Бургер для неверного мужа, или Попаданка берется за дело (СИ) - Семенкова Даша - Страница 3

На моих была униформа простого кроя, отличавшаяся цветом. На этих – совершенно разная по стилю одежда: расшитая золотом мантия на ангеле и вызывающее платье на чертовке, сплошь из алых лент, кожаных ремней и цепочек. Только символ весов на плече, обязательный для каждого, подчеркивал, что они на одну и ту же организацию работают.

Мои вели себя как дружные коллеги и даже больше. Эти всем видом подчеркивали, что друг другу не ровня. Мои общались со мной запросто. Эти смотрели свысока.

Хуже – прицениваясь. Как будто корову на базаре выбирали.

– Было ли твое согласие добровольным и данным не под воздействием заблуждений, человеческая душа? – пафосным тоном спросил ангел.

Стройный, голубоглазый, с длинными белыми волосами – утонченно красивый, прямо как Леголас, эльфийский принц.

– Да, – ответила я.

– Бумаги, – продолжая сверлить меня взглядом, демонетка протянула руку ладонью вверх.

Мой чертила отдал ей документы. Они были похожи словно брат и сестрица. Роковая, дьявольская красота. Никогда такой типаж не нравился.

– Ты нас здорово выручила, душечка. Удачи в новой жизни, – сказал он на прощание и шагнул назад.

Пол под ним и моей ангелицей дрогнул, между нами пролегла трещина. А потом они развернулись, будто на сцене в театре, и исчезли за стеной.

– Здесь ничего не подписано, – капризно фыркнула демонетка. – Немедленно подпиши, иначе не пойдет!

– Прежде чем командовать, может, сначала познакомимся?

– Мы слабо знаем приветственные ритуалы вашего мира, человеческая душа, – вмешался ангел. – Полагаю, нужно называть имена. Здесь так не получится.

– Чего это? Меня зовут... Зовут... Моё имя... – в панике я поймала его спокойный взгляд. – Ой. Забыла.

4.

Дальше все произошло так быстро, что я совершенно растерялась. И расспросить толком ни о чем не успела, да и как за несколько минут о целом мире расспросишь. О целой жизни... Ведь у моей предшественницы она была, со всеми знакомствами, родственными связями, воспоминаниями и привычками. Не говоря о специфических знаниях. Какая у нее была профессия?

– Тебе повезло. Девица воспитывалась в закрытой женской школе при монастыре, в исключительной строгости. Родители умерли, опекуном был дядя, скряга и ханжа, отослал ее от себя немедленно и при первом удобном случае выдал замуж. В свете ещё не вращалась, знакомств завести не успела, – пояснила демоница в ответ на мои вопросы и вложила в руки ручку. Тяжёлую, в золотом корпусе. – Везде только подпись, имя уже стерто. Сами впишут потом по архивам.

– В смысле стерто? Моё имя? Как же я... – воскликнула, панически перебирая в памяти имена. Ни одно не откликалось.

– Успокойся, это просто имя. Лишившись его, душу не теряют, хотя в нижних мирах встречаются подобные суеверия, – сказал ангел. – Ты получишь новое, когда все подпишешь. А бумаги для тебя просто формальность, факт твоей смерти ничто не отменит.

– Ладно. Вот, довольны? – я демонстративно подмахнула все разом, не глядя.

Он ведь прав, нечего терять. А ссориться с ними не хотелось. Всё-таки чужие, в отличие от предыдущих, те хоть меня опекали с младенчества. Эти же присматривали за своей...

– Как меня, кстати, теперь звать будут?

– Николина Лессар, урождённая Ризман. Единственная дочь одной из двоюродных кузин короля, фигура в обществе весьма значительная. Пусть не сама по себе, а только имя, – сообщил ангел.

– Папаша Лессар в свое время потратил уйму денег, чтобы тебя в его семью сосватали. Жаль, не дожил, – дополнила демонетка. Судя по ее тону, на самом деле ей было вовсе не жаль. – Слияние аристократии с капиталом... Впрочем, капиталист из него такой же, как из тебя аристократка. Думаю, споетесь.

– Прошу, не перебивай, – высокомерно скривился ангел. – Сейчас слишком важный момент, не до твоих штучек.

