Профессор магии на полставки. Том 3 (СИ) - Сомхиев Георгий - Страница 49

Дел как таковых у меня не было, поэтому я сразу направился к Аристарху Евгеньевичу. Зачем откладывать разговор, который мне всё равно не понравится?

В кабинете я привычно сел на кресло. Ректор на удивление выглядел не усталым, а скорее наоборот. Похоже, что-то хорошее случилось.

— Пожалуй начну с личных поздравлений в восстановлении должности. Теперь ты вновь преподаватель пересобранной тринадцатой группы. На данный момент в ней состоят шестеро студентов, которых ты постоянно тренируешь, — принялся объяснять ректор. — Всего в ней сейчас может быть десять человек. Всё же она собиралась с учётом особенностей студентов, а не с какой-то конкретной учебной направленностью. Желающих ты волен принимать сам, я никого навязывать не стану. Можешь считать этот жест в качестве извинения за произошедшее недоразумение.

— Меня всё устраивает, — спокойным, но в тоже время довольным голосом ответил я. — Разве что мне надо ознакомиться со стандартной программой обучения. Если студенты завалят теорию только потому, что я их обучал не тому, будет неприятно.

— Насчёт этого не переживай. Предложенные мной реформы наконец заработали, — не менее довольным тоном произнёс ректор. — Теперь у меня наконец развязаны руки по отношению к преподавателям и комиссии. В этом году у твоих первокурсников не будет экзаменов. Они его уже сдали.

— В плане? — приподнял я левую бровь.

— Они пошли в Аномалию, и принесли оттуда трофеи. Этого более чем достаточно для прохождения, — хитро прищурился старик.

Так вот о чём волновались студенты, и почему напрашивались в поход. Похоже Ланцов решил кардинально развернуть методы обучения в Академии. Настолько, что ради этого шёл на многие уступки и старался быть обходительным.

— Другими словами, начиная со следующего года, выпускным экзаменом будет считаться рейд в Аномалию? — подытожил я слова.

— Именно так, по крайней мере для первых курсов. Количество Аномалий растёт, а процент боеспособных магов нет. Ты ведь сам мог заметить, что большинству обучение как таковое неинтересно. Они делают ровно столько, чтобы не вылететь. Нужно что-то менять, иначе мы придём к стагнации, — озвучил свои мысли Ланцов. Да и мои, в общем-то, тоже. — Так что рейды в Аномалию со следующего учебного года станут нормой.

— Чувствую что именно мне придётся всех их туда таскать, — задумчиво сказал я, потирая подбородок. — Впрочем, такое изменение мне только по душе. Те, кто не будет готов к изменениям, сбегут в первую очередь. Останутся лишь сильные. Значит на них можно будет сконцентрировать все силы и ресурсы Академии.

— В том числе, да. Поэтому твоя группа продолжает считаться экспериментальной. Посмотрим, насколько уменьшение количества студентов в группе поможет им стать сильнее, — весело рассмеялся старик, после чего пригубил чаю из чашки. — Это само собой официальная версия. Про аномальных студентов я никому не рассказывал. Тебя это тоже касается.

— Вы ведь меня знаете, — ухмыльнулся я на это заявление. — Мне раскрывать эту информацию ни к чему. В следующий раз можете даже не напоминать.

— Хорошо. К этой теме мы больше не вернёмся без необходимости, — сказал старик, протянув ладонь вперёд. — С Аномалиями, я надеюсь, тоже не возникнет инцидентов. Если студенты погибнут в Аномалии, это будет позиционироваться как несчастный случай. Даже опытные Искатели могут умереть. Но что делать с их родителями, я не представляю. Вряд ли они будут в восторге. И весь свой гнев будут выливать на Академию.

— Значит, если погибнет кто-то из моих учеников, то и меня ситуация не обойдёт стороной, — задумчиво ответил я. — Что ж, чего-то подобного я и ожидал. Пусть гневаются. На вашем бы месте я о другом задумался. Что будет, если сами преподаватели решат избавляться от студентов. Или студенты от студентов. Те же тёрки с простолюдинами и аристократами никуда не исчезнут. Скорее уж наоборот, вспыхнут с новой силой.

