Код Заражения (СИ) - Подус Игорь - Страница 51

Затем он схватился за одну из клеток. Взревели сервомоторы бронекостюма, послышался звук вырывающихся из бетона дюбелей. Ржавую клетку сорвало с креплений. А уже через минуту выход из лифта был забаррикадирован клетками. Тридцатый с Семнадцатым, суетились рядом, умело сваривая всё это в единую конструкцию.

После того как мы отошли к холодильникам, полковник занял позицию в тридцати метрах от баррикады и принялся снаряжаться к последнему бою, словно рыцарь, готовящийся к решающей битве. Рядом суетился пронумерованный с пятёркой на шлеме, спустившийся самым последним.

Сняв короб, пятый подключил элеватор подачи снарядов к разъёму пополнения боепитания на спине полковника. Раздался мерный треск, и по каналу побежали жёлтые цилиндрики с оранжевыми наконечниками.

И в этот момент створки лифта за баррикадой содрогнулись, словно оттуда начал рваться разъярённый зверь. Полковник замер, подняв рифлёный ствол своей пушки. На другую руку его помощник надел нечто похожее на щит с контактными шипами электрошокеров по контуру.

– Пронумерованным приготовиться. Отстреливайте тех, кто будут просачиваться вдоль стен. Семнадцатый, огнемёт применять только в крайнем случае, – скомандовал полковник.

Трое пронумерованных встали по бокам от полковника, словно верные оруженосцы, готовые разделить участь господина. Оператор оставил попытки оживить монитор, достал из-за спины короткий автомат и присоединился к ним. В этот момент группа напомнила ждущего нападения рыцаря, окружённого преданными воинами.

Неожиданно полковник снова заговорил, и сквозь грохот послышался его голос, словно эхо из другого мира.

– Марта, прости, дочка, что так вышло. Я просто хотел исправить то, что мы натворили. Надеюсь, другим повезёт больше, – признался он, словно исповедовавшись перед смертью.

Стоявшая рядом Марта опустила голову, и, шаркая ногами, направилась к профессору. По её щекам побежали слёзы. Пройдя за ней, я увидел, как она вытащила небольшой пистолет из кобуры и замерла, уставившись на освещённую мощными фонарями, содрогающуюся баррикаду.

Я было хотел присоединиться к бойцам, но неожиданно замер, словно поражённый молнией. Некое несоответствие не давало мне покоя с момента спуска в подземелье. И теперь червячок сомнения, начал грыз мозг с удвоенной силой, заставляя кое-что проверить. Луч фонаря заметался по заплесневевшим столам и остановился на ссохшейся фигуре в синем комбинезоне.

Что-то не так. Сделав шаг, я наступил на старую автоматную гильзу, и в этот миг всё встало на свои места.

В мать с дядей Борей стреляли через узкую щель между заклинившими створками, когда они пытались взломать люк. Лифт ещё до этого был выведен из строя, и наверх больше никто не поднимался. Значит, люк заперли снаружи, задолго до расстрела. Так и куда же тогда делись стрелки? Внутри подземного уровня ни одного трупа.

Раздался треск лопающего металла и скрежет раздвигающихся створок. Я увидел, как выгибается баррикада из клеток. А потом из щелей полезли шустрые зомбаки второго типа.

Бахнул одинокий хлопок, похожий на звук подствольного гранатомёта, и оранжевый снаряд влетел в зомби. Раздался оглушающий взрыв, и во все стороны полетели ошмётки разорванной твари.

– Да мля! – выругался я и засунул гарнитуру связи поглубже в уши, чтобы не оглохнуть.

Я видел, как рифлёный раструб один за одним выплёвывает снаряды, каждый из которых настигает вылезающих тварей. Эффективность стрелка, зародила в сознании тень надежды, которая исчезла, когда мой взгляд внимательнее осмотрел короб с зарядами.

Судя по маркировке, боезапас полковника – шесть сотен гранат. Это, конечно, задержит чумных, но ненадолго. Так что прорывающихся тварей всё равно не остановить. Я однажды уже видел, как БТР, загнанный в спортзал школы, надёжно прикрывал из КПВТ единственный проход. Но как только закончились снаряды в коробе, волна тварей раскидала баррикаду, и всё закончилось очень плачевно.

