Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Касслер Клайв - Страница 177

– Да, вы счастливчики. Поппи!

– Нет, – улыбнулся второй пилот, отделавшийся легким испугом. – Это все из-за Тони с его «маневрами». А вы – наш ангел-спаситель.

– Я – мисс Смит, – напомнила Элла, встревоженная отсутствием Поппи. – Поппи, ко мне! Куда же ты подевалась?

Через несколько минут животное нашли. Собачонка забилась под изгородь и тряслась там от ужаса, из лапы торчал кусок металла.

– У нее кровь! – вскрикнула Элла.

Летчик снял с шеи шелковый шарф, соорудил из него подобие жгута и наложил на лапу собаки давящую повязку.

– К сожалению, тут не обойтись без ветеринара. – Он поднял собачку на руки и вдруг сам зашатался. – Ох… Немного растрясло, голова закружилась.

Он был вынужден сесть, и Элла осторожно забрала у него Поппи.

– Не двигайтесь, пока не приедет «Скорая». Я позабочусь о Поппи, с ней все будет в порядке. – Она уже слышала вой сирены: карета «Скорой помощи» неслась по проселочной дороге к упавшему самолету.

– Что с командиром? – спросил второй пилот.

– Видимо, головой ударился, – сказала Элла, поймав на себе любопытные взгляды летчиков.

– У этого парня и так не все дома. Кажется, у нас будут неприятности. Отклонились от курса, машину угробили, нарушили график. Вот что значит довериться Тони! Насилу живы остались. Ну, как ваш песик?

– Надеюсь, рана не слишком серьезная. Я должна поспешить к ветеринару. – Перед уходом Элла обернулась и еще раз оглядела место падения самолета.

– Интересно, как он нас будет выгораживать? – пробурчал штурман.

– Не волнуйся, командир кого угодно выгородит. Он как кошка, всегда приземляется на лапы, и я не имею в виду сегодняшний трюк. – Летчик подмигнул Элле.

Она побежала к дому, обрадованная, что никто серьезно не пострадал. Теперь самое главное – Поппи. Нужно взять «Остин» и отвезти бедняжку в Личфилд.

Когда Элла вернулась, в коридоре ее ожидал красивый букет цветов.

– Какой-то авиатор принес их для Поппи, а тебе там где-то в середине записочка, – засмеялся Селвин. – Осторожней, по-моему, ты разбила чье-то сердце.

– Вряд ли. Как он выглядел?

Несмотря на скепсис, Эллу разбирало любопытство. Интересно, кто из троих членов экипажа это был и где он ухитрился раздобыть такие замечательные цветы в разгар войны?

Летчик появился в Ред-хаусе несколько часов спустя, припарковав на подъездной аллее маленький «Моррис» с открытым верхом.

– Лейтенант авиации Харкорт прибыл! Правда, на раздолбанном драндулете…

Селвин пригласил его в дом.

– Как дела у собачки?

– Хромает, но жить будет, – ответила Элла, удивленно разглядывая визитера.

Он оказался настолько же белокур, насколько она темноволоса. На лбу – соломенная челка, и вообще в защитных очках на пол-лица он представлялся ей совсем другим. Четкое произношение явно выдавало в нем студента привилегированного колледжа. Ну все, Селвин теперь от него не отстанет.

– И как же это вас угораздило отклониться от курса, молодой человек?

Летчик взъерошил руками волосы и улыбнулся.

– Долго рассказывать, сэр. Попали в туман над Трент-Вэлли, а штурману нашему нужны очки посильнее и курсы повышения квалификации. Нам повезло, что Личфилдский аэродром, хоть и недостроенный, уже нанесен на карту. Похоже, в штабе нас ожидает выволочка.

Энтони Харкорт в нескольких словах изложил Селвину свою «летную историю»: был кадетом, окончил летную школу, по распределению направлен в бомбардировочную авиацию. Сейчас проходит боевую подготовку в учебной части, расположенной в сорока милях к востоку, готовит экипаж к военным заданиям. По его словам, родом он с Йоркширских низменностей, хотя акцент выдавал годы, проведенные в иных краях. Во время разговора Энтони то и дело поглядывал на Эллу и обводил глазами комнату, словно старался найти точки соприкосновения.

– Понимаю, с моей стороны это прозвучит весьма дерзко, мисс, но не согласитесь ли вы сегодня со мной поужинать? Заодно полюбуюсь на местные пейзажи, раз уж попал сюда.