— Эти скользкие моменты мы тоже продумали. Думаешь, почему вся эта история с рейдами в Аномалии после турнира была придумана? — как ни в чём не бывало ответил Ланцов. — Нашлись преподаватели, желающие убить своих же студентов. Нашлись и аристократы, что чуть не переубивали друг друга в Аномалии. Благо за ними наблюдали мои люди, и люди первого принца.

— Не слышал ничего подобного, — не стал скрывать я своё незнание. — Что-то об этом в Академии вообще слухов не было.

— Потому что я не дал огласку этим историям, — объяснил ректор. — Однако кому надо, те будут настороже. Заодно дважды подумают, стоит им рисковать жизнью или нет.

— Хорошо, — кивнул я, после чего снова сложил руки на груди. — Со студентами и планами на будущее я разобрался. Мне нужно что-то ещё знать или я могу идти отдыхать?

— Давай хоть перед этим поделюсь хорошими новостями, — вот тут ректор наконец перешёл к основному делу. Вряд ли он стал бы вызывать меня только по одному поводу. — Для начала, надоедливого инспектора отозвали.

— Наумова? — уточнил я.

— Его самого. Уже всем в Академии поперёк горла встал. Можешь отдельно отблагодарить своих студентов, это они помогли мне на него накопить компромат, скажем так, — сказав это, ректор опёрся обеими руками о стол. — Проблем он и другие инспектора больше не вызовут. В ближайшее время уж точно.

Уход инспектора не стал хоть какой-то неожиданностью. А то что новых на проверку присылать не станут, это радовало. Будет меньше головной боли на ровном месте. И что ещё лучше — Яковлев остался практически один. Чернышев ему помогать вряд ли станет. Другие профессора явно станут менее лояльны к заместителю ректора. Значит это хорошая возможность от него избавиться.

Ланцов похоже на это намекает. Что ж, никто не мешает мне спросить прямо.

— Что насчёт Лаврентия Матвеевича? Всё происходящее ведь его инициатива, — я бросил многозначительный взгляд на Аристарха Евгеньевича.

— На какое-то время он точно затаится, — подтвердил мои догадки ректор. — Сейчас ему не с руки пытаться выгнать меня с поста. Проще дождаться следующего учебного года. Если кто-то из студентов умрёт, это станет хорошим поводом для смены власти и возвращения всего на свои места.

— Понял, — коротко кивнул я и тут же спросил, чуть подавшись вперед: — Тогда как насчёт нанести упреждающий удар? Я не говорю о прямом вызове на дуэль. Если он постоянно ставит под сомнение вашу власть и мою компетентность, что мешает нам сделать то же самое?

— Никто не любит перемены, — по-философски ответил ректор. — Родители студентов на его стороне. Это многое усложняет. Однако твоими стараниями, скоро ему придётся покинуть Академию.

— В плане? — удивлённо спросил я. Кроме угрозы, против Яковлева я ещё ничего не делал.

— После встречи с тобой, студенты бывшей тринадцатой группы наконец стали лояльно ко мне относиться. Не без их помощи я заставил имперскую канцелярию отозвать Наумова. Если всё пройдёт гладко, то у Яковлева тоже не останется другого выбора, — хитро улыбнулся старик, снова отпив чаю. — Очень уж благодарные у тебя студенты. Они очень хотят, чтобы ты остался в Академии и продолжал делиться знаниями.

Недооценил я своих учеников, недооценил. Ладно, этот момент я учту, когда буду принимать их обратно в группу. Само собой, всех разом возвращать я не стану.

Сначала нужно проверить, кто готов учиться несмотря на все трудности. Тут уже одной проверки будет мало. Особенно с учётом нововведений от ректора. Ладно, этот момент обдумаю, когда выйду от ректора.

— Что насчёт того, что Яковлев не давал получать мне с Зориной гранты? Оставлять это без внимания я не намерен, — серьёзно посмотрел я на старика.

— Некомпетентность доказать будет трудно. Всё зависит от того, как ты хочешь ему отплатить, — спокойно объяснил Ланцов ситуацию. — Выгнать его из Академии я не смогу. Оштрафовать? Это возможно, но смысла мало. Если старый хрыч обеднеет хоть на миллион рублей, жить хуже от этого он не станет.

— Достаточно того, чтобы усложнить ему жизнь, — задумчиво сказал я, прикидывая варианты.