Королевский отбор, или Попаданка под прикрытием (СИ) - Нария Полли - Страница 64

‒ Даже так? ‒ воскликнула я, не поверив. ‒ Но разве он не желал этого больше всего на свете?

Мужчина тяжело вздохнул и мотнул головой.

‒ Сейчас сложно сказать. Он, когда пришел в себя и осознал, что творил, хотел перерезать себе горло. Но его вовремя остановили… Надо сказать, что ему повезло. Он рисковал лишиться разума. Но отделался легким испугом. Как оказалось, Тереза не поскупилась на количество осколков и разложила их у Карла в покоях во всех возможных углах.

И я даже знала каких. Удивительно, но стоило Дамиону упомянуть про осколки, я сразу увидела в своей голове все глазами служанки. Я ощущала те же эмоции, ту же злость на Карла за то, что он оказался сыном Кайруса. Тереза готовила свой план очень тщательно. Особенно ту часть, где накопитель в момент вспышки должен был убить короля, но лишь ранить нерадивого любовника. Чтобы потом получить над ним полную власть. Вишенкой же на торте стала идея убить Карла руками Кайруса. Сделать так, чтобы он лично отвел сына к арке. Чтобы ощутил боль утраты, как когда-то она, потеряв своего нарожденного ребенка.

‒ Лика? Тебе плохо?

Дамион притянул меня ближе, а я, всхлипнув, вжалась в его грудь, позволяя напряжению выйти из меня слезами. Невероятно сложно было умещать в себе еще и воспоминания Терезы. Полные боли и сумасшествия. Внутри на мои рыдания откликнулась моя драконница. Крутанулась вокруг своей оси и зарычала, словно пытаясь меня успокоить. И в совокупности с теплыми и нежными руками Дамиона, гладившими меня по голове, я и правда ощутила освобождение. Стало легче.

‒ Спасибо, ‒ я отерла влагу тыльной стороной ладони и посмотрела в бездонные любимые глаза.

‒ За что? ‒ искренне удивился Дамион.

‒ За то, что ты здесь со мной.

Мужчина нахмурился:

‒ А где же мне быть, если не здесь?

‒ Править страной, делать свои важные дела или что там еще делают короли…

‒ Лика, ‒ я попыталась увести голову в сторону, но Дамион перехватил меня за подбородок и заставил посмотреть на него. ‒ Все подождет, слышишь? Алтария, люди… Я столько раз ставил тебя на второе место, и это всегда выходило мне боком. Если я и вынес какой-то урок из всего, что произошло, так это то, что важнее тебя у меня ничего нет. И если мне когда-то придется еще раз выбирать, то азгар меня задери, я всегда буду выбирать только тебя!

Дамион мягко прикоснулся рукой к моей щеке и погладил ее подушечками пальцев Его глаза были полны любви и нежности.

‒ Лика, ‒ прошептал он, и его голос звучал так нежно, словно он говорил не со мной, а с моей душой. ‒ Я люблю тебя.

Больше ему ничего говорить не нужно было. Я потянулась вперед. Наши губы встретились в нежном трепетном поцелуе. Дамион обнял меня крепче, прижимая к себе, словно не желая отпускать ни на миг. Я тонула в его ласковых прикосновениях, в мягкости его губ, в тепле его тела.

Наш поцелуй становился все более страстным и глубоким. Я чувствовала, как внутри меня разливается жар, пробуждая желание и трепет. Дамион целовал меня так, словно хотел выразить всю свою любовь и преданность, всю силу своих чувств.

Когда нам, наконец, пришлось прерваться, чтобы перевести дыхание, Дамион посмотрел на меня с такой любовью и обожанием, что у меня перехватило дыхание.

‒ Я твой, Лика, ‒ прошептал он, касаясь моего лица. ‒ Я принадлежу тебе целиком и полностью.

Я улыбнулась, чувствуя, как на глазах вновь наворачиваются слезы. Но в этот раз от счастья.

‒ А я ‒ твоя, ‒ ответила, крепко обнимая его за шею. ‒ Навсегда.

ЭПИЛОГ

Лика

7 лет спустя

‒ Харви, прошу тебя, аккуратнее!

‒ Хорошо, мама, ‒ легко согласился мой шестилетний сын, взбираясь на спину Стикса. Цербер, словно благородный скакун, стоял смирно, вывернув боковые морды и довольно высунув языки.

‒ Они делают это изо дня в день, а ты до сих пор переживаешь?