В ответ она фыркнула и смахнула хвостом бумаги, чтобы он вынужден был с пола их подбирать. Надо сказать, стол был тяжёлый, старинный, а на полу паркет. Тут все выглядело совершенно иначе, будто уже в другой мир перенеслась. Вместо простора, лаконичности и спрятанных высоких технологий – солидная роскошь классического стиля. Темное дерево, бордовый бархат, бронзовые светильники и полумрак. Черный и красный – не трудно догадаться, чей это кабинет.

– А почему мы на территории демонов документы подписываем?

– Потому что это грязные делишки. Небесная канцелярия обычно обстряпывает их чужими руками, – осклабилась чертовка и покосилась на коллегу с явным презрением.

– Это не территория демонов. Тебе бы там не понравилось. Но по удачному для тебя стечению обстоятельств есть шанс все исправить и туда не попадать. Целая жизнь, ранее праведная, – нарочно ее игнорируя произнес ангел. – Не упусти этот шанс.

Я вспомнила, как мой бывший демон сказал, что меня сгубило чревоугодие. Да уж, вряд ли пустили бы в рай. Что там в аду, решила не спрашивать, и так ясно, что ничего хорошего. А вот напряжённые отношения между теми, кому перепоручили мою душу, не внушали оптимизма.

– Мне кажется, или вы между собой не очень-то ладите?

– Что за странный вопрос? Я исполняю божественную волю, а эти создания, – он снисходительно взглянул на напарницу, – служат тьме и пороку. Мы, разумеется, испытываем сострадание ко всем существам, но...

Он вздохнул и развел руками. Ну-ну. Знаменитое "мне вас жаль". Она оскалилась и что-то пробормотала на неизвестном языке.

– Странно, мне показалось, что мои бывшие хранитель и искуситель дружат, и даже больше.

– Земные миры, – отмахнулся он. – Там сейчас курс на толерантность. Уважение к каждому, никакой дискриминации... Слышал, дошло до того, что и вправду между ангелами и демонами возникают... недопустимые связи. Но это всего лишь грязные сплетни.

– А у вас и сплетни бывают? – развеселилась я. Ну надо же, все как у людей!

– Конечно. Очень-очень грязные, недостойные непорочных ушек, но почему-то вся небесная канцелярия их знает и с наслаждением передает, – промурлыкала чертовка. – Однако это не сплетни. Вернее, не только сплетни, ещё и анекдоты. Особенно после официального разрешения смены идентичности.

– А это как?

– Это если наш приятель решит сменить нимб на пару хорошеньких рожек.

Приятель так возмутился, что дар речи потерял. Кажется, я начинала ее понимать. Просто невозможно удержаться, чтобы не поддеть этого сноба. Я бы на ее месте не удержалась бы.

– Да, в реальности, или мире людей, не знаю, как у вас правильно называется... Короче, у нас тоже существует что-то подобное. Идентичность у всех одна, все мы люди, так что извращаются кто во что горазд. И про это тоже есть шутки, всякие поговорки. Вот, например: если бы у бабушки был...

– Прекратите наконец! – вернув способность говорить, перебил меня ангел. – И я надеюсь, что ты не станешь нести в новый мир всякие гадости из прежнего. Очень, очень на это рассчитываю.

– Обещаю, никаких гадостей, только радости. Если, конечно, моя новая судьба не будет полна невзгод и лишений, тогда могу и озлобиться.

– Каких ещё лишений?! Демон разве не показал тебе твой дом? – взвилась чертовка.

– Показал.

– Твоего мужа?

– Показал, – ответила со вздохом.

Второй раз что-нибудь за него выторговывать я не решилась. Вдруг они в курсе, неловко получится. А жадность это грех, так можно окончательно расположение своего ангела хранителя утратить.

– Чего тебе ещё-то? Все, довольно болтовни. Вперёд, в новую жизнь. На месте разберёшься, а если не разберёшься – я подскажу.

– Да, чуть не упустили важное, – вмешался ангел. – Раз вышло так, что ты узнала о нашем существовании, мы сможем подсказывать тебе иногда. Не знаками и внезапными озарениями, а открыто. Правда же здорово?

– Замечательно просто, – пробормотала я, догадываясь, что моего согласия все равно никто не спросит. – Ладно. Чем дольше думаю, тем больше сомнений. Давайте. Что мне надо делать?