– Меня называли по-разному, но «пейзажем» еще никогда, – засмеялась Элла, вознамерившись поставить самоуверенного юнца на место. Должно быть, он младше ее на несколько лет.

– Я имел в виду, что заказал столик в «Короле Георге», – пояснил Энтони. – Обещаю вернуть вашу дочь домой до того, как стемнеет, – обратился он к Селвину.

– Мисс Смит мне не дочь и сама в состоянии решить, во сколько ей возвращаться домой. Вам не кажется, что, прежде чем увозить девушку на железном коне, следует спросить ее имя? – Селвин изо всех сил старался сохранять серьезный вид.

– Боже, я опять все напутал, да? – Лейтенант смущенно зарделся.

– Меня зовут Элла, – улыбнулась она и протянула руку. – Охотно составлю вам компанию за ужином – исключительно потому, что сегодня у нас дома пирог с рыбой, а я его терпеть не могу. Дайте мне пять минут переодеться. – Она жестом указала на свой рабочий халат, заляпанный гипсом.

– Элла у нас скульптор. Обычно она не ходит такой неряхой, просто только что вышла из мастерской. А вы чем занимались до войны? – продолжил «допрос» Селвин.

Элла улыбнулась и помчалась наверх. Что же надеть? Есть костюм, в котором она ходит в церковь, есть юбка и блузка. Единственное нарядное платье слишком легкое для этой погоды. Ей решительно ничего не нравится. Все такое старенькое… Надо порыться в шкафу. Жаль, что у нее нет формы, как у Энтони.

Элла открыла дверцу шкафа, и резко пахнуло камфарными шариками. Этот запах не перебьют никакие духи. Ну почему ее не предупредили заранее!.. В конце концов она нашла блузку в крестьянском стиле с длинными рукавами, вышитым воротником и манжетами. С юбкой в складку и жакетом блузка будет смотреться неплохо.

Элла распустила непокорные волосы, повязала их шарфом, пощипала себя за щеки и аккуратно подкрасила губы драгоценной помадой. Отчего у нее трясутся руки? Почему так хочется произвести хорошее впечатление? Почему в обществе этого юнца она смущается?

А ведь с утра ничто не предвещало приключений. Элла справилась с домашними обязанностями, поработала в мастерской, пошла гулять с собакой. И вдруг буквально с неба сваливается этот молодой летчик. Является вот так запросто, уверенный, что она все бросит и станет развлекать его за ужином. Как странно… Тем не менее все именно так и выходит. Это совсем на нее не похоже – наряжаться, будто сегодня главный вечер в жизни, тогда как они всего лишь проведут вместе час-другой, а потом Энтони вернется на авиабазу и исчезнет с горизонта.

Легко сбежав по ступенькам вниз, Элла увидела, как Селвин вместе с Энтони выходят из ее студии в саду. Это место она считала своим убежищем и не любила пускать туда чужих. А все Селвин: нарочно демонстрирует молодому человеку антураж мастерской и инструменты скульптора, как бы намекая, что Элла девушка серьезная. Не стоит позволять себе лишнего с женщиной, которая так убийственно точно управляется с молотом и резцом.

Энтони изумленно воззрился на Эллу.

– Вы чудесно выглядите, а тот бюст в вашей мастерской… он должен стоять в музее.

– Я еще не закончила работу над ним. Так что вы делали до войны?

– Учился в университете. Колледж Святой Троицы в Кембридже. Записался добровольцем сразу, как узнал о войне. Вам бы понравились многие вещицы у нас дома. Мой отец вроде как коллекционер. А я больше люблю музыку – классическую, джаз… – Энтони бросил взгляд на запястье. – Пожалуй, нам пора. Не беспокойтесь за нее, мистер Смит.

– Меня зовут Селвин Форестер. Как я уже говорил, Элла, к сожалению, мне не родня, однако я все равно считаю своим долгом проверять, кто ходит к ней в гости, – засмеялся Селвин. – Приятного вечера, и не переживай насчет рыбного пирога миссис Аллен, дорогая. Весь я не съем, а тебе вполне можно разогреть его и завтра, – весело крикнул он с крыльца.

Их усадили за столик в уголке ресторана, располагавшегося на старом постоялом дворе. В меню значилось всего два блюда. Энтони заказал вино и угостил Эллу сигаретой из золотого портсигара.