Позади раздался насмешливый голос мужа, и вокруг моей необъятной талии обвились сильные руки. Привычным движением пальцев Дамион пробежал по моему выпуклому животу и прижал ладонь, тут же получив ощутимый толчок в ответ.

‒ Ничего не могу с собой поделать, ‒ развела я руками и улыбнулась, почувствовав на затылке горячее дыхание и последовавший за ним поцелуй.

‒ С ним ничего не случится, Стикс не позволит.

Тут я не могла не согласиться. Цербер после рождения малыша полностью потерял ко мне интерес и подбегал к нам в саду, только когда я выносила туда Харви. То ли наша связь развеялась, то ли сын был куда сильнее меня, но этих двоих сложно было отделить друг от друга.

‒ Ты сегодня долго, ‒ решила поменять тему. Обернувшись к мужу, я залюбовалась его мужественной красотой. Столько лет прошло, а я все никак не могла поверить, что этот мужчина принадлежит только мне. ‒ Что-то стряслось?

Обязанности короля отнимали у Дамиона много времени и сил. Ему пришлось долго добиваться уважения со стороны народа и придворных, после того для в саду в Мануар де Рокефор. Годы ушли на то, чтобы доказать всем, что он достойный правитель. Новость о том, что его жена ‒ ментальный дракон, ситуацию не улучшали. И даже спустя семь лет где-то кто-то позволял себе высказываться против моей персоны. И против запрещенной магии, которой я обладала. Если бы не брачные метки, подтверждающие одобрение дайвов, все могло бы сложиться куда печальнее. А так с каждым годом люди становились лояльнее и ко мне, и к Дамиону.

‒ Пришло известие из монастыря благодатной Аннеты… Марион умерла.

‒ Ох…

После смерти Кайруса Дамион дал Марион выбор: либо Малефис, либо монастырь. Выбор оказался очевидным. Женщина избрала путь мученицы, сняла с себя корону и облачилась в рясу. Долгие годы от нее не было вестей. А потом до нас дошли слухи, что Марион серьезно больна. Так что известие о ее смерти не было неожиданностью. Но, стыдно признаться, я ощутила облегчение. Страх, что она решится на месть Дамиону через наших детей не утихал. И вот сейчас, наконец, наступил штиль.

‒ А Карл знает?

‒ Да, ‒ муж утвердительно кивнул. ‒ Они с Орнеллой приедут на похороны. Нам же там быть не обязательно…

Я тяжело вздохнула, загрустив.

‒ Но есть и хорошие новости, ‒ губы мужчины растянулись в хитрой улыбке. ‒ В целом, этим я сегодня и занимался.

‒ Не томи! ‒ я аж заерзала на месте. Всяко лучше думать о хорошем, чем о плохом.

‒ Пришли бумаги из родового поместья Атори.

Сердце пропустило один удар.

‒ И?

‒ Не поверишь, но был найдет дневник Гамлета… Твоего дальнего родственника.

‒ И-и-и-и? ‒ я была готова топать ногами, лишь бы Дамион перестал меня мучить.

‒ Все, что ты рассказала, полностью подтвердилось, ‒ в глазах мужа появился торжествующий блеск. ‒ Ты же понимаешь, что это значит? Твой род оправдан, Анжелика. Теперь никто не сможет сказать про тебя ни одного плохого слова. И магия нашего сына, теперь не будет порицаться людьми.

Я не могла поверить его словам. От радости даже голова закружилась, а по ногам побежали мурашки.

‒ Историки из Корн-де-Гра же сказали, что это гиблое дело… Что доказательства вряд ли сохранились.

Дамион притянул меня ближе. Насколько позволял большой живот.

‒ Я был готов достать доказательства даже из самого Азгара. Так что это просто было делом времени.

‒ Как же я тебя люблю!

Улыбнувшись моему признанию, муж позволил себе запечатлеть на моих губах ласковый поцелуй.

‒ Но и это еще не все…

‒ А-а-а-а, ты решил меня сегодня довести до исступления?

Дамион хмыкнул.

‒ До исступления я довожу тебя другими способами, ‒ пошутил муж и лукаво мне подмигнул. ‒ А тут всего лишь Агата в гости заглянет. Вот, письмо пришло, ‒ щелкнув пальцами, мужчина материализовал в ладони лист бумаги и протянул его мне.

И я тут же погрузилась в чтение, ощущая, как сердце наполняется теплом. Подруга обещала перенестись к нам порталом через несколько дней и задержаться на недельку, что в словаре земной драконницы обычно означало месяц.