Обругав себя за несвоевременно нахлынувшие воспоминания, я оторвал взгляд от полковника и снова включил фонарь. Надо действовать. Луч заметался по покрытому разводами потолку и остановился на холодильных камерах, полностью закрывающих дальнюю от лифта стену.

Подскочив к одному из холодильников, я вскрыл прозрачную дверцу и, словно по ступеням, забрался по полкам наверх. При этом я смёл на полсотни пробирок и ампул с неизвестным содержимым.

Посветив в узкую щель между стеной и холодильником, ничего подозрительного не обнаружил. Перепрыгнул на следующую холодильную камеру, повторил процедуру, но с тем же результатом. И только за пятым холодильником я нашёл то, что надеялся отыскать. Поначалу не поверил своим глазам и на миг замер, но всё чаще и чаще взрывающиеся гранаты заставили ускориться.

Уперев ноги в соседний холодильник, я попытался отодвинуть нужный мне от стены, но он, отлепившись всего на несколько сантиметров, вернулся в прежнее положение. Тогда я принялся его раскачивать. С каждым качком амплитуда увеличивалась, в процессе что-то с металлическим хрустом лопнуло, и тяжеленный холодильник рухнул вместе со мной на бетонный пол.

Мои действия не остались незамеченными, – ассистент профессора обернулся, и его рука коснулась одного из подсумков на поясе. В этот миг я понял, где находится пульт от моего взрывающегося ошейника.

Махнув ассистенту, я указал себе за спину, и тот постучал по плечу Марты, словно передавая ей эстафету.

После этого я осветил фонарём находившуюся за холодильником нишу с гермодверью. Подойдя ближе, обследовал стальную преграду. В центре обнаружил глазок, а под трафаретной цифрой четыре – шестигранное отверстие.

– Ты знал? – голос Марты в наушнике заставил обернуться.

Посмотрев в глаза подбежавшей девушки, я отрицательно покачал головой.

– Герр полковник, профессор, кажется, мы нашли выход! – завопил ассистент.

– Тридцатый, проверь, что они там нашли, – тут же приказал полковник.

Когда к нам подбежал пронумерованный, мы с ассистентом ощупывали овальную гермодверь.

– Что здесь у вас?

– Гермодверь. Похоже, заперта изнутри. С нашей стороны ничего, кроме этого, – быстро протараторил ассистент, указывая фонариком на шестигранную дырку.

– Отошли все! – приказал тридцатый, грубо нас растолкав.

А пока он осматривал стальное полотно, Марта придвинулась ко мне вплотную и прижала шлем к моей голове. Сквозь грохот разрывов я расслышал её вопрос:

– Откуда ты узнал, что здесь есть выход?

– Те, кто расстрелял мать, не мог уйти из зверинца через лифтовую шахту, – ответил я.

– Герр полковник. Гермодверь заперта. Придётся взрывать, – голос тридцатого прорвался через грохот.

– Так взрывай! Ещё две минуты, и у меня закончатся боеприпасы! – предупредил полковник, напоминая о неумолимо приближающемся конце.

Ассистент, схватив Марту за руку, потащил её за холодильники, уводя от опасного места. А тридцатый принялся лепить взрывающийся шнур по контуру гермодвери. Правда, судя по тому, сколько он хотел использовать взрывчатки, броню таким объёмом можно было только повредить.

В голову снова полезли хорошие идеи.

Луч фонаря заметался по полу в поисках ответа на очередную загадку, но среди разбросанного мусора и разбитых склянок ничего подходящего не обнаружилось. Тогда я заглянул за стоявший рядом холодильник, и мои глаза округлились.

Рука пролезла в щель и схватила стальной ключ с торчавшим из перекрестья шестигранным штырём. Подскочив к пронумерованному сзади, я рванул его за плечо, и мне вбок упёрся выхваченный пистолет.

– Курт, на хрен взрывчатку! Давай попробуем этим! – проорал я и постучал ему шестигранником по шлему.

Сжимавшая пистолет рука, ходила ходуном. Адреналиновый прилив явно искажал восприятие тридцатого. В голове промелькнула мысль, что сейчас он выстрелит, но вместо этого боец вдруг опустил оружие и вырвал ключ из рук.

Пока я светил фонарём, он вставил штырь и попытался провернуть, но безуспешно. Тогда я бесцеремонно оттолкнул его и принялся крутить ключ по часовой стрелке.