сначала я чуть не хмыкнул — атака мимо, в молоко, ни в кого не попала. Но через миг сообразил: отдачей самого теневика выкидывает вверх и в сторону. И тут до меня дошло — этот гад удирает! Прикиньте, Высший Грандмастер, с гигантским источником, с десятками смертельных техник, опасных для моего ранга, старше меня на пару сотен лет, с горой опыта за плечами… и убегает! Стоило только показать ему Пёсика — и весь пафос испарился.

— Я задеррржу его, мазка, — прорывается в голову чужая мысль. Сначала я было решил, что Змейка ослушалась и рванула сама, но нет — это Мадам Паутина.

Она выскакивает из скалы за спиной приземлившегося теневика и врывается в ближний бой, уже отрастив еще две руки. В боевом чешуйчатом облике, осыпая его теневыми тентаклями, она лупит по своему «ухажёру», ещё и закуталась в теневой доспех, чтоб держаться дольше.

— Рано! Уходи! — рявкаю я.

Да, я рассчитывал на её помощь: всё-таки Грандмастер Тьмы рядом лишним не будет. Но план у меня был другой: сначала нужно измотать Лорда Тени, выдавить из него энергию, заставить ошибаться. А сейчас её самодеятельность только обернётся бессмысленной гибелью.

— Мазака?.. — шипит ещё один голос, и я замечаю, что прямо из скалы по пышную грудь выбралась Змейка, волосы-змеи дергаются, трясутся, уже готова лезть в драку.

— Сидеть! — рявкаю так, что у неё аж шея дёрнулась, и хищница снова ныряет в камень, прячась.

— Шлюха-а! — гремит Лорд Тень и решает задержаться.

Тентакли Мадам Паутины рассыпаются прахом, как только он обрушивает на неё теневой ураган. Волна сбивает её с ног, четырехрукое тело швыряет в сторону, доспех лопается и разлетается клочьями.

— Сука! Ты разбила мне сердце! Я вырву твоё! — орёт теневик, срываясь на истеричный рев.

Лорд Тень рывком взлетает на скалу, цепляется теневыми отростками из доспеха и добирается до глушилки — кристалла, спрятанного в каменной нише. Именно из-за него я не мог сразу сюда телепортироваться и пришлось прыгать на серфе с обрыва. И сам Лорд Тень не мог смыться раньше времени. То, что он нашел кристалл, о многом говорит. Значит, гад почувствовал эманации кристалла, блокирующего его стихию.

Он яростно ломает глушилку и радостно орёт:

— Я тебя победил!

— В смысле победил? Ты же сейчас удерёшь, — хмыкаю я по мыслеречи, не повышая голос. — От «мальчишки» удерёшь. Где же тут победа? Давай, иди сюда, обсудим, разберёмся. В споре ведь рождается истина.

Но, конечно, теневик не ведётся. Ныряет в свою тень — и нет его. Эх, ушёл. Впрочем, я и сам не стал его удерживать. У меня тут на руках раненая, как-никак.

Я оборачиваюсь к лежащей Мадам Паутине. Рядом тут же возникает Змейка, тревожно шепчет:

— Мазака?

Паутина лежит в крови, израненная, её чешуя разодрана, тёмные пятна растекаются, дыхание сбивается судорожными рывками. Я опускаюсь рядом, и она с трудом приоткрывает янтарные глаза, сипло, почти неслышно выдавливает:

— Всё… похоже, мне пора к своему вожаку, король Данила…

— Паутинка, типун тебе на змеиный язык. Мои медики уже идут, — отвечаю я. — Скоро будут здесь.

И правда, я уже связался по мыслеречи с Зелой. Альвы разбили отряд Лорда Тени и двигаются сюда. А впереди мчится «Буран» на всех скоростях. Внутри сидят Мерзлотник и Ледзор, а с ними Целитель.

Паутина едва качает головой:

— Они не успеют… и слава богам… — она поднимает когтистую руку и касается моей щеки. — Жаль, ты не стал моим вожаком, король…

Слова её обрываются, губы смыкаются, веки опускаются.

Я склоняюсь над ней, кладу ладонь на покрытую чешуёй грудь и начинаю лечить сам. Мои перепончатые пальцы! Наверняка потом это мне аукнется, но куда деваться. Эта сумасшедшая Горгона стала моей союзницей против общего врага, и я не дам ей сдохнуть на пустом месте. Свет стекает на её раны, затягивает разрывы, восстанавливает чешую, а вместе с тем я погружаю её сознание в мягкий сон.

В этот момент прибывают альвы. «Буран» тормозит с рыком, земля дрожит. Зела спускается с неба, складывает крылья и кивает на спешащего к нам альва-Целителя:

— Брукэль, быстрее!

Тот бухает на колени рядом, прикладывает ладони к груди Паутинки. Его руки загораются светом, но тут же он округляет глаза:

— Так её ведь уже вылечили, Ваше Величество…

Я поднимаюсь, отряхиваю с колен каменную крошку и удивляюсь:

— Правда? Какой ты молодец, сир Брукэль.

— Я⁈ — он протестующе замотал головой. — Нет, это не я!

— Нет, ты, — настаиваю спокойно.

— Но это не я!..

— Ты споришь с королём, сир Брукэль? — Зела сузила огромные глаза, а Змейка рядом заиграла медными когтями.

— Н-нет, конечно… — промямлил альв.

— Тогда значит, ты, — улыбаюсь я. — И не забудь сказать об этом Мадам Паутине, когда она проснётся.